Тринадцатые Звездные войны - Нивен Ларри - Страница 81

На этот раз ответил Иван:

— Мы, вероятно, сможем сэкономить три-четыре секунды, если мы сначала вызовем предварительный взрыв. У нас будет время сконцентрироваться и когда я дам знак, тотчас телепортируемся.

— Это-то уж мы сделаем,— заверил его Гукки.— Главное, что это яйцо взлети на воздух.

— Это должно произойти довольно безопасно,— сказал Иван и кивнул своему брату.— Мы не можем больше терять времени. Остатки энергетического экрана все еще распространяются. Может быть, они достигнут нас, прежде чем мы сможем уничтожить коменданта. Итак, к делу!

То, что последовало дальше, было как кошмарный сон, который все участники почувствовали тогда, когда все уже было позади. Как Горачин, так и Рас Чубай с Гукки, потом были единодушны в том, что подобный эксперимент в такой ситуации еще ни разу не производился. Но это была лишь теория. Вероятно, в подобной ситуации они опять действовали бы также. Белый энергетический экран так разошелся во все стороны, что достиг стен. Оттуда он пошел дальше, к трем мутантам. Посередине оставалась большая щель. Через нее Иван и Иванович зафиксировали свою цель — середину полушария на высоте примерно двух метров. Они выбрали эту точку, так как детонация могла привести к обвалу всего помещения.

Прошло десять секунд. Затем на корпусе робота-коменданта возникла яркая белая точка, которая быстро увеличивалась. Рас Чубай и Гукки закрыли ослепленные глаза и одновременно сконцентрировались на свою цель прыжка — стальной шлюз на поверхности. Каждый из них держал Горачина за руку. Они ждали условного сигнала.

Через две секунды они почувствовали пожатие руки.

Гукки и Рас Чубай, захватив с собой Горачина, телепортировались.

Они исчезли точно в тот момент, когда робот-комендант разлетелся от атомного взрыва.

Неожиданно наступивший энергетический занавес, который частично вторгся в пятое измерение, повлиял на поле телепортации. Поэтому координаты прыжка были сильно изменены.

Когда Гукки, Рас Чубай и Горачин материализовались, они оказались не на поверхности планеты рядом со стальным шлюзом, а посередине огромного зала, где они парировали под потолком и падали навстречу гладкому металлическому полу. Высота была почти пятьдесят метров и обоим телепортантам удалось своевременно затормозить падение. Они мягко опустились.

Зал был ярко освещен. Он был пуст. Диаметр его был около трехсот метров.

— Это, должно быть, взрыв,— подумал Гукки.— Он нас немного прихватил, но все не так уж и плохо.— Внезапно он замолчал, так как пол под их ногами содрогнулся. Толчок чуть было его не опрокинул, но он крепко держался за Горачина.— Что это было?

— Взрывная волна от детонации в центре управления,— сказал Рас Чубай.— Она распространяется сквозь металлические стены и потолки. Там, внизу, все должно быть взлетело на воздух.

И тут вдруг гигантский зал наполнил голос. Он, казалось, шел со всех сторон и звучал глухо. Он говорил на диалекте Центра и благодаря гипнооблучению был понятен всем мутантам. Кроме того, речь шла не об искусственном голосе. Его произносило живое существо.

Голос говорил:

— Автоматика самоуничтожения! Робот-комендант и центр управления разрушены. Планета-тюрьма должна быть немедленно уничтожена!

Трое мутантов переглянулись. Прежде чем Гукки успел что-либо сказать, Рас Чубай крикнул:

— Телепортироваться! К стальному шлюзу. Мы не знаем, сколько времени потребуется установке для выполнения этого приказа. Откуда он мог прийти? Был ли это записанный голос?

— Об этом мы поговорим позднее.— Гукки крепче схватил руку Горачина и повернулся к Расу Чубаю.— Сначала скорее отсюда! Итак, к стальному шлюзу!

На этот раз телепортация прошла без помех. Трое мутантов телепортировались на поверхность планеты.

Небо было опять ясным и чистым. Не было больше энергетического экрана. Была ночь. Неподалеку стоял черный круглый корабль халютеров. Он закрывал собой звёзды. Через две секунды они связались с людьми капитана Эдера и с халютерами.

Как только засветились зеленые сигнальные огни, майор Боб Кизом понял, что закрылся воздушный шлюз. Он приказал лейтенанту Крамеру уводить КС-41 на максимальной скорости прочь от планеты. Посадочная шлюпка благополучно вернулась на борт корабля, а черный корабль халютеров парил в пространстве недалеко от КС-41.

Когда капитан Эдер вошел в центральный отсек, он увидел, что маленькое белое солнце становится все меньше и меньше. Одновременно рядом с ним зажглось новое солнце — светлее и белее, чем первое.

Это взорвалась планета-тюрьма.

Особой команде, халютерам и трем мутантам буквально в последнюю секунду удалось покинуть планету скелетов и роботов-охранников. Оба корабля вместе направились к «Кресту». В их кабинах сидели Рас Чубай, Горачин и Гукки. Все знали, что они едва избежали смерти. Но это было не все, что доставляло им заботы и над чем они ломали головы.

Наконец, Гукки произнес:

— Что скажет Перри Родан, когда узнает, что и в этой галактике однажды были халютеры. И еще, что эти халютеры были безжалостно уничтожены. Это полностью противоречит нашим прежним знаниям. Что он сделает с этой информацией? Он должен учесть это при разработке своей дальнейшей стратегии.

— Сама собой разумеется, он это сделает,— задумчиво ответил Рас Чубай,— Часто бывает так, что в истории одного народа настоящее влияет на будущее. Так будет и на этот раз. Я думаю, мы должны смотреть на халютеров другими глазами, чем прежде.

Прежде чем КС-41 исчез в гиперпространстве, майор Боб Кизом бросил последний взгляд на экран. Он все еще видел две светлые звезды в середине матового экрана. Одна из звезд стала уже слабее. Еще немного и она погасла совсем. От нее ничего не осталось, кроме раскаленного пояса астероидов или пропадающего в пространстве газового облака.

Уже не было времени установить это точно.

Точно было известно лишь то, что планеты-тюрьмы больше не существует.

Фредерик Пол

КОГДА ВРЕМЯ СОШЛО С УМА

— Я очень долго искал тебя,— произнес Рон Дайнин.

Уэбб Хилдрет осторожно прикрыл за собой дверь и опустился в кресло, пытаясь внимательнее рассмотреть прячущегося человека в полумраке. Уэбб потянулся к выключателю, но человек жестом остановил его.

— Не надо,— попросил он,— яркого света.

— Не понимаю,— пробормотал Хилдрет.— Как вы оказались здесь?

Рон Дайнин сделал забавный жест указательным пальцем — возможно заменяющий пожатие плечами.

— По крайней мере, не через дверь,— ответил Рон.— Ваш этот ведь, кажется, называется «замок?» — так замок для меня не преграда. Я просто вошел. Но вас не оказалось дома, я ждал.

Хилдрет недоуменно потер подбородок. Хотя он и был раза в два больше, чем незнакомец в забавном одеянии, ощущение все же было не из приятных.

Он открывал дверь в свою квартиру множество раз, но впервые за ней кто-то прятался.

Это пришлось ему не по душе, особенно то, что незнакомец одет как на пляже — короткие штаны, безрукавка и все остальное, чтобы трофейный «люгер», лежащий в спальне, оказался под рукой.

— Я не знаю никого по имени Рон Дайнин,— отчеканил Хилдрет.— Что вам нужно?

Дайнин улыбнулся, повторив непонятное движение пальцем.

— Просто хотел встретиться с вами.

— О’кей! Вот он, я. Ну и что?

Рон Дайнин вздохнул и оглядел комнату.

— Разрешите присесть? — вежливо спросил он.— Я очень устал!

Хилдрет, начиная осваиваться в необычной ситуации, достал трубку и набил ее крепким дешевым табаком.

— Присесть? Конечно, вот кресло-качалка. А там — табурет.

Дайнин вежливо кивнул, взобрался на табуретку — Уэбб только сейчас разобрал, что незваный гость мал ростом — и взглянул на Уэбба почти по-отечески.

— Именно таким я вас себе представлял, Уэбб,— сказал он.

— Меня?

Дайнин улыбнулся.