Однажды в феврале - Джордисон Джули - Страница 30

– Тебя не смущает, если сюда внезапно заявится Брендон? Сразу говорю – в шкаф я не полезу и под кровать тоже.

– А мы и не любовники, чтобы прятаться по шкафам. И потом у него нет ключей и здесь мы с ним не живём.

Он расположился на моём любимом кожаной диване, закинув руки за голову.

– Хочешь вина или виски? Можем заказать что-нибудь из ресторана, а то из готовой еды у меня дома ничего нет.

– Можем что-нибудь придумать вместе. Я, кстати, отлично готовлю, особенно мясо.

– Тогда идём, я достану стэйки, – мило улыбаясь, я кивнула в сторону кухни.

– Что прикажете делать своему ассистенту, шеф? – поинтересовалась я, пока Дин похлопывал стейки рукой, чтобы кристаллы соли и перца щедро проникли в мясо.

– Можешь срезать пока вон те толстые стебли у спаржи и нарезать немного овощей, – я принялась выполнять его просьбу, время от времени наблюдая за его ловкими действиями.

Мужчина на кухне – это слишком сексуально.

Пока он обжаривал стэйки до образования корочки, я, орудуя ножом, снова отвлеклась и в эту же секунду случайно порезала палец. Или же вовсе не случайно.

– Чёрт! – завопила я, зажимая раненое место, из которого кровь текла без остановки. Дин, на время отложив процесс готовки, ринулся ко мне и отвёл к раковине, включив холодную воду.

– Давай… – томный шёпот обжёг край моего уха, и я задышала в такт своему искусителю, что стоял позади меня едва не вплотную.

– Господи, как щиплет… – простонала я, когда проточная вода коснулась раненого места.

– Потерпи. Где аптечка? – твёрдо спросил он.

– В ванной… – ответила я и Дин отправился за коробочкой медикаментов.

Даже такая банальная забота вызвала во мне душевный трепет.

Нежными и плавными движения обматывая мне палец пластырем, мои руки ощутимо задрожали, а сердце заметалось в груди. Едва слышно я вздохнула, когда Дин после манипуляций своей ладонью чувственно и так бережно окутал мою руку.

– Ничего… жить будешь, – прошептал он и я сглотнула, когда наши взгляды встретились, а затем его взор медленно опустился на мои губы. Синхронное дыхание. Казалось, всё вокруг замолкло.

– Спасибо за помощь… – еле слышно пролепетала я, хоть как-то разбавив пикантную ситуацию, и посмотрела на свой травмированный палец. И тут лёгкий запах гари ударил мне по ноздрям. И не только мне.

– Блядь! Мясо! – спохватился Дин и отпрянул от меня, чем вызвал взрывной смех.

– Очень сочно и вкусно… – просмаковала я, с аппетитом жуя кусочек отрезанного стэйка, наблюдая, как Дин, сидя напротив меня, немного не довольствовался своими творениями.

– Правда малость подгорело, – скривился он, выковыривая угольки.

– Ну прости, что мой палец всё испортил, – ответила я и сделала глоток вина. – Может, расскажешь что-нибудь о себе? – добавила вопрос, отставляя бокал.

– Смотря что ты хочешь узнать.

– Что посчитаешь нужным.

– Ладно… Прилетел я сюда, как ты уже знаешь, из Лос-Анджелеса. Арендую квартиру на Девятнадцатой авеню недалеко от Саратоги Спрингс, где служу. А Джеймс и Алекс единственные у меня в этом городе друзья.

– А твои родные? Они все не здесь?

– Да, – подтвердил он, разрезая ножом следующий стэйк.

– Извини, если кажусь назойливой, но ты говорил, что твой отец погиб… – осторожно сказала я и добавила: – Но можешь не рассказывать, если это болезненно…

– Всё нормально. Я своё уже отплакал, – вздохнул он, бросив взгляд в сторону, а затем посмотрел на меня, будто пытался подобрать слова для своей истории, и взял бокал в руки. Словно собирался развеять печаль. И он сделал глоток.

– Когда мне было девятнадцать, отец был одним из ведущих предпринимателей Лос-Анджелеса, но в период кризиса, не справившись с дефолтом, потерпел крах при заключении крупного контракта с одним предпринимателем. У него была фирма по производству наручных часов. Но это не всё…

– Ох… – невольно вырвалось, представляя каков конец у его истории.

– Да… Не выдержав давления со стороны долбанных кредиторов, отец хотел свести счёты с жизнью, но мать не дала этому случиться. И вместо того, чтобы хоть как-то решить ситуацию, он просто стал много пить. Но даже несмотря на его пристрастие к алкоголю и депрессию, мать всё равно была рядом с ним, да только отец списывал всё на жалость.

– Боже мой…

– И когда снова стали поступать очередные звонки от банка, то отец решил сбежать в неизвестном направлении. И тогда я видел его в последний раз. С тех пор прошло семь лет.

– Неужели нельзя было что-то предпринять?

– Может и можно было. Только отец решил на всё наплевать и просто скрыться, как последний трус, в то время как я всегда считал отца сильной личностью хоть мы и не очень-то ладили между собой, и он никак не поощрял моих военных интересов. Но, тем не менее, он – мой отец. А теперь нет ни его, ни фирмы.

– А… что в итоге случилось с отцом, когда он сбежал?.. – потирая ключицу, спросила я.

– Его всё же нашли и посадили за долги. А потом выяснилось, что он повесился в камере…

Я ахнула и прикрыла рот ладонью.

– Даже не могу представить, что чувствовала твоя мать в тот момент.

– Разуметься она места себе не находила, но спустя какое-то время мать познакомилась с Адамом Уолтером, и, к моему удивлению, этот мистер оказался вице-адмиралом. И мне есть за что ему сказать спасибо.

– Он воткнул тебя в USN?

– Не совсем так… Когда я закончил военно-морскую академию и улетел в Нью-Йорк, то во время медицинского обследования немного не прошёл по зрению. Хотя я был уверен, что у меня с ним всё в порядке. В общем Адам Уолтер помог мне и я остался служить здесь по контракту. Но будь иначе не знаю, как было бы.

Дин, погружаясь в прошлое, рассказывал мне некоторые моменты из своей жизни с улыбкой, но как только упоминания шли о его отце, в янтарных глазах тут же виднелось глубокое отчаяние и скорбь.

И даже казалось, что Армстронг не всё мне рассказал, словно у него была какая-то особая волнующая его «заноза», о чём Дин даже под дулом пистолета не стал бы говорить.

– Ну вот, Мел, как-то так.

– Мне очень жаль, что так случилось с твоим отцом. Он явно не думал о таких последствиях.

– Да, но это бизнес. Отец должен был быть готовым к любым роковым ударам, только вместо того, чтобы бороться, он просто сдался.

– Как звали того бизнесмена, с кем заключил сделку твой отец?

– Увы, этого я уже не помню. Всё, не хочу больше упоминаний об отце. Если хочешь, то спроси меня о чём-нибудь другом.

– Ладно… За плечами только военно-морская академия?

– Да. Выбрал сразу то, что по душе. А ты?

– Визажист… – довольным тоном озвучила и сложила столовые приборы на пустой тарелке.

– Наверное, аж в третьем поколении судя по обилию косметических кейсов на полках в гостиной?

– Прекрати. Просто в каждом кейсе отдельный вид косметических средств и брендов. Я очень люблю сферу бьюти-индустрии, ради чего забросила даже Колумбийский университет. Считаю, что работа должна приносить только удовольствие.

– Да уж. А кто-то нашёл своё удовольствие в другом… – откровенно намекнул Дин на свою бывшую, и замолчал.

– Хочешь правду? – он кивнул. – Стань она всё же порно актрисой, и уже меньше чем через месяц её силиконовые сиськи лопнут от рук какого-нибудь извращенца прямо в кадре во время съемок.

Дин лениво улыбнулся.

– Кстати, должна признаться, что ты очень милый, когда отводишь свою военную дисциплину на задний план.

– Вернуть? – хитро прищурил он глаза.

– Отдохни уже, солдафон… – улыбчиво произнесла я, ощутив, как алкоголь немного затуманил в голову, и погрязла в своих мыслях о том, чем же закончится сегодняшняя ночь.

Опасно. Особенно сейчас, когда мы один на один. А все мои наигранные безразличия к нему уже начинали лететь к чертям. Хотелось ему подчиняться, хотелось безграничной власти надо мной, чтобы он целовал кожу сладкими касаниями губ, не унимая страсти.