Цветочек ментального мага (СИ) - Кота Анна - Страница 32

Ладно, хватит уже глазеть, пора бы уже заняться делом. Так как же мне подготовить кабинет к совещанию? Ведь здесь уже навели порядок. Я пододвинула стулья поближе к столу и разложила чистые листы бумаги и письменные принадлежности возле каждого места. Стоило мне стереть надписи с доски, как вошел Томас. Он расположился за столом по правую руку от хозяйского места и выжидающе тарабанил пальцами по столу также, как это обычно делал Форсберг.

Я ненадолго зависла, не зная, что делать теперь. Помощник не особо благодушно настроен, поэтому сходу заваливать его кучей вопросов я не решалась. Чувствую, легко мне точно не будет. Собиралась вернуться за свой стол в приемной, но вспомнила про кофе, и все-таки хотела спросить, где я могу его раздобыть, когда меня об этом попросят. Открыла было рот, но осеклась, потому что Томас неожиданно вскочил с места и вытянулся по струнке. Уж явно не передо мной. Так я поняла, кто возник за моей спиной, и обернулась.

Это и впрямь оказался Форсберг. На нем как всегда безупречно сидел костюм. Обычно распущенные светлые волосы на этот раз были собраны в хвост, что придавало его виду сосредоточенности. Стоило ему появиться, как глупое сердце забилось быстрее, а в груди зрело предвкушение чего-то хорошего и сказочного. Но сцена пополнения резерва в подвалах совсем не к месту пронеслась у меня в воспоминаниях.

Хотелось спросить о своих обязанностях, хотя было интересно другое. Недоволен ли он мной после моего поведения на прошлой встрече? Я попыталась понять что-то по его лицу. Форсберг смотрел на меня с присущей ему спокойной уверенностью. Сделала неуклюжий поклон и пробормотала "доброе утро". Он кивнул в ответ, и я поспешила выскользнуть из кабинета. Еще, чего доброго, попросит принести кофе, а я понятия не имею, где его взять. Да и вообще, чувствовала себя ужасно неловко. Не будь эта работа так важна для меня, я, скорее всего, отказалась бы от этого назначения, чтобы лишний раз не пересекаться с главой Магистрата.

Такова жизнь, я всего лишь источник энергии, а он — маг, которому эта энергия нужна для развития способностей и практики магии. Конечно, маги могут продержаться на накопителях, но это не позволит использовать свой дар в полной мере. То, что такой могущественный ментальщик, как он, хотя бы пытался сдерживаться в поглощении энергии, уже говорило в его пользу. Да и вообще, это не моего ума дело, а он — не моего полета птица. Я пыталась отогнать лишние мысли и убедить себя, что это всего лишь работа, и качества характера начальника никоим образом меня не касаются. Он — тот, кто он есть, а я та, кто я есть. Стоит уже смириться с этим, и не питать лишних иллюзий, что хищник может заинтересоваться своей добычей в каком-то ином ключе.

С этими мыслями я сидела в приемной, и даже не знала, что же должна делать. Наводить чистоту? Но где, ведь в приемной все итак сверкало чистотой. Может мне стоит проявить инициативу и встречать посетителей? Предлагать гостям кофе? Томас сказал, что буду подавать документы. Неужели мне придется сидеть здесь и бездельничать целый день в ожидании, когда начальнику захочется выпить чашечку кофе?

Вскоре в приемной появилась Симонсен. Она бросила на меня уничижительный взгляд, от которого мурашки пробежали по коже.

— Доброе утро! — я встала и вышла из-за стола, чтобы поприветствовать ее. Даже промелькнула мысль, а не открыть ли ей дверь в кабинет? Но, наверное, это будет смотреться уже чересчур услужливо.

Распорядитель остановилась возле моего стола, окинув меня долгим холодным взглядом.

— Оно было бы добрым, если бы такая пустышка, как ты, находилась в секторе утилизации, где тебе и место, — ехидным невежливым тоном заметила Симонсен.

Покровители стихий! Почему эта женщина меня так ненавидит? Она невзлюбила меня с самого первого дня, и не упустит случая уничтожить меня, когда представится возможность. Мне следовало бы опасаться ее, но, глядя на нее сейчас, я поняла, что она больше не внушает мне страха, скорее наоборот, раздражает.

— Господин Форсберг решил, что я буду полезна здесь, — я мило улыбнулась.

Глупо, конечно, было так отвечать, но, что поделать, не смогла сдержаться.

— Не думаю, что ты задержишься здесь надолго! — хмыкнула Симонсен. — Как только допустишь ошибку, ты вернешься в мое распоряжение.

Хотелось сказать что-то колкое в ответ, но я сдержалась и промолчала.

— Я буду следить за тем, чтобы ты вовремя возвращалась в свой бокс. Если опоздаешь хоть на минуту — тебя ждет серьезное наказание, поняла?

Я кивнула. Она гордой походкой направилась в кабинет. Почему-то я не сомневалась, что она не упустит возможности поиздеваться надо мной. Что ж, постараюсь не опаздывать и не допускать ошибок.

— Флер, зайди! — я вздрогнула, услышав голос Форсберга в своих мыслях, ибо совсем не привыкла ко всем этим ментальным штучкам.

Интересно, он всем так отдает приказы или только мне?

Я испытала облегчение, что он меня позвал, ибо не знала, чем заняться. Хотелось бы, чтобы мои обязанности не ограничивались подачей кофе, ведь если я буду полезной, то смогу задержаться здесь на более долгий срок.

Лицо секретаря вытянулось от удивления, когда я вошла, но только на мгновение, он быстро справился с собой и снова уткнулся в бумаги. Все остальные маги уже собрались, и совещание началось.

Я не привыкла к офисным будням, поэтому совещание показалось бесконечным. Уже целый час я сидела в углу за небольшим овальным столиком. Стул был некомфортный, у меня ныла спина от неудобной позы. Солнце уже взошло и то и дело выглядывало из-за тучи, ослепляя меня своими ласковыми лучами, но вскоре снова скрывалось.

Руководители отделов один за другим докладывали о текущем состоянии дел. Оказывается магических преступлений в городе совершается гораздо больше, чем я предполагала. Магистрат занимался не только тем, что контролировал и распределял резервуаров, как я привыкла думать, но также следил за правопорядком в среде магов, среди которых, к моему удивлению, тоже оказалось немало преступников.

Томас старательно вел записи о ходе совещания. Госпожа Симонсен, то и дело бросала на меня неприязненные взгляды, но большую часть времени неотрывно ловила каждое движение Форсберга. Остальные маги не обращали на меня особого внимания, оно и не мудрено, ведь их я видела впервые.

Форсберг на своем месте не сидел. Он то стоял у окна, то подходил к столу и нависал над ним, словно гора, так как он был высокого роста.

Делать мне было решительно нечего, отчего я еще больше чувствовала себя не в своей тарелке, особенно в окружении высокопоставленных лиц. Может быть, Форсберг взял меня к себе в качестве напоминания о том, что его дар делает с резервуарами? Только вот зачем ему это? Ума не приложу. В моих интересах было бы задержаться здесь подольше, поэтому я сидела как на иголках и постоянно испытывала страх от неуверенности в себе, смогу ли я быть здесь полезной?

Краем глаза заметила, что не очень чисто вытерла доску. Интересно, что за схемы были там изображены? Вдруг они нужны были для совещания, и я зря их стерла? Или же, наоборот не зря, и это могли быть планы главы Магистрата по захвату мира, которые никто не должен был увидеть?

Что за чушь лезет мне в голову? Мне показалось или Форсберг мимолетно улыбнулся? Наверное, показалось. Неужели ему больше нечего делать, кроме как подслушивать мысли такой незначительной особы? Кстати, говоря, в окружении ментальщиков стоит быть с этими самыми мыслями поосторожнее. С другой стороны, вряд ли кто-то осмелится копаться у меня в голове перед носом своего руководителя особенно такого строгого, как Форсберг…

— Есть несколько важных вопросов, которые я хотел бы, — слово взял неизвестный мне маг.

— Слушаю, — Форсберг перевел на него строгий и уверенный взгляд.

Глядя на то, как его уважали подчиненные, мне даже стало неловко оттого, как вольно я позволяла себе общаться с ним.

— В этой декаде я предлагаю всему нашему отделу сосредоточиться на разнообразии кадров. Стоит привлечь к работе не только ментальщиков, коих итак большинство, но и кого-то из стихийных магов, чтобы остановить разговоры, будто у руля исполнительной власти стоят только ментальные маги. Бороться с плохой репутацией в этой области становится все сложнее. До этого мы не занимались работой с общественностью на постоянной основе, поэтому у нас не сформировался концепция единой политики нашего учреждения…