Глубокий омут (ЛП) - Кросс Джуллиет - Страница 42

Стойкий аромат солнечного света и морского берега наполнил воздух, мучительный остаток ее тепла и красоты, теперь в руках злейшего врага Джорджа, захваченного в его темное логово в подземном мире.

— Джордж!

Джуд был захвачен врасплох. Терзаемый болью и яростью, Джордж ворвался в самую гущу хаоса, широко размахивая мечом, лезвие которого все еще было покрыто кровью Цезаря. Джуд самостоятельно изгнал четырех демонов, но остальные хлынули из здания. Александр был в одной компании с ними.

Ярость гнала Джорджа вперед, как сумасшедшего, рубя и кромсая. Хлынула черная кровь. Раненые демоны упали к его ногам. И он отказался смягчиться, отказался изгнать их, оставив их искалеченными и чудовищными, расчлененными мстительным гневом «Серебряной Песни». Большинство из них бежали, включая Каллибана. Он не хотел стоять на пути перед Истребителем демонов после того, как стал свидетелем его неослабевающей ярости и кровавой бойни, которую он устроил.

— Хватит! — крикнул Джуд, когда Джордж разрубил последнего стоящего демона на неузнаваемые куски. Джуд схватил Джорджа за плечо. — Хватит, дружище.

Джордж стряхнул его руку, тяжело дыша, гнев все еще горел в его венах. Джуд переходил от одной кучи к другой, повторяя заклинание, чтобы отправить их обратно в Ад. Один за другим они сгорали, превращаясь в дым и пепел. Джордж ничего не делал, все еще крепко сжимая «Серебряную Песню», не в силах утолить свою жажду крови и мести, потому что его истинный враг был далеко-далеко. С Кэтрин.

— А что насчет него? — спросила Джуд.

Прислонившись к двери атриума, Александр сидел, зажимая рану в животе. Темно-красная кровь пропитала его жилет.

Джуд шагнула ближе к Джорджу.

— Мне жаль. Он чуть не убил меня. Я только защищался, но он повернулся и…

— Это не твоя вина. Он сам виноват. — Он неторопливо подошел ближе и встал над светловолосым мужчиной, который действительно демонстрировал некоторое генетическое сходство с ним по линии подбородка и профилю. До этого момента он этого не замечал.

Джордж подумывал о том, чтобы позволить своей семейной линии умереть прямо здесь, прямо сейчас, наблюдая, как его жизненная сила утекает через его рану. Но горькая ненависть, которую он чувствовал, съедая его изнутри, была не к этому молодому человеку, чьи глаза уже остекленели от смерти. Она была направлена на того, что сделал его таким. Одной рукой он поднял мужчину. Джуд помог ему с другой стороны.

— В Дартмур, — сказал Джордж.

Они просеялись вместе, приземлившись на твердую землю на широком, пустынном пространстве Дартмура рядом с линией стоячих камней. Холмы раскинулись под серебряным сиянием лунного света — пустынные и безлюдные. Они опустили Александра и уложили его плашмя на спину.

— Уриэль, — сказал Джордж, глядя в ночное небо, едва громче шепота.

В полосе света, с хлещущим треском, белокрылый архангел спустился, наполовину просеиваясь, наполовину летя к земле. Он не носил одежду людей, как часто делал, смешиваясь с населением. Сегодня он был одет в синюю тунику и оловянные доспехи как готовый к бою воин Фламмы Света. Кончики его крыльев отливали золотом, как и его волосы, даже в бледном лунном свете. Его аура силы сияла вокруг него ореолом.

— Кого ты мне привел? — он спросил.

Таков был их обычай. Когда Джордж найдет человека, достойного вступить в ряды Доминус Демонум, он призовет Уриэля на эту одинокую пустошь.

— Его зовут Александр Годфри.

Архангел опустился на колени и положил ладонь на лоб умирающего.

— Твоя кровь течет по его венам. — Аура силы Уриэля заполнила пространство, где они стояли. — Один из твоих родственников?

— Да.

— Он попал под чары высшего демона. Я чувствую ауру темной силы. Не сущность, а влияние.

— Дамас, — голос Джорджа дрожал от ярости. Простое произнесение его имени чуть не отправило его за грань. Он едва мог дышать.

Уриэль изучал Джорджа ясным, пристальным взглядом.

— На этот раз Дамас ранил тебя в самое сердце. Но я чувствую, что это не из-за твоего потомка, лежащего передо мной.

Застывший и неподвижный, Джордж не мог говорить, глубоко вздохнув, он уставился на продуваемую всеми ветрами пустошь, которая отражала пустоту, которую он чувствовал внутри.

— Дамас забрал у Джорджа… — начал Джуд и сделал паузу, чтобы прочистить горло. — Подругу. Кэтрин была похищена Дамасом сегодня вечером.

— Я понимаю. — Выражение лица Уриэля оставалось спокойным, ни разу не дрогнувшим. — Мы можем справиться только с одной трагедией за раз. Достоин ли этот человек второго шанса, чтобы понести епитимью как Доминус Демонум? Или ты хотел, чтобы я спас его исключительно потому, что он твоей крови?

Джордж по-прежнему отказывался отвечать. Он чувствовал себя так, словно рана Александра передалась ему, боль распространялась, как смертельное повреждение, кровоточащее изнутри.

Джуд шагнула вперед.

— Этот человек, Александр Годфри, сражался на стороне Тьмы сегодня ночью, защищая Дамаса, пытаясь убить от имени принца демонов. Я бы сказал, что переход на сторону Дамаса — это достаточный смертный грех. И все же в этом человеке есть что-то хорошее. Он не исполнен злобы, как люди, которые полностью пали. Он был введен в заблуждение, следуя воле злого, обладающего высшей силой.

— Да. Я чувствую тьму внутри. Но я также чувствую свет. — Уриэль поднял голову потерявшего сознание мужчины с земли, положив руку ему на грудь. — Его травма, безусловно, убьет его достаточно скоро. Давайте посмотрим, хочет ли он получить второй шанс.

Вспышка света вырвалась из руки Уриэля, заставив Александра проснуться. Он закашлялся, когда его глаза распахнулись. Дико уставившись на склонившегося над ним ангела, он нахмурил брови.

— Я… Я… мертв?

— Нет, — сказал Уриэль. — Но ты очень близок к смерти. Если ты умрешь в этот момент, ты проведешь вечность в аду за свои земные преступления.

Взгляд Александра расширился еще больше, его юное лицо наполнилось страхом.

— Я не хочу умирать.

— Я могу спасти тебя, — сказал Уриэль. — Но если я это сделаю, ты больше не будешь человеком. Ты проживешь свои дни как сила добра, борясь со злом, которое развратило твою собственную душу. Отправляя их обратно в ад.

На лице Александра застыло озадаченное выражение, которое затем исказилось от боли, когда он схватился за рану на животе, его руки уже были измазаны алым.

— Я не хочу умирать, — повторил он.

— Это не ответ. Если я дам тебе эту силу снова жить, жить долго, ты должен посвятить свою жизнь силе Света.

Он кивнул, его пепельное лицо было мрачным, но решительным.

— Я согласен.

— Очень хорошо.

Опустив голову обратно, Уриэль разорвал рубашку мужчины. Джордж был свидетелем этого много раз. Он знал, что архангелу нужно было положить руки на голую кожу, чтобы излить свою собственную силу в любого человека, которого он превратил в одного из них.

Прижимая одну руку высоко к груди Александра, а другую к кровавой ране, Уриэль начал нараспев произносить слова сотворения.

— Ignis caeli venite ad me (прим. лат. Огонь небесный приди ко мне).

Раскаленный добела свет наполнил Уриэля до самых кончиков его крыльев, сияя, как звезда, слишком яркая для человеческих глаз. Свет переместился, заливая тело Александра, начиная с груди и проходя через все его тело.

— Lux autem in tenebris (прим. Свет в темноте освети его).

Неземное пламя лизнуло ночной воздух, сжигая старое, обновляя его дух небесным огнем. Александр вскрикнул от боли, выгибая спину, когда сверхъестественный ожог очистил его тело начисто. Смертельная рана на его животе закрылась, запечатавшись не более чем тонким шрамом, идущим сбоку, там, где меч Джуда вспорол его.

Уриэль наконец убрал руки с тела охотника. На данный момент он был одним из них, пополнив ряды охотников на демонов.

Новый охотник тяжело дышал, все еще находясь в шоке, но уже не так потрясенный, на его лице появилось выражение облегчения, как будто он очнулся от долгого кошмара.