Я сделаю это сама (СИ) - Кальк Салма - Страница 59

- Смывать их с себя? – понятное соображение.

- Да. Как вы здесь это делаете? Греете воду?

- Так баня же, - пискнула Меланья.

Во время магического занятия она не смотрела в пол, как обычно, и не прятала руки под передником, как все здешние женщины. И сейчас как будто опомнилась и снова опустила взгляд.

- Да, господин Асканио, баня, - степенно кивнула я. - Я ещё не освоила именно здешнюю, мы её только отмыли хорошенько. Но освою непременно, и приглашу вас попробовать.

Он как-то странно на меня посмотрел, но ничего не сказал.

Кажется, пришла соседка Маруся с дочками – что-то принесли, и ещё помогли готовить ужин. Я не вмешивалась, подумала – справятся, наверное. Да и встать с лавки получилось сильно не сразу.

- Не вставайте пока, - покачал головой рыжий маг. – Я бы посоветовал вам вина или арро.

Что есть арро?

- Вина нет, арро тоже, - чем бы оно ни было. – Есть самогон и чай.

- Самогон – это ваш местный крепкий напиток? – усмехнулся он.

- Именно. Ребята делают его весьма неплохо – в здешних-то условиях.

- И вы… готовы его, гм, принимать?

- Ничего другого-то нет. А после сильного страха или тяжёлой работы бывает нужно. Вы видели, каким этот дом был в начале?

- Признаться, нет, не обратил внимания.

- Вот, а я видела. Совсем не таким, как сейчас.

Пришёл кот, заскочил ко мне на колени, принялся бодать меня своей башкой. Я оглядела его и подумала, что это, наверное, Вася.

- Вася, тебя кормили? – я поняла, что и сама не прочь поесть.

Вася муркнул. Меланья поднялась и унеслась на кухню – так же быстро, как обычно. Отдохнула уже, молодец. И тут же появилась снова.

- Господин генерал вернулся, с ним отец Вольдемар и ещё гости.

Так, я надеюсь, еды хватит на всех.

Господин генерал прихромал к нам в залу, вежливо поклонился мне и спросил у рыжего мага:

- Асканио, ты же расскажешь добрым здешним жителям о тёмных тварях?

33. О тёмных силах и местных жителях

33. О тёмных силах и местных жителях

Анри не имел непосредственного опыта с тёмными тварями до нынешнего момента – только с обычной нежитью. Ну да если верить рассуждениям Асканио, а он-то должен знать, что и как – то и встречаются они намного реже, чем обычная нежить. Нежити хватает везде и всегда – она заводится на кладбищах и в старых домах, а ещё бывает – просто так живёт, потому что есть тут всегда. Тот же Асканио говорит, что это как-то связано с верованиями местности, и что люди всегда горазды во что-то такое верить, не важно, где они живут и как крестятся, если вообще крестятся. Скажем, Асканио вовсе не крестится, он верит в Великое Солнце, и утверждает, что всё остальное вторично. Солнце каждое утро восходит над миром, и даёт жизнь, а уж как жить под тем солнцем – то личный выбор и свобода воли всякого живущего.

Анри не был уверен, что всё так однозначно, но понимал – во-первых, он знает далеко не всё об окружающем мире, а во-вторых, мир велик и многообразен, и как представлять себе те могущественные силы, которые им управляют – вопрос непростой. Он не дошёл до того, чтобы полностью отрицать какую бы то ни было высшую волю, как иные учёные из столичной Академии, да и где сейчас та Академия и те учёные! А он на краю света, и тёмная тварь – вот она. И раз пошла по домам собирать жертвы – то если не остановить, то от деревни к весне ничего не останется.

Хорошо ещё, что здешний святой отец не теряет головы, и кое-кто из мужчин тоже не теряет головы. Вообще тут многие – люди бывалые, и встречали разное, но с такой напастью тоже раньше не сталкивались.

И выходит так, что и просто не оставишь без помощи и поддержки, у них магов-то нет – обученных, подготовленных. Да ещё и соотечественница тут же, в самом сердце урагана. И не просто соотечественница, а его величества Луи сердечная привязанность.

Впрочем, сейчас Анри иногда подумывал, что, наверное, его величество можно понять. Видимо, он просто что-то знал. Потому что не к ночи будь помянутая маркиза показывала себя ничуть не хуже некоторых весьма приличных мужчин – стойкой, выносливой, да ещё и обладающей изрядным мужеством – потому что ей было очень страшно, но она всё равно стояла в том подвале, и защищалась, хоть и не умела этого совсем. А теперь взяла под защиту жену и дочь тёмной твари.

В историю про котов, прогнавших тварь, Анри сначала не поверил, но потом Асканио сказал – так бывает. И видимо, покойный граф Ренар поселил у себя этих котов не зря. Неужели и раньше кто-то подобный пошаливал?

Вообще Анри пока не видел особых сложностей в том, чтобы упокоить тёмную тварь. Наверное, её можно просто сжечь? Запереть и сжечь? Или ещё как-то там поступить, чтобы совсем, с концами. Асканио на прямой вопрос сказал, что нужно смотреть на самого врага, и там уже будет видно, что с ним делать.

Но нужна помощь местных. Чтобы не считали глупостью и сказками, и чтобы не плодили воинство нежити. Их уже двое, достаточно.

Потому Анри и устроил это сборище в доме графа Ренара, то есть – в доме маркизы дю Трамбле.

Маркиза в последние дни, после пожара, как-то подобрела, и даже взялась не только кормить его людей, когда они помогали ей по хозяйству, но и присылать гостинцы ему самому. Он очень удивился, получив пирог и рыбу, и всё это оказалось весьма вкусно, повар Марсо так не умел. Но он умел стряпать печенья, и Анри велел ему сделать печенье побольше размером, чтобы положить в миску, и какое-нибудь такое, чтоб глянулось маркизе. А что может глянуться маркизе? Чем там она раньше украшала свои послания? Цветочками-розочками? Купидончиками? Сердечками? В общем, Анри поставил повару задачу, тот сначала испугался – какие ещё могут быть сердечки? Но справился – как смог. А капитан Плюи передал послание.

Что подумала о том послании маркиза и не сочла ли их всех разом ещё большими глупцами, чем они есть, Анри не знал. Да и не горел желанием узнать. Сначала – тёмная тварь, глупости потом.

Отец Вольдемар живо послал сыновей к тем, кого считал достаточно разумным, и кто мог поспособствовать. И предупредил, что обитателей двух соседних долин – такие долины называли распадками – нужно будет подождать.

Ждали в зале маркизы. Пригретая ею девочка, камеристка и местные женщины разносили какой-то напиток – ягодный, кисло-сладкий и очень вкусный. А люди прибывали – в основном мужчины, но и немного женщин тоже. Стучались, а входя, снимали шапки и кланялись. Маркиза стояла у входа и кланялась в ответ – освоила местный этикет. И правильно сделала, понимал Анри, так и надо.

Когда людей набилось уже совсем много и место на лавках закончилось, святой отец сказал:

- Слушайте меня, православные. Горе у нас, большое горе. Мало того, что потеряли мы Валерьяна, так ещё и не просто потеряли, а бесы его душу прибрали. И пока он тут у нас по земле ходит – покоя не будет никому.

- А долго ль ходить-то будет, не сказывал? – спросил кто-то бойкий.

Эх, нужно разбираться в здешних жителях. Кто есть кто. И учить их непростые имена. Пригодится.

- А тебя, Митрий, он спросить-то и позабыл, - усмехнулся святой отец. – Но если ты пойдёшь да любопытство проявишь, то с ним и останешься на веки вечные, и душе твоей неминуемо гореть в адском пламени.

- А делать-то что? – спросил Митрий.

- А вот про то нам сейчас маг с горы-то и расскажет. Пожалуйте, господин маг.

И тут вмешалась маркиза, и смотрит прямо на Анри.

- Господин генерал, расскажите людям о том, кто таков господин Асканио. Как так вышло, что он знает о предмете больше всех нас, вместе взятых.

Это было разумно, он сам не догадался. И святой отец не догадался тоже.

- Асканио Нери – мой друг и могущественный маг. Он получил образование в лучшей магической школе, какая есть на белом свете, в Фаро, это очень далеко отсюда.

- И которому из трёх орденов отдал предпочтение уважаемый маг? – произнёс дребезжащий старческий голос откуда-то справа.