Красавица для Чудовища (СИ) - Андерсон Диана - Страница 99

Благодарно кивнув Агате, уставший после перелета и огромного количества новой информации, я, наконец, добрался до лифта, который унес меня на мой этаж. На ходу скинул с себя легкую ветровку, и даже не переодеваясь, зашел в ванную, чтобы смыть с себя не только грязь, но и груз негативных мыслей.

А потом, намыливая тело под струями прохладной воды, я почувствовал вспышку света, и дернулся, едва не падая на пол в душе. Схватился за виски, мертвой хваткой стараясь зацепиться за обрывки воспоминаний, но ничего не получалось. Как всегда, в такие редкие мгновения, мое сердце застучало сильнее.

Я лежал минут двадцать на кровати в абсолютной, давящей тишине, скучающе пялясь в потолок. Схватив телефон с комода, стал разглядывать номер Насти и еле удержался, чтобы не набрать девушке. Я не должен был пугать ее, нет, ни в коем случае. Она ведь носит моего ребенка, моего дорогого сына. Мой мальчик еще не родился, но я его уже безумно полюбил.

«Мой наследник», — с гордостью подумал про себя, и полчище мурашек пробежало по моему телу, отчего даже вздрогнул, и вовсе не от низкой температуры на кондиционере. Жаль, что я даже поделиться не мог такой радостью со своим отцом.

Не дожидаясь утра, отправил сообщение Агате на телефон с временем и местом встречи. И стал судорожно отсчитывать часы до нового «знакомства» с Настей.

Проснулся от будильника, когда еще не было и пяти, потому что моя грудная клетка готова была разорваться на части от ожидания. Я назначил встречу девушке на семь утра у главного моста, рядом с их домом. Сначала мне показалось, что это слишком рано для беременной женщины, но Агата убедила меня в том, что Настя привыкла вставать рано, и, если она будет согласна встретиться со мной, то это — оптимальное время до встречи перед ее работой.

А я все ходил кругами по номеру, поглядывая на часы. Есть совсем не хотелось, а от ожидания сводило скулы. Сердце стучало не прекращая, сдавливая мою грудную клетку, словно стальными силками. Сергей был в Цюрихе со мной, но на эту встречу я собирался один, без сопровождения.

— Миш, доброе утро, — услышал на том конце голос Агаты. Девушка шептала, очевидно, чтобы наш разговор не подслушали. В таком случае, возможно, что Настя отказалась видеться со мной. От нехорошего предчувствия у меня тоскливо защемило под ложечкой.

Или же, они решили не рассказывать ей о моем приезде.

— Настя хочет тебя увидеть, — коротко сообщила она, а я чуть не выронил телефон из рук.

«Настя хочет тебя увидеть», — крутилось в моей голове весь путь, который я делал до центрального моста.

И теперь, кажется, впервые за все это время, я почувствовал всю безнадёжность ситуации. Какой же я подлый ублюдок, который думал всю дорогу только о себе, жестоко игнорируя чувства девушки.

Мое сердце билось, а руки дрожали, и я даже не понял в какой момент припарковался в необходимом месте на мощенной дорожке рядом с мостом. Было прохладно, солнца еще не было видно, а небо серо-голубое, только начинало приветствовать новый день. Прекрасная картинка для свидания, только, это было совсем не свиданием.

Я приехал раньше них. Слава богу, ведь это значило, что у меня было время подготовиться к этой встрече. Часто дыша, я вышел из машины и ступил к мосту по дорожке. Разглядывая спокойную гладь воды в реке, я лихорадочно хватал ртом слегка прохладный, утренний, воздух, страшась обернуться. Ладони запотели, а сердце, стучащее всю дорогу, готово было остановиться, сделав свой последний рывок.

И я услышал рев автомобиля за собой. Зажмурившись, сглотнул, а затем медленно обернулся. Почему я чувствовал это? Она — чужая. Она — всего лишь носит моего ребенка, и после развода, нас с ней ничего не будет связывать.

Задняя дверь автомобиля отворилась и из машины вышла девушка. Будь я проклят. Она стояла на расстоянии нескольких метров от меня, но я еле сдержал себя на месте, буквально припечатывая к земле, чтобы не подбежать к ней. Что со мной такое? Стоило подумать об этом, как девушка сама побежала ко мне навстречу, но внезапно, резко остановилась. Я сильно испугался, подумав о том, как бы эта хрупкая девушка не споткнулась. Меня разрывало на части от переполняемых чувств, как в эту же секунду, Настя сделала несколько быстрых шагов и сразу же бросилась в мои объятия. Боже, что это? Осторожно обняв ее, чтобы не задеть живот, я прикрыл глаза, не понимая, что же, все-таки, творится внутри меня.

— Родной мой, — наконец, прошептала девушка. Я вздрогнул, услышав ее тонкий голос и эти слова, пробуждающие во мне воспоминания. — Живой, — всхлипнула она, прижимаясь ко мне сильнее. — Здоровый, — пропищала Настя, рыдая на моей груди.

Она плакала. Плакала очень громко, цепляясь за мою шею, а вибрации от рыданий, я ощущал в районе шеи.

— Как же долго я тебя ждала, — тихо протянула она чуть ли не царапая мою шею своими ногтями.

— Тише, — прошептал я, прикасаясь к ее волосам. — Все хорошо…

Мне пришлось наклониться, чтобы ей было удобно, потому что девушка, как и предполагалось, хорошо уступала мне в росте.

— Жизнь моя, — тихо прошептала Настя, и я сглотнул, крепче сжимая ее в своих объятиях.

Господи, ее сладкие слова подкашивали мои колени как юному, восемнадцатилетнему пацану. Настя неожиданно оторвалась от меня и посмотрев своими заплаканными, распухшими глазами мне прямо в глаза, приблизилась, схватила руками за щеки и стала без разбору покрывать мое лицо поцелуями. Глаза, лоб, щеки, а затем едва осязаемо прикоснулась своими губами к моим губам.

Меня едва не парализовало на месте от того, что делала девушка, но остановить ее я не имел ни малейшего желания. Мое лицо стало мокрым от ее слез, и я был уверен, что что-то почувствовал, подобно тем редким, вспышкам света, которые, каждый раз, безбожно угасали. Мне до дрожи хотелось, чтобы она поцеловала мои, покалывающие от ее прикосновений, губы еще раз, но только сильнее. Я очень хотел поцеловать ее сам и успокоить, прекратить ее рыдания. К сожалению, через секунду произошло то, чего я совсем не ожидал. Настя ударила меня по лицу. Влепила мне оглушительную пощечину, после которой неистово пульсировала моя щека. Иронично, но это было то же место, куда бил ее отец несколькими днями ранее. Схватившись за лицо, я чуть было не открыл рот, но у меня больше не было слов, чтобы оправдаться перед девушкой. Разве я не заслужил эту пощечину?

— Как ты посмел меня бросить! — закричала она, а затем снова прижалась ко мне.

И я обнял ее крепко, прикрывая глаза и вдыхая аромат ее тела. Мы стояли в таком состоянии несколько секунд, просто прижимаясь друг к другу. Из моей головы моментально вылетело все, что я собирался ей сказать, оставляя на месте лишь бескрайнюю нежность.

Я никогда не чувствовал подобного прежде.

— Как ты себя чувствуешь? — прикоснувшись ладонью к моей груди, в место, где были раны, задала она вопрос, который должен был задать ей я. Девушка полностью обезоружила меня, как ей это удавалось? — Я так боялась, что с тобой что-то случилось. Но все равно верила, что ты вернёшься ко мне живым и здоровым.

Как же она ласкова. Я находился в таком странном, необъяснимом состоянии невесомости, и смутно представляя себе происходящее. Настя любит меня по-настоящему, теперь я чувствовал это каждой клеточкой.

— Я потерял память, — с трудом проговорил я, гладя ее по спине. Девушка дернулась в моих объятиях, и разомкнув руки, приподняла голову, глядя своими зелеными глазами, в которых застыла влага, прямо мне в глаза.

Чуть не потерял сознание, столкнувшись с ней взглядом. Господи, что это? Я чуть не утонул в этих глазах, и почему я не подумал об этом заранее? Ведь если так сильно на меня действовала лишь ее фотография, то я должен был предположить, каково мне будет в жизни.

— Поехали со мной, — забыв обо всем на свете, протянул я, обнимая девушку. Зачем я предложил ей это?

— Поеду, — Настя закивала. — Поеду за тобой куда угодно. Сделаю все, что ты скажешь, — ее слова заставляли меня содрогаться от боли. — Я им не поверила, — пробормотала она, улыбаясь. — Когда они мне сказали, что ты приехал, чтобы развестись со мной.