Падение драконов - Кэмерон Майлз - Страница 15

— Как? — спросил Габриэль.

— Я точно должен рассказывать? Я чувствую себя цирковым животным.

— Развлеки меня, — велел Габриэль.

Маг пожал плечами.

— Он такой же сильный волшебник, как Гармодий или я. Могущественный. Когда он колдует, он использует естественные волны силы, которые текут над миром и через землю. Так?

Габриэль кивнул.

— Но нечестивый бежит, когда никто не гонится за ним, — продолжил Мортирмир. — Он должен понимать, что использует эти волны и здесь, и в эфире. Так что мне оставалось просто искать места, где слишком тихо. Обычно в мире происходят естественные приливы и отливы силы. Как будто дует ветер. Я нашел место, где нет никакого движения силы, ни в реальности, ни в эфире.

— Потому что?.. — спросил Габриэль.

Мортирмир раздраженно вздохнул и даже закатил глаза.

— Потому что он гасит поток, чтобы скрыться! — сказал он, как будто это все объясняло.

— Так… ты… нашел его.

— Строго говоря, — поморщился Мортирмир, — я нашел точку, где соблюдаются все условия. Надо было пойти туда и вывести его на открытое место. И он мог бы меня сожрать, если бы я это сделал. Позавчера мы застали его врасплох. Больше такого не случится.

— Ты можешь хотя бы представить, как он от нас сбежал? — спросил Габриэль.

Майкл поправил воротник своего бывшего господина.

— Без своей армии рабов он все еще опасен?

— Понятия не имею, — ответил Мортирмир. — Думаю, он сам здесь не был. Он собирался встретиться с нами в реальности. У гор. Но на самом деле я не знаю, если честно.

— Мы вообще почти ничего не знаем, Майкл, — сказал Габриэль. — Еще два дня назад он был одним из основных игроков в битве за врата. Думаю, нам нужно прикончить его.

— Именно это я хотел сказать, — заговорил Пайам. — Если честно, милорд, для моего господина и моего народа уничтожение Некроманта всегда было первоочередной задачей.

— А для моего мужа и моего народа, — заметила герцогиня Вениканская, — угрозой кажется новый патриарх Рума.

— И поэтому, друзья мои, мы встречаемся через пять минут в большом зале, — сказал Габриэль.

Он был уже полностью одет: красные шелковые шоссы, красный шелковый камзол, красный шелковый дублет с вышитым на нем красной шелковой нитью императорским орлом. Тоби надел на него пояс с золотыми бляшками, а Калли привесил к поясу кинжал и романский меч. Габриэль тут же его отверг.

— Неси боевой.

Калли принес боевой меч, пока Габриэль выпил полную чашку гипокраса.

Бланш вышла из спальни в золотом шелковом платье поверх обтягивающего темно-синего киртла с золотой отделкой, которая очень шла к ее волосам. На ней тоже был рыцарский пояс с золотыми бляшками. Волосы прикрывала белая шелковая вуаль с очень простым обручем, тоже золотым. Майклу досталась шляпа капитана, а точнее, императора: красная шерстяная шляпа с пентаграммой Красного Рыцаря, золотым значком и пурпурно-малиновым страусиным пером, торчащим вверх на два фута.

Тоби протянул сэру Габриэлю белые кожаные перчатки.

Бланш сделала мужу реверанс, он поклонился ей, и вместе они прошли через зал в кабинет, где мастер Юлий и два секретаря встали и поклонились, прежде чем вернуться к бесконечным стопкам приказов и паспортов. Габриэль наклонился к уху мастера Юлия и что-то прошептал. Бывший стряпчий вспыхнул от удовольствия.

— Час, — сказал он, — два, если вы хотите, чтобы сообщение было отправлено вашему брату по расписанию.

— Давай. Я могу дать тебе… четыре часа, — быстро подсчитал император. — Тоби, ты мне не понадобишься. Оставайся тут и передохни.

Он улыбнулся, и Тоби улыбнулся в ответ. Император взял жену под руку и проскользнул за дверь. За ним в порядке старшинства последовали герцогиня, сэр Майкл, Павало, Изюминка и Кронмир, Кайтлин, надевшая новую сорочку и на ходу шнурующая киртл, и Макгилли, которому за все его грехи пришлось тащить грязное белье в стирку.

Анна подошла к буфету, взяла свой холодный сидр и выпила его. Тоби смотрел в пустоту.

— Мы выжили, — сказала Анна. Кроме них двоих, в зале никого не осталось.

— Надо идти за ним, — вздохнул Тоби.

— Дай ему минутку. — Она налила ему горячего сидра.

Тоби сел на стул, на котором брился император, вытянул ноги и отпил сидра. Съел ломтик какого-то фрукта. Потом замер.

— Чертов Макгилли!

Он вскочил, взял вазу с фруктами и направился в большой зал.

Анна осталась одна. Она вздохнула из-за еще одной упущенной возможности и начала уборку.

Нита Кван удобно сидел, прислонившись спиной к высокой ели, курил и тосковал по жене. Потом передал трубку — у нее был горький привкус — юному сэру Анеасу. У Нита Квана было время, чтобы познакомиться с младшим из Мурьенов, и этот человек сильно напоминал ему кого-то, но Нита Кван никак не мог послать стрелу памяти в цель.

Это не имело значения.

Анеас использовал свой маленький жезл, чтобы создать образ Эднакрэгов и равнин за ними, где горы спускались к Внутреннему морю и двум огромным рекам, вытекающим из него. Восточная река текла на северо-восток, из Внутреннего моря в океан. На западе великая Мериди, или Центральная река, текла почти прямо на юг, в неизведанные топкие земли, где не ступала нога человека — даже пришедшего из-за Стены, где обитали огромные стаи боглинов, глубокие болота кишели хейстенохами, а по холмам бродили одни только тролли. По крайней мере, так говорили ирки.

В модели Анеаса ничего этого не было. Он ограничился краем Эднакрэгов и равнинами, которые тянулись к реке от Клюквенного озера. Пришедшие из-за Стены называли его Вгоче, и в него с юга впадал Вудхолл. На севере из озера вытекала огромная река Клюква, которая несла свои воды до скал и островков Внутреннего моря, до островов Милле, лежащих напротив руин Напаны.

— Шип изучал стратегию. — Анеас указал на точку, отмечавшую развалины города. — Уничтожив Напану, он отделил нас от пришедших из-за Стены. Ваших людей от моих.

Нита Кван взглянул на своего наставника, старого охотника Та-се-хо.

— Многие из моих людей были бы счастливы отделиться от тебя, лорд Тикондаги. Мы не враги, но вы — владыки Стены, а мы живем за ней.

— Союзники, — сказал Анеас.

— Но не подданные, — кивнул Нита Кван.

Анеас выглядел оскорбленным. Та-се-хо передал трубку дальше и покачал головой.

— Нита Кван говорит то, что ему велели сказать женщины. Разрушение Напаны опаснее, чем ты считаешь, при первом дуновении весны наши люди бежали на запад, к Моган. Страна Тыкв опустела.

Анеас смотрел на свою карту.

— Представьте, что Орли где-то здесь, — сказал он, указывая на берега Великой реки между рекой Клюквой и скалами. — Он должен быть здесь. И он пытается перебросить новую армию и старых союзников в Страну Тыкв, не уходя далеко от пресной воды.

Та-се-хо кивнул. Нита Кван тоже. Смотрит на Облака, шаман-подменыш, присела таким движением, будто у нее не было костей. У нее за спиной суетился лагерь. Всего пару дней назад Анеас руководил безнадежной погоней, но теперь он командовал сотнями лесников. Повстанцы, егеря, несколько охотников, ирки, пара боглинов и мощный отряд сэссагов, победителей двух великих битв с Дикими. Была тут Сизенхаг со своим выводком, стаей виверн, юная Лили, золотая медведица-двухлетка с двумя самцами, Темнокорнем и Берридранком. По меркам войны в Эднакрэгах, могущественное войско. Неутомимые виверны таскали припасы, пока пришедшие из-за Стены строили каноэ, хрупкие суденышки из коры, на которых они планировали пересечь реку Клюкву.

— В гостинице говорили, что галлейцы стоят на Великой реке, — сказал Та-се-хо, и Нита Кван кивнул.

— Мы не можем сражаться с Орли и галлейскими рыцарями, — ответил Анеас.

Нита Кван, побывавший на большом совете, наклонился вперед.

— Они могут не быть врагами, — сказал он. — Появились новые союзы. Король Галле мертв. Сьер дю Корс — союзник, а не враг, по крайней мере так говорили в гостинице. — Он пожал плечами, потому что дела Древней земли были для него не реальнее, чем легенды о прошлом. Вот только легенды о прошлом каждый день нападали на него.