Падение драконов - Кэмерон Майлз - Страница 22

— А вот Цапля, — сказал Безголовый.

Габриэлю пришлось на мгновение задуматься. Его бесило, что некоторых людей в собственном войске он ни разу не встречал. Что люди могут умереть у него под началом, а он и не узнает. Он не этого хотел, когда начинал.

— Большая… честь… — сказал Урк.

— Нам повезло, что ты у нас есть, — отозвался Габриэль. — А у нас найдутся подходящие доспехи?

Длинная Лапища кивнул, как будто это был крайне своевременный вопрос.

— Две девицы Сью и Гропф занимаются шитьем еще со времен Веники. У него будет самая красивая одежда во всем войске, — ухмыльнулся Безголовый.

— Это у шестирукого-то жука, — заметил Типпит. — Как поживаете, капитан?

Габриэль улыбнулся. Он ничего не мог с собой поделать. Он мечтал о такой жизни. Это была его семья, которую он собрал сам.

— Раз вижу тебя, Типпит, значит, все хорошо. Цапля? Он из-за Стены?

— Из Хурана, — гордо сказал молодой человек. Поверх хорошей стеганой куртки он надел форменное сюрко, но вместо шосс на нем были штаны из оленьей шкуры и набедренная повязка, а у пояса висел не нож или меч, а небольшой топор.

— Как насчет табака? — спросил Габриэль.

— У меня его нет, — пожал плечами хуранец.

— Я что-нибудь с этим сделаю, — пообещал император людей. Так он и командовал — зная всех до единого, вникая в их жизни. Ему не кланялись. Приятно было это вспоминать.

Цапля усмехнулся и хлопнул его по спине.

— А вот это хорошо.

Лучники отвернулись, пряча улыбки. Пришедшие из-за Стены не привыкли выражать уважение внешне, они верили в равенство, которому даже древние позавидовали бы. Габриэль засмеялся, положил руку на плечо Цапле, а потом познакомился с другими новичками: Айрис, высокой девушкой-иркой с ярко-желтыми волосами, и ее побратимами, Элараном и Сиденхиром. Он посмотрел, как они стреляют, и улыбнулся, услышав их слишком правильную высокую архаику.

— Они даже пердят цветами, — заметил Безголовый, — Айрис так точно.

Длинная Лапища добавил:

— Но стреляют хорошо.

— А что вениканцы про них думают? — спросил Габриэль.

— Да все отлично, — ответил Длинная Лапища, имея в виду, что вопрос это непростой и хорошему капитану не стоит его повторять.

Габриэль знал все о вопросах, которые не следует задавать. Вслед за Длинной Лапищей он прошел мимо остальных лучников к укреплениям у главных ворот лагеря, где сидели или стояли человек пятьдесят в полном доспехе. Двое осторожно упражнялись на боевых мечах. Немного старомодные доспехи, изящные кольчуги без крупных пластин выдавали в них окситанцев. Их Габриэль тоже не знал.

Том Лаклан, известный большей части мира как Плохиш Том, стоял на валу в полном доспехе. В Венике он купил новый: великолепного иссиня-черного цвета, с латунной отделкой, отполированной до яркого золотого блеска. На латуни был многократно выгравирован девиз «Лакланы за Э» и довольно сложное заклинание, которое Габриэль прекрасно видел в эфире.

— Очень хорошо, — сказал Габриэль.

— Да уж, — согласился Том, как будто они проговорили все утро.

— Это караул?

— Ага. Лучники стреляют, рыцари упражняются с мечами и копьями. А еще мы тренируем ту маленькую хитрость, про которую ты говорил. Со штурмом моста.

— Моста?

— Ты, конечно, любишь секреты. Но если я вижу мост, я так и говорю — мост. Большой мокрый мост, шириной футов двадцать от края до края.

— Ах, этот мост. — Габриэль улыбнулся, отказываясь вступать в игру. — Готов ехать?

— Ага, — кивнул Том и вдруг закричал на поединщиков: — Это еще что такое? Ты вообще рыцарь?

Один из окситанцев нанес очень сильный удар. Другой успел поставить блок. Полетели искры.

— Я не хочу больше терять солдат, — сказал Габриэль.

— Тебе нужны те, кто умеет убивать. А их нужно учить. Это требует времени, снаряжения и крови. Ты сам когда последний раз за меч брался?

— Две недели назад я дрался на турнире. За несколько дней до этого я дрался с тобой, в одних рубашках. Вчера я побил Майкла.

Окситанцы сошлись очень близко — и вдруг схватились врукопашную.

— Тебе стоит помахаться с Длинной Лапищей, — заметил Том, — он вчера честно меня побил.

Длинная Лапища был очень доволен собой.

— Я по делу, — сказал Габриэль, — заберу тебя с собой.

— А кто командовать будет?

— Изюминка.

Наступило молчание.

— Ну ладно, — наконец сказал Том.

Габриэлю захотелось его обнять, но вместо этого он спросил у Длинной Лапищи:

— Как насчет поразмяться? У меня с собой только костюм для полетов.

Тот кивнул, перепрыгнул через барьер с ловкостью, необычной для человека старше пятидесяти, и взял легкий бацинет с изящным высоким гребнем и острым клювом. Длинная Лапища был в кольчуге поверх форменной куртки и дорогой бригантины, обтянутой бархатом.

— В Венике все купили новые доспехи? — спросил капитан.

— Почти, — ответил Том. — Вот ты купил. Или откуда ты взял эту золотую штуку?

Он посмотрел на следующую пару бойцов: сэра Данведа и почти незнакомого Габриэлю рыцаря в великолепном доспехе.

— Это лорд Уимарк? — спросил Габриэль.

— Ага. Данвед заставит его благородную задницу попотеть. Эй, ты чего это?

Габриэль, державший шлем для полетов в руках, надел его на голову и защелкнул застежку.

— Собираюсь подраться.

— А, — улыбнулся Том. — Я-то думал, я все испортил.

Длинная Лапища сгибал и разгибал пальцы латной перчатки. Подошел его оруженосец, красивый золотоволосый юноша лет четырнадцати-пятнадцати в новой кольчуге.

— Я никого тут не знаю, — пожаловался Габриэль.

— Это Хэмиш Комин. Из брогатских парней. В нем течет кровь горцев. Он еще вырастет. — Том указал на двух окситанцев: — Это сэр Оливер и сэр Маттеос.

Он посмотрел, как двое новых бойцов обмениваются ударами, а потом расходятся.

— Уимарк, хватит нежничать! Врежь ему!

Но Данвед был значительно сильнее изящного аристократа, и в следующий момент Уимарк оказался в траве, с секирой у горла.

— Все, — крикнул Том, — с поля. А почему Изюминка? У нее нет опыта командования большими отрядами.

— Именно поэтому. Слушай, Том. У меня вас, тех, кому я доверяю, может, десятка два. Тех, кто знает весь план. Когда я погибну… если я погибну, все придется делать вам. Изюминка должна научиться командовать армией любого размера.

— Так, — сказал Том после паузы. — Ей придется сражаться с патриархом?

— Да.

— К черту все, — сказал Том, — я хотел с ним сам драться.

— А ты пойдешь со мной и Морганом. Сражаться с Некромантом.

Улыбка расплылась по лицу Тома.

— А вот это дело. И когда?

— Как только мы с Длинной Лапищей закончим. Я не могу допустить, чтобы Некромант объединился с патриархом или герцогом Митлийским. — Он наклонился ближе. — Есть мнение, что существует еще один. Еще один… враг.

— Христос всемогущий. Сиськи Тары. — Безумный взгляд Тома встретился со взглядом его друга. — Еще одна сила?

— Да.

— Нельзя позволить им объединиться. — Том присвистнул. — Итого у нас двадцать дней?

— Или даже меньше. Дю Корс к востоку от Лукрета. Мортирмир определяет местонахождение Некроманта с точностью до дюжины лиг. Пайам вернулся сегодня утром, надеюсь, он пойдет на север от побережья. А мы поедем на запад.

— А что у нас за войско? — спросил Том.

— Гильдейское ополчение, императорская армия и весь гарнизон Арле. Герцогине и Изюминке остаются мое войско, вениканцы и беронцы.

Том потянул себя за бороду:

— Этого мало. Нас и с самого начала-то было немного, а теперь стало еще меньше.

— Мы просто должны охранять Мортирмира. — Габриэль коснулся своего забрала. — Но я бы хотел, чтобы Эш заметил все припасы, которые я перебрасываю на запад Галле, и войска, идущие в этом направлении. Нужно, чтобы он решил, будто я возвращаюсь морем.

— Я слышал, он тебя не увидел в последний раз? — Том хмыкнул.

— Не лично меня. Но мы все, особенно Мортирмир, должны пылать как солнце, помня о потенциальной вражде. Ну, я надеюсь.