Девиантный рыцарь (ЛП) - Лоррейн Трейси - Страница 31

Его глаза снова находят мои, когда он работает над собой усерднее, почти яростно.

Работа надо мной, должно быть, привело его на полпути к оргазму, потому что проходит всего пара минут, прежде чем он извергает свой заряд на мои сиськи, а из глубины его горла вырывается низкое сексуальное рычание.

Горячие струи спермы обжигают мою кожу, заставляя мое тело жаждать еще одного оргазма.

В ту же секунду, как он закончил, он отодвигается и прижимает колено к краю моей кровати, немного наклоняясь, чтобы осмотреть беспорядок, который он устроил на моей груди.

Макая палец в одну из лужиц липкой спермы, он начинает что-то писать. Кое-что, что я вскоре узнаю, — это его имя.

Блядь.

Он предъявляет на меня права самым примитивным образом, и черт возьми, если от этого моя пизда снова не станет влажной для него.

— Никто тебя не тронет, Мегера. Даже твои собственные пальцы. Я узнаю, если ты это сделаешь.

Я хочу спросить, как, но все слова улетучиваются в ту секунду, когда его глаза находят мои.

Вместо этого я просто киваю, как гребаная марионетка, которая счастлива следовать его инструкциям.

— Хорошая девочка.

Прежде чем я понимаю, что происходит, он стоит перед окном, готовый вылезти.

Пытаясь сесть, я щелкаю выключателем своей лампы, наполняя комнату мягким белым светом.

Я задыхаюсь, когда смогла рассмотреть его и еще больше от крови, которая его покрывает.

— Тео, что—

— Скоро увидимся, Мегера, — говорит он, отсекая мое беспокойство по поводу того факта, что он, блядь, весь в крови.

— Подожди, — кричу я, мысль врезается в меня.

Он оборачивается и смотрит на меня через мое открытое окно.

Его бровь нетерпеливо изгибается.

— Это не первый раз, когда ты приходишь сюда посреди ночи, не так ли?

Ухмылка, которой он одаривает меня, — это весь ответ, который мне нужен.

Ублюдок.

Глава 16

ЭММИ

— Добрый день, солнышко, — поет папа, когда я шаркаю по кухне где-то перед полуднем на следующее утро.

Я бормочу что-то невнятное в ответ, направляясь к кофеварке, поворачиваясь спиной к нему и Пайпер, которые сидят на острове.

— Вечеринка в пятницу вечером была так хороша, да?

Все мое тело напрягается.

— Что-то в этом роде, — бормочу я, доставая кружку и ставя ее на маленькую подставку.

— Эмми, — предупреждает папа. — Тебе предназначено быть…

— Подростком? — Я спрашиваю, прерывая его.

— Сдержанной, — поправляет он.

— Тебе обязательно было забирать меня из полицейского участка или из больницы? — Я спрашиваю, прислоняясь спиной к стенке и поднимая бровь на него.

— Есть много неприятностей, в которые ты можешь попасть, не попав ни в одну из них.

Я, блядь, этого не знаю.

— Я поняла, папа. Вам не нужно беспокоиться.

Он смотрит на меня с пустым выражением лица.

— Смотри, никаких синяков, — я указываю на свое почти закрытое тело. — И, — я поднимаю руки, чтобы Пайпер увидела, — я даже подправила ногти.

Она кивает, на ее губах играет улыбка.

— Они выглядят великолепно.

— Вы двое хотите еще кофе? — Я спрашиваю в качестве предложения мира.

— Конечно. — Папа пододвигает ко мне обе их кружки, и как только моя заканчивается, я кладу в нее новую порцию и делаю каждому по новой их любимой. — У тебя есть планы на день?

— Э-э… — Я колеблюсь. У меня есть планы, но я не могу рассказать ему.

Удар вины в грудь, к которому я слишком привыкла, угрожает выбить из меня дух, когда я готовлюсь солгать еще раз.

— Просто направляюсь в спортзал, потом встречаюсь с девочками.

— Спортзал, в котором ты работаешь? — Спрашивает он.

— Это тот самый. — Я знала, что рассказ Пайпер прошлой ночью вернет его довольно быстро.

Я сказала ей правду… в основном. Я просто не могла сказать ей настоящее название спортзала, потому что заведение Микки вызвало бы больше, чем несколько тревожных звоночков. Так что я была вынуждена сказать ей, что это новое место, которое открылось на другом конце города. Место, которое они оба вряд ли посетят, дает мне немного передышки.

— Я знаю, что это я говорил о том, чтобы найти работу, но я не хочу, чтобы это отвлекало внимание от школы, малышка.

— Этого не будет, папа. Кроме того, мне нужно что-то еще, кроме школы. Где-нибудь с нормальными людьми.

— Ты хочешь сказать, что твои друзья ненормальные? — Спрашивает папа, весело щуря глаза.

— Ты встречался с ними. Что бы ты сказал?

— Справедливо, — бормочет он, забирая у меня свой свежий кофе, когда я передаю его. — Мы отправляемся завтра в час дня и ни секундой позже.

— Я знаю, папа. Ты говорил мне об этом миллион раз. Я не собираюсь все испортить для тебя.

— Я знаю. Я просто…

— Нетерпеливый? — Спрашиваю я с понимающим видом, когда он смотрит на Пайпер с этим мягким, полностью влюбленным выражением лица. На это приятно смотреть, если не сказать, что это чертовски странно.

Всю мою жизнь мой отец был большим, чем жизнь, ужасающим, татуированным, грубым парнем. В ту секунду, когда я узнала о его прошлом MC и о том, кем на самом деле была эта сторона моей семьи, это обрело полный смысл.

У него был мотоцикл и опасный взгляд сверху вниз. Я могу только представить, каким жестоким он был бы, если бы остался в той жизни.

Но он отказался от этого… ради меня.

Я вздыхаю, когда он протягивает руку и заправляет прядь волос Пайпер за ухо.

Он трахнул мою маму, когда был в депрессии из-за того, что думал, что Пайпер мертва — и от руки моего отца, не меньше.

Мне даже не суждено было существовать. И мама, конечно, не была в состоянии быть матерью. Она даже не доросла до роли.

Я поражена, что она не бросила меня раньше. Я могу только предположить, что это было пособие на ребенка и деньги от отца, которые удерживали ее в адской дыре, которая является поместьем Ловелл со мной.

Хотя это не объясняет, где она сейчас. У нее могли быть деньги еще на два года, если бы она осталась.

Предполагая, что я могла бы застрять в Академии Ловелла, чтобы попробовать несколько уровней A. Я едва задержалась достаточно долго, чтобы получить какие-либо выпускные экзамены.

— Да, — бормочет папа, напоминая мне, что мы были в середине разговора. — Можно и так сказать. Такое чувство, что я ждал этого всю свою жизнь.

Он наклоняется вперед, осыпая поцелуями подбородок Пайпер.

— Тьфу, вы двое отвратительны, — бормочу я, ставлю кофе Пайпер и хватаю свой, более чем готовая сбежать.

Чтобы быть справедливой к ним, они в основном держат КПК дома до минимума, что я ценю. Но видеть их вместе, пока это 13+, меня не беспокоит, как я думала. В основном, я просто рада за них. И, может быть, просто, может быть, немного ревную.

Я знала об этом факте, но, видя, как папа так ласков с Пайпер, становится еще более очевидным, что ни одно из моих взаимодействий с Тео не было таким.

Конечно, он уже дважды облил меня своей спермой. Но он даже не приблизился к тому, чтобы поцеловать меня. Черт возьми, он даже не позволяет мне прикоснуться к нему.

Извращенный хрен.

Ни один из них ничего не говорит, когда я выхожу из комнаты. Я скоро понимаю почему, когда оглядываюсь назад и нахожу их потерянными в их поцелуе.

У меня сжимается грудь при виде этого.

Черт возьми.

В ту секунду, когда я возвращаюсь в свою комнату, все, что я вижу, все, что я чувствую, — это он.

Мой телефон издевается надо мной с прикроватной тумбочки, но я игнорирую его.

Я не хочу знать, отправил ли он что-нибудь после своего ночного визита.

После паузы, глядя на это и желая, чтобы я была экстрасенсом дольше, чем следовало, я хватаю свою одежду на день и направляюсь в ванную, более чем готовая смыть с себя его запах и прикосновения. Кажется, совершенно нелогичным принимать душ перед посещением спортзала, но я ни за что не уйду из этого дома с его запахом в носу.