Мое любимое чудовище - Хойт Элизабет - Страница 10

Услышав знакомое слово, собачка подбежала к мужчине и, зарычав, принялась терзать потрепанные штанины его брюк.

– Ну, раз так, вам всем лучше войти внутрь, – фыркнув, сказала Мод, и ее тон показался Аполлону сухим, точно пыль под ногами.

Индио подхватил собачку на руки и тем самым спас штаны Аполлона. Она тут же принялась облизывать его лицо, и мальчик со смехом пробежал мимо Мод. Его мать одарила гостя не поддающимся расшифровке взглядом и жестом пригласила внутрь. Аполлон пригнулся и вошел в пропахшее гарью помещение с покрытыми копотью стенами, пытаясь унять поселившуюся в душе тревогу. Впрочем, причин подозревать, что мисс Стамп что-то заподозрила, не было.

В последний раз он находился в этом здании в тот самый вечер, когда пожар уничтожил парк. Аса Мейкпис был его старинным другом и единственным, кому Аполлон смог довериться после того, как сбежал из Бедлама. А через сутки случился пожар, после которого в воздухе витал удушающий запах дыма и разрушения.

Запах гари чувствовался в театре и сейчас, но произошли и некоторые изменения. Мисс Стамп и Мод постарались сделать свое временное жилище более уютным. Посреди комнаты стоял стол со стульями, на стене висела гравюра с изображением дам в ярких платьях, в камине потрескивали поленья, неподалеку примостилась вешалка для сушки белья, а на табурете рядом с камином виднелась корзинка с недовязанным носком и клубком серых ниток со спицами. На крошечном приставном столике возвышалась беспорядочная стопка бумаг, стояла заткнутая пробкой бутылочка чернил и щербатая кружка с перьями. На каминной полке тикали довольно уродливые часы, покрытые черной и зеленой эмалью, и в отличие от тех, что Аполлон заметил в жилище Мейкписа, они работали. Место перед камином занимал лилового цвета диван, один угол которого подпирали кирпичи.

Жилище мисс Стамп совсем не походило на те дома, в которых Аполлон привык бывать до того, как впал в немилость, и все же оказалось очень уютным.

– Ну, если осмотрелись, присаживайтесь, милорд, – нарушила молчание Мод, указывая рукой на один из стульев.

На какое-то леденящее душу мгновение Аполлон забыл, как дышать, но уже в следующий момент понял, что эти слова не несли в себе никакой подоплеки. В надежде на то, что ничем не выдал своего удивления, он кивнул и выдвинул стул, чтобы сесть за стол.

Но Мод, продолжая хмуриться, уточнила:

– Что с ним такое? Он не может говорить?

– Нет, не может, – просто сказал Индио, избавив гостя от необходимости прикидываться слабоумным.

– О… – Мод ошеломленно заморгала, явно застигнутая врасплох. – Ему отрезали язык?

– Мод! – одернула ее Лили. – Что за чудовищная мысль! У него есть язык. – Потом, словно вдруг усомнившись в собственных словах, с беспокойством посмотрела на гостя. – Ведь есть?

Аполлон недолго думая высунул язык, отчего Индио рассмеялся, а Нарцисска залилась лаем.

Мисс Стамп посмотрела на него так, что все тело обдало жаром, и он поспешил натянуть на лицо маску непонимания.

Фыркнув, Лили опустилась на стул, а Мод проворчала:

– И что здесь такого? Мне же любопытно узнать, почему язык есть, а говорить он не может.

– Я не знаю. – Индио уселся за стол рядом с Аполлоном. – Зато сегодня он спас Нарцисску: она чуть не утонула.

Рука мисс Стамп, потянувшаяся было за куском курицы, застыла в воздухе.

– Тебе же нельзя даже приближаться к пруду, и ты прекрасно знаешь это, Индио!

– Я и не подходил, – попытался объяснить мальчик. – Это Нарц туда убежала. Калибан пошел за ней, достал из воды и завернул в свою рубашку. А потом Нарцисска ее облевала.

Женщины тут же уставились на рубашку гостя, и Аполлон с трудом удержался, чтобы не поднять руку и не убедиться в том, что от рубашки больше ничем не пахнет.

Мисс Стамп покраснела до корней волос.

– Это вульгарное слово, Индио: я уже не раз говорила тебе об этом, – тем более за столом…

– Как же тогда сказать? – поинтересовался Индио и без всякого перехода добавил, не вполне логично: – А можно и мне кусок цыпленка?

Мод принялась раскладывать по тарелкам куски цыпленка с хрустящей румяной корочкой.

– Как вышло, что Калибан оказался рядом, когда Нарцисска упала в пруд? – громко спросила мисс Стамп, пытаясь скрыть неловкость.

– Он рубил пень таким огромны топором, – пояснил Индио, и Аполлону ужасно захотелось его поправить, но вместо этого он положил в рот кусок цыпленка. – А мы с Нарцисской гуляли, но не возле пруда, – поспешил успокоить мать мальчик. – Мы вообще туда не собирались.

Искоса взглянув на женщин, Аполлон понял, что они не верят ни единому слову врунишки.

– Стало быть, он садовник. – Лили взяла со стола бокал с вином и посмотрела на Аполлона с гораздо большим интересом, чем ему бы хотелось.

– Не простой садовник, – поправил Индио. – Он указывает другим садовникам, что делать.

От этих слов кусок курицы застрял у Аполлона в горле, он закашлялся, и Лили пришлось с силой похлопать его по спине.

– В самом деле? – удивилась она, внимательнее посмотрев на гостя.

Откуда, черт возьми, мальчику об этом известно? Ведь никто из рабочих не знал, что автор проекта нового парка именно он. Он таким способом оставлял инструкции для главного садовника – медлительного, но очень исполнительного Херринга, – что никто из его подчиненных даже не догадывался, что их работодатель трудится у них под носом.

– Почему ты так думаешь? – заинтересованно спросила Мод.

От неожиданности Аполлон опрокинул свою тарелку на пол. Жаль было жареного цыпленка, но ничего не поделаешь. Тарелка разбилась, осколки разлетелись по полу, со стола стекали остатки соуса. Нарцисска тут же подбежала и принялась жадно поглощать мясо, а Индио и Мод пытались оттащить ее в сторону от осколков, чтобы ненароком не проглотила.

Пока царила суматоха, Аполлон поднял голову и поймал на себе изучающий взгляд мисс Стамп. Ее зеленые глаза смотрели с подозрением, и он вдруг ощутил волнение сродни страху разоблачения, хотя скорее всего это было куда более сильное и опасное чувство.

Мод и Индио продолжали сражение с левреткой, ухитрившейся перемазать весь пол, но Лили словно застыла, устремив взгляд в мутно-карие глаза мужчины. Они не были оттенка кофе, или шоколада, или того чудесного китайского чая в маленьких красных пакетиках, которого Лили больше не могла себе позволить. Нет, цвет глаз Калибана не походил ни на один из напитков. Они были просто коричневыми, такими же тусклыми и невыразительными, как у бессловесного животного, но зато их обрамляли самые роскошные ресницы из всех, какие Лили когда-либо приходилось видеть: вовсе не длинные, но такие черные и густые, что придавали их обладателю экзотическую красоту. Почему она не заметила этого раньше? От глаз Калибана просто перехватывало дыхание, а загадочное мерцание в их мутно-коричневых глубинах просто сводило с ума и даже пугало. Потому что, если Индио прав и этот мужчина – этот незнакомец – не простой садовник, то, похоже, он совсем не тот, за кого Лили его приняла. Внезапно, окинув взглядом его мускулистую фигуру, она остро ощутила исходящую от него мужскую силу. И этот, по сути, незнакомец в ее доме, рядом с ее маленьким сыном и пожилой няней, которых некому защитить в случае чего.

Лили слишком хорошо знала, какие неприятности может причинить такой мужчина, и судорожно вздохнула, когда Индио уселся наконец на свое место между нею и Калибаном и, наклонившись, сказал ему на ухо:

– Если хотите, возьмите цыпленка у меня.

Лили не могла избавиться от предчувствия, что это розыгрыш. Ну не мог же немой действительно управлять садовниками! Или ее сын что-то не так понял, или Калибан не тот, за кого себя пытается выдать.

– Все в порядке, Индио, – произнесла она как ни в чем не бывало. – Мод положит гостью еще одну порцию.

Бывшая нянька бросила взгляд на воспитанницу, однако не сказала ни слова и, взяв последнюю целую тарелку, принялась наполнять ее едой.

– Индио, – осторожно начала Лили, коснувшись бокала с вином. Аппетит у нее пропал окончательно. – Расскажи мне, как случилось, что Нарцисска упала в пруд.