Дом яростных крыльев (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 100

— Единственное место, куда я хочу сегодня сбежать это кровать.

Когда он осматривает её, я добавляю.

— В одиночестве.

Он фыркает.

— Не бойся. Я не планировал ложиться в кровать с вороном.

Несмотря на то, что я уже составила мнение о Данте, я невозмутимо отвечаю:

— Он тоже не будет спать в моей кровати.

— Я говорил не о нём.

— О, понятно.

Я приподнимаю подбородок.

— Тебе повезло, что я больше не желаю ложиться в постель с человеком, которого презираю, так что это всем на руку.

Я обхожу принца и резко открываю дверь.

— А теперь, когда вы выяснили моё местонахождение, прошу вас уйти, Принчи.

Он начинает водить челюстью из стороны в сторону, отчего она становится квадратной.

— Я не хотел причинить тебе боль.

— Может и нет, но чем больше ты смотришь на меня, как на монстра, Данте, тем больше я им себя чувствую.

— А как ещё мне на тебя смотреть?

Он раздражённо выбрасывает руку в воздух.

— Так, словно я это всё еще я! Всё ещё, мать его, девушка.

Он вздрагивает.

— Словно я всё ещё твой друг, или кем я там для тебя была.

Он делает шаг в мою сторону и нависает над моим более маленьким телом. И я уже думаю, что он может обхватить меня за шею и поцеловать. И, может быть, чтобы получить некоторое завершение, я ему позволю. Но затем его ноздри раздуваются, он разворачивается, выскакивает в коридор и врывается в свою комнату напротив. А затем в манере, не подобающей будущему королю, он захлопывает свою дверь.

Но опять же, трон никогда не предназначался для него.

Закрыв дверь своей комнаты, я смотрю вниз на себя, на это тело, которое вызывает у него такое отвращение, пусть даже мои ногти пока не превратились в железные когти, а на коже нет перьев.

«Замόк, Behach Éan».

Я закусываю губу.

«Он не вернётся».

«Вероятно, нет. Но внизу около дюжины мужчин, и хотя их шансы пройти мимо меня — нулевые, я бы не хотел запачкать эти полы кровью».

У меня сводит желудок, когда я представляю картину, которою он рисует. Я поворачиваю замок и подхожу к кровати.

«Знаешь, не все конфликты решаются убийством».

«Человека можно заставить истекать кровью, не убивая его».

Не снимая полотенца, я сажусь на матрас, который мягкий и комковатый одновременно. Затем я приподнимаю простыни, которые пахнут солнечным светом и корой тропических деревьев, и ныряю под них. Поскольку я уже проспала целый день, сон все никак не приходит ко мне. Не говоря уже о том, что ожидание и нервозное состояние подогревают каждую клеточку моего тела.

Завтра Лор станет почти цельным.

«А что насчет твоего пятого ворона? Из дворца?»

Я приглушаю свет лампы на прикроватной тумбочке и наблюдаю за игрой теней на гладком потолке из лакированного дерева.

«Курьер достигнет южных берегов после рассвета».

Я представляю Джиану, которая везёт миску, потому что — кто же ещё будет в этом участвовать?

«Это не…»

Он перестаёт говорить так неожиданно, что я сажусь на кровати и кручу диск на фейской лампе.

«Лор?»

Ничего.

— Лор? — шепчу я, а затем выкрикиваю его проклятое имя. — Лор!

Сердце барабанит у меня в груди, когда я кидаюсь к окну, раскрываю его и высовываю голову. Маленький мальчик, Ориан, сидит на тюке сена и свистит, а Ропот и три другие лошади жуют белые стебли, которые он раскидал вокруг.

Мой крик и скрип окна, должно быть, привлёк внимание ребёнка, потому что он смотрит наверх.

— Всё в порядке, мисс?

— Да, — вру я.

Адреналин сотрясает мои внутренности.

«Лор?»

Я бросаюсь к двери и спотыкаюсь об угол своего полотенца. Я отпираю дверь с третьего раза, и только со второго раза открываю её, повернув ручку. Я уже готова броситься к двери Данте, но замечаю Розу с полными руками, глаза которой широко раскрыты.

— Я принесла вам одежду.

Её брови низко нависают над её глазами. Как и её брат, она спрашивает:

— Всё в порядке?

Ей я тоже вру, заставив себя улыбнуться, и беру одежду из её рук. А затем закрываю дверь перед её настороженным лицом и одеваюсь, не став надевать промокшее нижнее белье, которое сушится на краю ванной. Брюки слегка узковаты и коротковаты, а ткань рубашки немного грубовата, но я слишком заведена, чтобы беспокоиться о том, что швы на моих брюках могут порваться, а мои соски начнут кровоточить.

«Лор?» — кричу я по нашей связи.

И опять нет ответа. Не может быть, чтобы все три его ворона проткнули обсидианом.

Поскольку мои носки висят рядом с нижним бельём, и с них стекает вода, я запихиваю голые ноги в сапоги, выбегаю из комнаты и начинаю колотить кулаками в дверь Данте.

Хриплое «что?» доносится сквозь деревянную панель.

— Это я.

Секунду спустя, он открывает дверь, вокруг его точеной талии обмотано полотенце, смуглая кожа блестит от воды. Подумать только, неделю назад, эта грудь была прижата к моей.

«Сейчас не время для воспоминаний», — отчитываю я себя.

— Что такое? Почему ты одета? Да ещё и в брюки.

Я моргаю, чтобы оторвать взгляд от его крепкого тела, и смотрю в его жёсткие глаза.

— Лор мне не отвечает.

На его левом виске начинает пульсировать вена.

— А меня должно это заботить?

Я парирую:

— С ним, должно быть, что-то произошло, поэтому тебя должно это заботить.

Вдруг на лестнице раздаётся стук шагов, и появляются Таво с Габриэлем, задевая макушками низкий потолок.

Эльф Гастон протискивается между ними, его грудь вздымается.

— Альтецца, Ксема Росси раскопала грот.

Он быстро и тяжело дышит.

— Она знает! Она знает и отправила… эльфов предупредить короля.

— Я же сказала тебе, что что-то не так, — шиплю я на Данте.

Таво ухмыляется и говорит:

— И кто этот парень?

Я закатываю глаза, так как я не в настроении слушать его шутки. Не то, чтобы я вообще бываю в настроении их слушать.

— Заткнись, Таво.

«Король едет на юг».

Я перевожу взгляд в сторону, и моё сердце совершает кувырок.

«Больше так не пропадай!»

«Прости, Behach Éan. Мне пришлось отправить воронов в разные стороны, а я не могу говорить, если хотя бы два моих ворона не находятся рядом друг с другом».

Моё сердце всё ещё не может выровнять ритм, но узнав о том, что он не превратился в кусок железа, я становлюсь гораздо спокойнее.

«В следующий раз отправь мне видение!»

Ну, хорошо, «становлюсь спокойнее» — это преувеличение.

«Сообщи им всё, что я тебе рассказал, Фэллон. Вам надо выдвигаться сегодня же. Я буду вас направлять. Капитан Даргенто понял, что мой ворон был украден из дворца и отправил эльфа, чтобы проинформировать Марко. Но тот уже сменил курс, благодаря посланникам Ксемы Росси. Сейчас он плывет назад, вокруг Тареспагии, и прибудет к южным берегам раньше, чем наступит день».

Я так широко раскрываю рот, что у меня уходит несколько драгоценных минут на то, чтобы передать его слова.

— Мерда, — шепчет Габриэль.

«Служанка Аколти доложила, что вы с Фибусом посещали сейф. Даргенто только что взял твоего друга».

Я подношу руку ко рту, холодный страх охватывает мою грудь, и влага наполняет глаза.

«А ещё седоволосый солдат бросился к твоему дому».

«Като. Это должно быть Като. Он хороший человек. Он нашел бабушку? Он увёз их?»

«Бронвен и Джиана уже увезли их в безопасное место».

Я опускаю руку на сердце, которое громко стучит.

«Они в безопасности, Behach Éan».

— А Фибус… Фибус нет, — бормочу я.

Лоркан этого не отрицает. Адреналин перестаёт сотрясать моё тело, и теперь оно дрожит уже от страха.

— Что насчёт Фибуса? — говорит Данте.

— Сильвиус увёл его. Увёл его в… в… в…

— Ты можешь уже закончить это долбаное предложение? — срывается Таво. — Сам иди туда, ворон.