Магическая Академия, мой бывший ректор-дракон и я (СИ) - Антипова Маруся - Страница 51

— Миссия выполнена, — закидываю лук на спину и поднимаюсь на поверхность. Поднимаю голову и замечаю, что кристаллы моргают и гаснут один за одним, как лампочки в фильмах ужасов про демонов. — Проклятие! — Ускоряюсь и почти вылетаю в соседний зал под грохот падающих камней и осколков кристаллов, и бегу к выходу, прикрывая голову руками. — А вот об этом стоило предупредить! Сложно было сказать, чтобы внизу не задерживалась, а сразу поднималась наверх и выбиралась на свежий воздух! Б… оги!

Землю под ногами трясет, горная порода обваливается, грозя похоронить меня под грудой камней. Отбегаю от пещеры на несколько десятков шагов, выхватываю стрелу из колчана и провожу острием по руке… крепкие мужские руки затягивают меня в портал.

Глава 48. «Дела божественные»

Цепляюсь пальцами за мужскую рубашку, пока Дамиан прижимает меня к себе. После встречи с Герардом в Эрерд-Лерраль, в голову закрадываются скверные мысли. Лола получила от кого-то мою кровь, был ли это Бреннан или…

— Пауль… — шепчу себе под нос.

— Что? — спрашивает Дамиан.

— Меня смущает кровь, что оказалась у Лола, — объясняю, водя пальцем по голой коже супруга, — был ли это Бреннан, что похитил меня или… — добавляю шепотом, — Пауль. Дуэль, где он меня ранил. Кровь была на его мече, — и обреченно добавляю, — демоническая кара, рана была глубокая, меч получал много моей крови. Вспомнила об этом, после встречи с Герардом в Эрерд-Лерраль. Мои друзья пытались убить меня. Лола, Герард, — загибаю пальцы, — и, похоже, Пауль.

Нервно смеюсь от мыслей, какие у меня отличные друзья, лучше ни с кем не дружить, чем с собственными потенциальными убийствами.

— Тебе необходимо отдохнуть, — шепчет Дамиан, забирая у меня лук с колчаном, и аккуратно подталкивает к кровати.

Глаза слипаются, начинаю позевать до щелчков в челюсти, Дамиан успокаивает меня, отправляя в мир снов. Не сопротивляюсь, и даже не возмущаюсь. Немного заботы не повредит.

— В ваших мирах есть бог снов? — сонно спрашиваю, пока супруг раздевает меня.

— В наших, — поправляет меня, — в наших мирах, Катя. Бог Оттэрос, а вторая его ипостась Оссэрос, сон и кошмар, две ипостаси одного бога. Он вечность спит и видит сны.

«Дамиан произнес мое имя верно, к дождю, наверное», — мысленно хихикаю собственным мыслям и ложусь в кровать. Меня накрывают одеялом и целуют в лоб.

Квартира пропиталась удушающим смрадом разложившегося тела. На кровати в спальне нахожу демона или то, что от него осталось. Запрещенное плетение разложения, накладывается на живых. Пауль был жив, когда от него решили избавиться.

— Лола, — замечаю, раскиданную по полу, одежду с ее запахом, запомнил его, когда осматривал жилище этой дряни.

Решаю, что не стоит оживлять кучу разложившейся плоти, проще призвать дух.

— Пауль, — скидываю книги с кресла на пол и усаживаюсь.

— Ваше Высочество? — Шелестящий голос раздается со стороны кровати. Зеленый бесплотный дух смотрит на свое обезображенное тело и изображает вздох. — Чем обязан?

— Зачем тебе была нужна кровь Катерины? — мертвым не дозволено лгать.

— Для одного исследования, — отмахивается дух демона, — ничего опасного, простое любопытство, но я по глупости поведал Лола, что у меня есть кровь Катерины. Мы были любовниками, — кивает на женские вещи, — в ту ночь она выведала, где спрятана склянка и убила меня.

— Она обманывала собственного жениха?

Пауль переводит взгляд призрачных черных глаз на меня.

— У Лола не было жениха, и я не сплю с чужими невестами, — гримаса отвращения растекается по лицу.

— Герцог Астор Шерро, ректор Академии в Виленсии?

Призрачная бровь Пауля медленно поднимается вверх. Отсутствие тела у призрачной сущности делает его эмоции преувеличено яркими и уродливыми.

— Кузен? Нет, он женат, у него ребенку три года, но о своём браке он старается не говорить, у него супруга калека, плохо передвигается, она в родовом поместье Шерро проживает, что на границе, пока Астор работает в столице.

«Значит герцогу Шерро для чего-то была нужна Лола. Знала ли сама Лола об этом?», — тру подбородок. Студенты поведали, что перед происшествием в кабинете некромантии, магистра вызвали к ректору, а после, нашли ее тело истерзанным. Стоит наведаться к Шерро.

— Ты знал, что Лола планирует убить Катерину?

— Узнал в момент, когда начал медленно разлагаться, Лола поделилась, — морщится, — радостно смеясь. Не замечал, что она сошла с ума.

Больше ничего ценного от духа не узнать, и не стоит мучить мертвых.

— Решаешь сгинуть или переродиться?

— Переродиться, выберу, пожалуй, — кланяется Пауль. — Ваше Высочество.

— Сделаю подарок, переродишься в собственной семье, а память, о прожитой жизни, вернётся в восемнадцать лет, — щелкаю пальцами и дух растворяется в золотом сиянии.

Смотрю на собственные руки, увитые светящимися золотом линиями на коже. Насколько велика ответственность и широки границы дозволенного.

— Начинаешь заниматься божественными делами? — на спинку кресла опускается Хехиин, роняя мелкие перья на мои колени.

— Думаешь не стоит? — хмыкаю.

— Решать лишь тебе, дядя, — Хехиин бьет крыльями и перелетает ближе к телу демона, устраиваясь на изголовье кровати. — Каким надо быть чудовищем, чтобы совершить такое преступление? Предсмертные крики отпечатались на комнате, они как зараза впитались в стены и половые доски. Новым жильцам не будет покоя, стоит уничтожить дом или со времени образуется сильнейшее проклятие.

— Чудовище поверженно, — поднимаюсь на ноги, — жаль, что успело навредить Катерине. А пожелания по уничтожению дома передам, когда Инквизиции закончит осмотр и расследование преступления. Отправишься со мной?

— Да, — птица устраивается на моем плече и складывает крылья. — Неси меня, большой дракон.

Вздыхаю и переношу нас в поместье герцога Шерро. Пустынно и тихо.

— Смертью пахнет, — произносит Хехиин и крутит птичьей головой. — На втором этаже.

Поднимаюсь по лестнице и двигаюсь на зов. Подмечаю на ковровой дорожке бурые следы. Засохшая кровь. Выглядит, словно чье-то огромное тело протащили или множество тел.

Заглядываю в спальню и застываю, среди мертвых тел сидит живой ребенок. Он не плачет, просто молча играет с деревянной лошадкой, сидя посредине кровавой лужи.

— Хехиин, позаботься о нашем маленьком выжившем, — птица слетает с моего плеча и перекидывается.

— Кто у нас здесь славный малыш? — Хехиин поднимает ребенка на руки и исчезает из спальни в вихре черных перьев.

Осматриваю тела, сваленные в одну общую кучу посредине комнаты. Свежие, мертвы не больше дня. Много женских, одетых в форменную одежду служанок. В самом низу мужские, дворецкий и, возможно, садовник или кучер. Торчит тонкая женская рука с перстнями, предположительно хозяйка поместья.

— Астор Шерро, — зову хозяина поместья, если его тело в спальне, то он обязан отозваться.

Дух Астора возникает в воздухе и начинает метаться, разглядывая тела. Прозрачные руки не могут коснуться плоти, проходят насквозь.

— Мой мальчик, — звучит сломленный голос. — Моя супруга.

— Твой сын жив, о нем позаботятся.

— Ваше Высочество? — дух дергается и подлетает ближе. — Золотой свет, вы светитесь, как божество. Теодос вернулся? — благоговейно спрашивает герцог.

— Лишь его дух.

— Жаль, как жаль, — начинает причитать Шерро, заламывая руки.

— Лола, — произношу имя, переходя к самой сути.

— Лола? Она была лишь развлечением, милая дурочка, вскружил ей голову, чтобы затащить в постель, — Астор возвращается к телам и зависает над рукой с перстнями. — Моя дорогая Сара. Столько испытаний давило на ее хрупкие плечи, теперь и смерть. Вы можете спасти ее? Она не заслужила такой трагичный конец.

Герцог молит о супруге, а не просит за себя. Искренность пылает огнём в прозрачной груди. Заворожено наблюдаю, как огонь тянется ко мне потоком света. Рисунок на руках загорается ярче, наполняя силой.