Во власти шторма (СИ) - Орлова Ника - Страница 46

— Верно. Перед поворотом лучше поставить нейтраль. Выбрал место, куда будешь заходить?

— Вон между той, с синими парусами и Алексеем.

— Откуда ты знаешь, что это Алексей, — смеюсь я.

— Потому что название дурацкое, ещё в начале лета заметил, — улыбается в ответ сын.

— Ну, давай, заходи. Не забывай про инерцию поворота, крути штурвал, выравнивайся, входим.

Он чётко протискивается между двумя соседними яхтами, по глазам вижу, что и сам не ожидал, что так получится. На понтоне нас встречает работник причала, кидаю ему швартов, он привязывает его. Назар выключает двигатель, и счастливый смотрит на меня в ожидании одобрения. Выставляю ему ладонь, он ударяет своей в ответ.

— Отлично, молодой человек! Завтра выпишем права, — шучу. Выходим с ним на понтон и направляемся в сторону пляжа.

— Давай в следующий раз выйдем на Оливии, пап?

— Давай. Ты за капитана?

— Угу, маму пригласим и возле пещер остановимся.

— Замётано, — кладу руку ему плечо и почему-то вспоминаю деда. Мне было с ним вот так же легко решить любой вопрос.

Алина ждёт нас за столиком в пляжном ресторане, улыбается, когда подходим и садимся.

— Голодные? Долго вы сегодня.

— Мам, я сам швартовался, — спешит рассказать Назар.

— Ого! Получилось?

— Угу, папа сказал отлично.

— Ну, раз папа сказал… Поздравляю, никогда не сомневалась в твоих способностях, — обнимает его и целует.

— Спасибо. В следующий раз тебе нужно обязательно с нами выйти, я тебе тоже покажу.

— Договорились. С удовольствием.

— А ты нам еду заказала или ещё ждать придётся? Очень есть хочется!

— Заказала, как только увидела, что входите в бухту. Сейчас принесут.

Через пять минут приносят обед, мы накидываемся и съедаем всё до крошки. Всё-таки, после моря аппетит просыпается зверский.

— Лиля звонила, просила Ярика в центр к нам записать.

— А есть у тебя места?

— Для них найду. Хотя в три года, рановато ещё, но ей не терпится. Пусть попробуют.

Лиля — это бывшая жена Шаталова. Женился по залёту, прожил года полтора и развёлся. С сыном возится, конечно, много времени уделяет, сам вырос без отца, понимает как это. Но с женщинами так и не научился строить серьёзные отношения. Мы уже со счёта сбились, сколько у него было баб. Мы его между собой султаном прозвали, раньше психовал, теперь привык, не обижается.

После обеда водитель отвозит Назара к бабушке, через несколько часов у него тренировка, а поскольку спорткомплекс рядом с её домом, у него традиция предварительно забегать к ней. Особенно любит зависать в кабинете деда, изучил там уже каждую книжку, каждую поделку, каждую папку с бумагами о яхтах и море. На ночь тоже останется у матери, мы приглашены на юбилей одной важной шишки в городе. Это его новая яхта с дурацким, как сказал сын, названием стоит у нас с начала сезона.

После сытного обеда, мы с Алиной заваливаемся поспать в прохладе кондиционера в нашем номере.

— Как хорошо, что сегодня выходной, — говорит она.

— А ты решила этим летом работать без отпуска? Или тебя нужно увезти на другое море, — отвечаю с улыбкой.

— Вот закончим ремонт в новом кабинете, и тогда буду отдыхать. Сладких снов, — целует меня в щёку и скручивается калачиком в другую сторону.

Когда Назар пошёл в сад, она открыла детский развивающий центр для дошкольников, компьютеризированый по последним технологиям. Применяет созданные ею же программы обучения и нестандартные подходы к подаче материала. В учреждении работают лучшие в городе методисты и педагоги. Центр достаточно быстро набрал популярность и сейчас туда не так легко попасть. Из одного из подсобных помещений пару месяцев назад она решила сделать кабинет логопедии и теперь целыми днями зависает на работе. Скоро начну её к ней ревновать.

Отоспавшись, отправляемся домой, чтобы собраться в ресторан. Семь лет назад мы переехали в дом, неподалёку от мамы. Когда Назар стал ходить, мы поняли, что места в нашей квартире, несмотря на большое количество квадратных метров, для него не хватает. Он был настолько активным и подвижным, что до вечера уматывал Алину, пока я был на работе, а потом и меня, после прихода домой. Мы выбрали один из домов, который я когда-то покупал на продажу, сделали там ремонт, оборудовали спортзал и бассейн. А главное, у нас есть большой двор, сад, зона барбекю и вид на море со второго и третьего этажа.

— Влад, мою машину нужно отогнать на СТО, я вчера ехала с работы, и мне показалось, что руль тянет вправо.

— Хорошо, я завтра проедусь, если тянет, отгоню.

— А, забыла сказать. Папа звонил, хотят Назара хоть на пару недель к себе забрать погостить, пока каникулы.

— У него ещё неделя тренировок, а потом пусть едет.

После моей поездки к Грановским, они приехали через три дня, Алина была без ума от счастья. Наконец успокоилась, и всё у нас встало на свои места.

Через пол года после нашей свадьбы, отца застрелили в одном из Московских ресторанов, вместе с его начальником охраны. Думаю, что его, всё-таки, вычислили по последнему эпизоду и убрали в отместку. Хотя того человека так и не нашли. Похоронили его, как подобает, было очень много людей, но никто из присутствующих не проронил за ним и слезинки. Странную жизнь прожил человек. Вроде, было у него всё, но, по сути, ничего не было.

Ещё через пол года его нотариус вскрыл завещание, в котором всё имущество переходило мне. Даже не предполагал, что у отца есть завещание. Я решил, что не хочу его денег, всё со счетов перечислил на детские дома и спортивные школы города. Полностью обновил наш спорткомплекс и снаружи, и внутри, сделали его современным и красивым. Теперь туда ходит Назар. Правда, Иваныч, уже не работает. Вышел на пенсию, нянчится с внучкой.

Отцовские отели сдал в аренду, деньги оттуда идут в фонд раковых больных. Может, хоть это ему там зачтётся. А вот его дом продал и отдал эти деньги тестю с тёщей, посчитал, что так будет правильно. Они купили себе домик в пригороде, наконец, обрели и дом и дачу одним махом, и успокоились. С тёщей у меня отношения так и остались натянутыми, она по сей день периодически внушает Алине, что я в чём-то не такой, всё время ищет во мне изъяны. А тесть оказался нормальный мужик, с ним мы поладили. Пять лет назад купил ему на юбилей машину, а то старая совсем рассыпалась. Пожалуй, это был единственный раз, когда меня похвалила тёща. А в остальном я для неё непутёвый зять. У нас есть горничная, повар, садовник, но она упорно всем рассказывает, как Алине тяжело. На ней и дом, и работа, и тренировки Назара, а я пропадаю на работе и по любовницам. Хотя мне совершенно до лампочки, что она обо мне думает. Алина несгибаемо держит мою сторону и всегда отвечает ей, что любит меня таким, какой есть. И это для меня главное.

Жду Алину внизу, уже давно собрался. Что там можно делать столько времени?

— Я сегодня красивая? — спускается моя жена в гостиную по мраморной лестнице.

— Ты всегда красивая, — ловлю её в свои объятия — самая красивая!

На ней длинное вечернее платье цвета фуксии с открытой спиной, элегантная причёска и безупречный макияж. За эти годы она оформилась и превратилась из девчонки в яркую, чувственную, шикарную женщину. Хотя в её тридцать никто не даст ей больше двадцати пяти. Где бы она не появилась, мужики заглядываются и оказывают внимание. Но, моя жена всегда ведёт себя так, что сразу становится понятно — все свободны.

Провожу носом по шее, вдыхаю её аромат.

— Вкусная моя, ты помнишь, что мы сегодня одни дома?

— Угу, но у меня другие планы.

— Даже так? Озвучь.

— Давай потом, это сюрприз.

— Заинтригован, — улыбаюсь я.

Выходим во двор, садимся в машину и едем в ресторан.

— Калинины тоже будут? — спрашивает Алина, когда мы выезжаем на центральный проспект.

— Угу, компания Зильбера сейчас активно сотрудничает с их адвокатской конторой.

— Отлично, а то я там со скуки умерла бы среди всех этих чопорных тётушек. Сколько ему, шестьдесят?