Во тьме его желаний (СИ) - Худова Алена "Эра Фогель" - Страница 26

— Вчера? — я не сразу сообразила в чем дело. — Здесь, где же ещё?!

— Тебя не было в палате! — заявила она. — Этот Доктор Никель пристает к тебе, да? Ты была с ним?

— Мам… — я так испугалась, что не сразу нашлась что сказать. — Я… просто выходила вчера гулять… Погода была хорошая…

— Я прекрасно знаю, что тебя не было в палате почти весь день! — мамины руки дрожали в моих руках. — Он воспользовался тобой, да? Воспользовался твоей беспомощностью?!

— Мама, перестань, — я так разволновалась, что не знала куда себя деть. — Это не так.

— Он принудил тебя, да? — допытывались мама, прекрасно понимая, что я просто изворачиваюсь. — Какой подлец!

— Мама, перестань! — воскликнула я и попыталась встать с кровати. — Ты ошибаешься! Ничего такого не было! Доктор Армин очень хороший и добрый!

— Я заберу тебя, — решила мама. — Прямо сейчас! Ты пойдешь к своему прежнему врачу, а этот доктор Никель больше никогда не подойдёт к тебе!

— Нет, мама! — я все пыталась выкарабкаться из кровати, но мне мешало то одеяло, то прикроватная тумбочка, то сама мама. — Пожалуйста! Где Гая? Где Господин Эдер?

— Так они все знали? — опешила мама. — Они покрывали ваши нездоровые отношения? Конечно, что другого можно было ожидать?! Я так надеялась, что у Гаи это пройдет. Что Декарт перестанет к ней так относится! Но это как зараза какая-то! Секта! И тебя уже затащили!

Мама схватила меня за руку и потянула за собой.

— Нет, мамочка! — я схватилась за кровать, пытаясь найти кнопку вызова медсестры, но моя рука соскользнула, и мама лишила меня возможности позвать на помощь. — Прошу тебя! Не надо! Мама!

— За что мне все это?! — взмолилась мама. — Тебе только исполнилось восемнадцать, а ты уже прыгаешь в койку к незнакомым мужчинам! И это моя дочь?! Моя скромная тихая Афина? В кого ты превратилась? В наложницу? Любовницу? Если не сказать хуже!

— Мамочка, пожалуйста! — всхлипывала я, не понимая почему нас не останавливают. Должны же быть люди в коридоре!

— Хоть бы только не забеременела от него! — причитала мама. — Как же так?! Всю жизнь я бегала от таких мужчин, а две мои дочери влезли в эту же грязь! Ещё Юнону заберите с собой! Ей в ее шестнадцать только и нужно, что смотреть на такие отношения! Какой пример вы ей подаёте?!

— Мамочка! — уже во всю рыдала я.

Сегодня глаза щипало от слез не так нестерпимо, и я уже не могла остановиться.

— Прошу тебя! Поговори с Доктором Армином! Или с господином Эдером! — тихо умоляла я.

— Нет! — мама крепче сжала мою руку. — Никогда эти двое больше не переступят порог моего дома и никогда не заговорят с тобой! Совсем голову девчонкам задурили!

Мы спустились по ступенькам, и я поняла, что мы прошли с заднего хода, поэтому нас никто не остановил. Эти ступеньки вели в парк, где прогуливались больные. А так как парк был очень большой и весь усажен деревьями, то нас и вправду могли не заметить медсестры. А хуже всего то, что из парка можно было покинуть клинику.

— Мамочка! — хныкала я. — Отпусти меня, пожалуйста! Доктор Армин очень хороший!

— Только попробуй назвать его имя ещё раз! — злилась мама. — Я надаю тебе по губам! Какой позор, Афина! Ты как собачонка бегаешь за этим гадом, который возбуждается при виде больных пациенток! Ты думаешь это нормально?!

Я тихо хныкала, понимая, что не смогу вырваться из маминого захвата. Даже если вырвусь, то куда я побегу? Врежусь в первое же дерево! Или расшибусь, споткнувшись об бордюр.

Никогда я ещё не чувствовала себя в большем отчаянии.

Неужели это конец? И я больше никогда не увижу моего Доктора Армина?

Мама помогла мне сесть в такси, и мы поехали домой. Я тихо шмыгала на заднем сиденье, стыдливо натягивая больничную сорочку до колен. Мама вытащила меня прямо в ней. Уже в который раз я дотрагивалась до своего ушка, надеясь, что я все-таки взяла гарнитуру с собой, но увы. Перед маминым приходом я как раз хотела поспать, поэтому оставила гарнитуру в вазочке на тумбочке.

Я не верила, что Армин так просто забудет меня. Наверняка он приедет и постарается поговорить с мамой. Но также я была уверена и в маме: она сейчас в таком состоянии, что переубедить ее будет практически невозможно. А зачем я буду нужна Армину такая проблемная? Не похитит же он меня силой! Хотя я бы пошла ради него на такой шаг.

По приезду домой мама завела меня в квартиру, где я тут же ударилась об угол комода.

Да, здесь совсем не так как у моего Доктора Армина. Наша маленькая квартира была совершенно не предусмотрена для слепого человека. В ванной я опять ударилась сначала об порог, а затем о стиральную машину, да еще и обожглась горячей водой. Оказывается, вентиль с холодной водой у нас стал проворачиваться и только на вид можно было определить включена вода или нет.

Наконец, оказавшись в моей с Юноной комнате, я неудачно села на кровать и тут же соскользнула со шелкового покрывала, так как села на самый край. Так и оставшись на полу, я горько зарыдала. Очевидно, слезы снова разъели мне глаза или закончилось действие обезболивающего, и я снова почувствовала мучительное жжение. К нему же прибавилась жажда из-за постоянных всхлипываний, но я была так обижена на маму, что не хотела просить ее о помощи.

В какой-то момент я так на нее разозлилась, что поднялась и направилась к двери, опять собрав все углы мебели, а затем тщательно заперлась.

Больше никогда отсюда выйду! Никогда!

Мама тоже не спешила мне на помощь. Я бы не удивилась, если б выяснилось, что она вообще уехала на работу. Пару месяцев назад она получила место в хорошей компании и теперь всеми силами пыталась выслужиться. Но это я уже выдумала в порыве злости. Все же я не верила, что она могла оставить меня дома совсем одну.

Спустя еще минут двадцать или тридцать мне стало совсем плохо. Глаза нестерпимо жгло, но я не желала покинуть свою комнату, чтобы умыться. Да к тому же из-за отсутствия капель они были настолько сухими, что мне было больно находиться даже с закрытыми глазами. А еще ужасно хотелось есть.

Но тут раздался звонок в дверь.

Я подскочила на месте и опять ударилась плечом о шкаф.

Это наверняка Доктор Армин! Хотя… у него ведь сегодня ряд операций. Вряд ли он бросил бы пациентов из-за меня. Тогда может быть это Гая? Она должна понять меня! Встать на мою сторону. Конечно, сестра тоже была против моих отношений с Армином, но я надеялась, что господин Эдер ее все-таки убедил.

До меня донесся рассерженный голос мамы, и я поняла, что приехал кто-то из мужчин: либо Армин, либо господин Эдер.

— Я вызову полицию, если Вы сейчас же не уйдете! — совсем громко заявила она. — Вы никогда ее больше не увидите!

Тогда я снова поднялась и дошла до двери. Дернув за ручку, я не смогла ее открыть. Я дернула еще раз, но ручка упорно проворачивалась и не давала мне выйти.

О нет! Я заперла саму себя! Как же я теперь выйду?

В нашем доме всегда было так: у нас вечно не работали розетки, электроприборы, всегда на честном слове висели дверцы шкафов и постоянно текли трубы, потому что дому не хватало мужской руки, а денег на слесаря не было.

— Мама! — я принялась стучать в дверь. — Открой! Мне плохо! Мама!

Это подействовало, и я услышала торопливые шаги за дверью.

Ручка снова провернулась в моих руках, но все было тщетно.

Меня вдруг охватила такая паника, что я не могла дышать. Комната показалась мне дико тесной, а пространство начало давить со всех сторон.

— Мамочка! Открой, пожалуйста! — снова зарыдала я.

— Вы что, ее заперли?! — раздался сердитый голос Армина за дверью, а я еще отчаяннее застучала пальцами по двери.

— Доктор Армин! Прошу Вас, не уходите! Умоляю! — слезно просила я.

— Никуда я не уйду! — сообщил он, хотя мама во всю настаивала на обратном.

— Немедленно уйдите! Я вызываю полицию! — мамин голос дрожал от волнения.

Она явно морально металась между тем, чтобы немедленно мне помочь, и страхом, что как только Армин доберется до меня, то тут же заберет.