Чертов папочка (СИ) - Чи Майя - Страница 9

— Нарежь, пожалуйста.

По правде говоря, я не смог удержаться от улыбки. От одного, казалось бы, обычного действия, у меня, как у какой-нибудь девчонки, защемило в сердце. Стыдно признаваться в собственной слабости, но мне не хватало домашнего уюта, вкусного ужина, женского внимания, разделения обязанностей и просто мысли, что дома ждет еще кто-то, помимо Козочки. Моя малышка уже воспринималась, как нечто само собой разумеющееся, неотъемлемая часть меня. Однако, если я был отцом, то это не отменяло очевидного факта — я еще и мужчина.

— Жень, ты чего завис?

Кристина поставила на стол тарелку с дымящейся картошкой.

— Да так…

— Как дела у Катюши?

— Готовится к школе. Креветки? — немного удивившись, указал я на салат.

— Да. Мы столько не виделись… Не могла же я встретить тебя повседневной едой — Рядом с корзинкой для хлеба появилась закуска из баклажан и колбаса. Понятно, что Кристина проявляет гостеприимство, но все же.

— Все настолько плохо?

— О чем ты? — с недоумением отреагировала она, но заметив недоверие, с которым я на нее посмотрел, вздохнула: — Давай об этом позже. Думаю, не стоит портить момент.

— Мы его испортили несколько месяцев назад, когда ты ушла, оставив меня одного, сама знаешь, в каком положении.

Кристина нервно хихикнула и разложила вилки.

— Кушать подано, товарищ лейтенант.

Я улыбнулся.

— Расскажи, что стряслось. Не думаю, что задержусь здесь на всю ночь.

Она расстроилась. Только я ничем не мог ей помочь. Расставание было в первую очередь ее решением, и максимум на что ей следовало рассчитывать — это приятельский секс.

Кристина поправила светлые локоны, заправив часть за ушко, и села напротив.

— Гм… Ты ведь помнишь Ксюшу? — Я кивнул. — Ее младшая сестра, Алина, пропала три недели назад. Примерно в половине одиннадцатого вышла во двор выбросить пакет с мусором и не вернулась. Мы обратились в управление, заявление приняли, допросили возможных свидетелей, но с тех пор тишина. У меня возникает ощущение, что девушку никто не ищет.

— А она не могла сбежать из дома? — предположил я и заметил мелькнувшее в глазах Кристины замешательство.

— Мы думаем, что такой вариант возможен. Когда Ксюша рассказала Пелевину о проблемах, которые в это время переживала Алина, тот дал понять, что искать не будет. Повел себя как скотина. Честно говоря, даже не ожидала от него. Сам ведь знаешь, в каких отношениях мы с ним состояли.

Я сделал вид, что этого не слышал. До того, как Кристина стала греть мою постель, она встречалась с этим хмырем. Нет, как следак, он спец хороший. Но как человек…

— Фото Алины есть? — спросил у нее, не желая вспоминать прошлое. Ксюшу я в лицо знал, но вот с сестрой не сталкивался.

Пока ел картофель, Кристина принесла фотографии, на которых были изображены две миловидные брюнетки.

— Ясно. — Я изучил внешность пропавшей, но ничего примечательного, кроме больших голубых глаз, не нашел. Обычная.

— Пелевин отказался делиться информацией. Никакие уговоры не помогли…

— Кристин, ты же понимаешь, что моего влияния недостаточно?

— У тебя его точно больше, чем у меня.

— Не поспоришь.

Мы оба замолчали.

Тарелки опустели, она принялась убирать со стола, а в кухне все равно стояла безмолвная тишина. Разве что вода журчала и изредка стучала посуда, ударяясь о борта раковины.

Я смотрела на спину своей бывшей, скользил взглядом по ее фигуре и думал о причинах нашего разрыва. Хотя не только об этом. В мыслях была пропавшая девушка, Козочка, которая наверняка еще не спит, переписываюсь с подружками, и Лиса. Глядя на проклятые белые шорты, я просто не мог не вспомнить Еву. Но почему? Симпатию я отмел сразу — забивать себе голову подобной ерундой не видел смысла. Да, мне многого хотелось, но в то же время романтические отношения сейчас все осложнили бы. Тогда…

Мои руки обвили талию Кристины. Она никогда не было худышкой, не обладала пышными формами, и тем не менее нравилась мужчинам. Такие девушки, как эта, умели преподать себя, тем более будучи одетыми в форму правоохранительных органов.

— Женя…

— Кристин, у тебя гость, а ты моешь посуду.

— Прости. — Она выключила воду и вытерла руки полотенцем. — Мне… Я понимаю, чего бы ты хотел сейчас, но не уверена, стоит ли.

Обороты, которые принимал наш разговор, мне совершенно не понравились. Более того, они могли испортить план по соблазнению. А ведь уходить отсюда без десерта я не собирался.

— Ты сама сказала, что мы всего лишь приятели. Или за это время ты нашла себе кого-нибудь?

Кристина развернулась в кольце рук и заглянула в мои глаза. Боль. Я увидел в них боль и тоску.

— Женя, ты ведь не любил меня никогда. И сейчас ты пришел только за тем, чтобы заняться со мной сексом. Не надо искать ответ. Твое сердце всегда принадлежало ей. Потом часть священного места заняла Катюша. Другим женщинам там нет места.

Я захотел отстраниться, но маленькая ладонь легла на мой пах.

— Почему ты так взбесился, увидев меня в коротком? Я ждала другой реакции. Такой, какую вижу сейчас.

Я прикрыл глаза. Всего пара легких движений поверх штанов и уходить расхотелось. Сейчас я напоминал себе пса, который наконец-то дорвался до желаемого, поэтому, не раздумывая, потянулся к Кристине, поймал ее губы и вдохнул запах женщины…

Черт! Как я смог выдержать такой срок? Как я жил без этих податливых губ, тяжелого дыхания на грани стона и упругой груди?

— Жень. — Мое имя вырвалось из ее уст с легким придыханием. Она словно пропела его.

Щелкнула пряжка ремня. Медленно заскользил бегунок.

Кристина настойчиво оттолкнула меня и тут же опустилась на колени.

Глава 8. Волков

— Пап, идет! — Козочка указала пальцем на поток прибывающих людей.

Я вгляделся и наконец-то увидел маму. Непривычно загорелая, она шла к нам навстречу, катая следом любимый красный чемодан. Судя по затертым углам и залатанную ручку, за последний год он прилично потрепался.

— Бабуля!

Катюша рванула с места и кинулась в объятия женщины, которая отчасти заменила ей мать. Глядя на то, с какой нежностью мама целует макушку своей внучки, я невольно улыбнулся. Если бы не ее помощь, такой непутевый отец, как я, непременно сошел бы с ума. В свое время она сберегла мне немало нервных клеток.

— Привет, мам.

Я тоже подошел к ней и приобнял.

— Ну привет, папаша. — Она посмотрела на меня исподлобья. — Ты уже готов к взбучке?

— Люди моей профессии готовы ко всему. — Я забрал у нее чемодан. — А что?

— Пап, без обид, но я ей рассказала про блины, — сразу пояснила ситуацию Козочка, будучи чересчур довольная своим поступком.

— Да, Катюша много чего интересного рассказала, — сказала мама так многозначительно, что я понял — подстава. Ну держись, малая.

— И про сломанную вазу в гостиной тоже?

Я покосился на дочь, округлившую глаза. На меня, значит, наябедничала, а про бабушкино сокровище, однако, смолчала.

— Что? — возмутилась мама. — Какую вазу?

— Упс! — Катя опустила голову. — Ба, я случайно.

— Фарфоровую?!

— Бабуль, я правда случайно!

— Случайностей не бывает! Носилась небось по квартире опять, вот и не углядела. Женя! — строго произнесла мое имя мама. — Постыдился бы. Дочь прикрывать надо, а не сдавать с потрохами.

— Это не тот случай. Я так понимаю, Катя с тобой вчера вечером разговаривала, да?

Козочка отвела взгляд — я угадал. Маленькая вредина. Надо будет провести с ней воспитательную беседу.

— Да. Поведала мне про духи и ночевку у этой бессовестной женщины.

— Людмила Константиновна — милейший человек.

Я пропустил их вперед через револьверные двери.

— У нее не все дома, Жень. Но я сейчас не о соседке. Вы же вроде как расстались с этой белобрысой.

— Расставание не мешает нашему общению. И Кристина не белобрысая, а блондинка. Весьма умная, кстати.