Одна для двоих. + Ещё 2 (СИ) - Арина Марианна - Страница 22

— Давайте назовем ее Маргаритой. — покачивая на руках дочку, выдал Вик.

— С ума сошел? — тихо зашипела я. — Нас пожалей. С нашим генофондом она и так боевой и упрямой вырастет. Вот только королевы Марго нам в доме не хватало.

Вик красноречиво закатил глаза.

— Откуда мы можем знать, какой у нее будет характер. Тебя вон Ксюшей назвали. И что?

— И что? — эхом повторила я.

— Да так… Милое, уютное имя… — начал поддакивать Вику Андрюша. — Не помогло, правда, маленький? — Андрюша улыбнулся внимательно рассматривающему его сыну.

Из-за таких слов мужей я даже дар речи потеряла. Ненадолго. Секунд на десять.

— Я так понимаю «на корабле бунт»? Жена перестала устраивать? — нахмурилась я на обоих. — Вот тебе и благодарность за детей.

Замолчала и ушла в спальню. Дверь за собой закрыла, давая понять, что не хочу с ними сейчас говорить. Стало обидно. Нет, ну правда. Я такая какая есть. Если не устраивает характер, зачем тогда было все это затевать? Поразвлекались бы и разбежались.

Минут через пятнадцать в спальню тихо прокрались мои мамонтята, уже уложившие детей спать.

— Котеночек, ну чего ты надулась? — как всегда первым на «мировую» пошел Андрюша. — Мы тебя любим такой, какая ты есть.

Он попытался обнять меня, но я отогнала его. Нечего к обиженным женщина руки свои тянуть.

— Успокоил, называется. — недовольно фыркнула я. — Супер-комплимент. Расшифровывается как «любим со всеми твоими тараканами».

Хотела еще высказаться, но не успела и громко охнула от неожиданности. Вик, не Андрюша. Он просто разговоры разговаривать не будет. Пришел, схватил, утащил на кровать. Усадил себе на колени и крепко обнял. И держал так пока я пыталась отбиться от непрошенных «обнимашек». Дождался пока выдохнусь и успокоюсь.

— Ну вот зачем ты себе что-то там надумываешь. Ты наша женщина. Наш родной котенок. Да, с характером и причудами. Но и мы — не подарочек. Кроме того, разве могла покладистая и покорная жена приручить нас, двух балбесов? — чмокнул в насупленный нос и подмигнул мне.

— Даша. — выдала я неожиданно.

— Что? — синхронно, в один голос отозвались мамонтята. И лица у них были ну абсолютно одинаково удивленными.

— Дочку будут звать Даша. Дарья. — уточнила я и прищурила глаза.

Манипуляция чувством вины? Да, возможно. Но совсем чуть-чуть. Хорошее же имя! И меня вдруг осенило, что оно отлично подойдет нашей девочке.

Мамонтята переглянулись, шумно выдохнули и снова синхронизировались, кивнув одновременно головой.

С именем дочки мы определились. А вот на том, как назвать сына — застряли, как Винни- Пух в кроличьей норе.

Родители с трех сторон начали предлагать, как стандартных Николаев, Иванов, Сергеев, так и довольно специфических Владленов, Анатолиев и Георгиев.

Мы с мужьями только переглядывались и прятали улыбки. А наш мальчик, довольно молчаливый, в отличие от своей сестры, внимательно и не по возрасту серьезным взглядом наблюдал за суетой вокруг него.

Кстати, несмотря на молчаливость, характер сын начал показывать сразу. На руках у нас троих он был спокойным. Но стоило передать ему кому-то из родителей — сразу начинал кукситься, хмуриться, будто плакать собрался и ерзать в руках. Категорически никого не воспринимал, кроме нас.

А вот Дашка была по-девичьи любопытной и кокетливой. Даже вот в этом совсем еще маленьком возрасте. Бабушек она внимательно рассматривала и приветливо улыбалась им. А дедушкам, создавалось ощущение, будто глазки строила.

— Ну все, папочки, — начала хихикать я, заметив такие проявления у дочери. — Нервы вам понадобятся стальные. Женихов разгонять. Потому что ваша доча, по-моему, вырастет той еще кокеткой и разрушительницей мужских сердец…

— Прямо как мама, — заулыбался Вик, сощурив глаза.

— Это чье сердце я разбила?

— Ну как же? Наше с Андрюхой. А потом взяла и собрала из них удобный для тебя «конструктор Лего». И если что, — Вик поднял руки в примирительном жесте, — мы не жалуемся. Просто констатируем факт. — Поцеловал меня в лоб, чтобы окончательно задобрить.

— Может Женя или Денис? — задумчиво глядя на сына, продолжал размышлять Андрюша. — Должно же найтись имя нашему маленькому мужчине.

— Рано или поздно найдется. — забрала я малыша к себе на руки. Он, как мне показалось, посмотрел на меня говорящим взглядом «мама, чего они все от меня хотят?». — Кто же ты у нас? Может Дима? Макар? Антон?

Но больше всех нас поразила реакция сына на… Мышу. Казалось бы, посторонний человек. Да, уже друг семьи, но не родственник же. Он спонтанно приехал к нам домой, поздравить с рождением малышей. Вроде как немного причастен был к процессу. И я действительно была очень рада, что именно он оказался тогда рядом.

Ваня даже не стал настаивать на том, чтобы ему показали детей. Понимал, что в таком малом возрасте далеко не все хотят кого-то подпускать к малышам. Но мы здраво рассудили, что вреда не будет.

Дашка уже привычно начала строить глазки новому мужчине и кокетливо улыбаться своим беззубым ртом. И Мыша, глядя на нее, сам будто стал менее суровым и холодным лицом. Я с удивлением наблюдала эти, едва заметные для остальных, метаморфозы.

— А сын наверняка не захочет спокойно сидеть на руках. Он только нас троих воспринимает. — предупредила я Ваню, когда он отдал Дашу папам и посмотрел на ее брата.

Но что удивительно, наш сын не занервничал. Рассматривал его, внимательно и вдумчиво. Будто читал в нем что-то. Я решила проверить осенившую меня догадку, передала его Ване. И наш малыша удивил всех нас троих. На руках у Мыша он не ерзал, не куксился и не хмурился. Смотрел и смотрел ему в глаза, будто разговаривал с ним телепатически. И Ваня тоже взгляд не отводил.

— Интересно… — не смогла я удержать своего удивления. — Имя мы так и не придумали, а вот крестного для сына, по-моему, нашли.

Глава 26. Ксюша

Вы знаете, мне удалось невозможное! Я сумела шокировать и вывести на эмоции «бронированного» Мыша. Он так и застыл с моим сыном на руках. Уставился на меня, не моргал и не дышал.

Его оцепенение заметил и рядом стоящий Андрюша.

— Ксюша, ты что натворила? Ты поломала нашего непрошибаемого Ваню! — загоготал этот излучатель позитива.

— Это не я начала. А наш сын. Я только довершила начатое. — быстренько перевела «стрелки» я.

— Как крестного? — наконец-то начал подавать признаки жизни Мыша.

— Если ты, конечно, не возражаешь.

Я улыбнулась самой своей обаятельной и милой улыбкой, еще и так ресничками похлопала для пущего эффекта. Зачем — осталось загадкой даже для меня самой. Любые мои манипуляции и приступы кокетства никогда не действовали на «железобетонного» Ваню. А вот то, что на него пристально уставилось три пары глаз, даже четыре, если учесть и то, что и мой сын не сводил с него глаз — эффект оказало.

Мыша, как в замедленной съемке, моргнул, также медленно перевел взгляд с каждого из нас, а потом посмотрел на будущего крестника.

— А ты не возражаешь, малыш? — снова удивил меня он, улыбнувшись совсем несвойственной ему улыбкой.

Сын нахмурил личико, продолжая сканировать Ваню, потом зевнул, поджал губы и… заснул.

— Видимо в переводе с младенческого языка это означает «Я одобряю твою кандидатуру». — решил включить юмориста Вик.

— Так тому и быть. Я согласен. — тихо, чтобы не разбудить ребенка, проговорил Мыша. — Спасибо. — впервые за все время нашего общения я увидела на его лице благодарную улыбку.

— Теперь осталось дело за малым — придумать ребенку имя. — тяжело вздохнула я.

Насколько быстро Даша обзавелась своим именем, настолько долго и безрезультатно длились дебаты в отношении имени сына. Мы перебрали массу вариантов. Но так и не смогли окончательно определиться.

— Тогда по праву будущего крестного, прошу рассмотреть и мой вариант имени. Никита. Ник.

— Почему Никита? — не могла не допытаться я. Ведь Ваня, как и я, ничего не делал просто так. И все у него имело смысл и подтекст.