Сваха для дракона (СИ) - Лисовская Лилия - Страница 85

Лоркан инстинктивно встал между мной и угрозой, и лучи бродили по его груди, кусаясь и шипя. Но князь и глазом не повел, вступая в битву взглядов с потенциальной невестой.

– Да уж, знакомство не задалось, – едва слышно проронил Снорре, сжимая кулаки. Без верного меча он чувствовал себя почти голым, беспомощным. И пускай он мог голыми руками свернуть шею любому, кто посягнул бы на жизнь Лоркана, на стороне княгини было куда больше солдат. А мы были безоружны.

Ба’Дияр презрительно скривила губы, тонкая черная бровь поползла вверх, словно княгиня была без меры удивлена, что безродному гвардейцу позволяют открывать рот без разрешения.

– Вашим подданным следовало бы поучиться хорошим манерам, – зашипела она, разом теряя все благородство. Она стала похожей на хищное насекомое, вот-вот ужалит! Но Лоркана так просто было не пронять.

– Боюсь, возникло недопонимание, – сухо отозвался Девятый Дракон, – леди Ималия – профессиональная сваха, которая работает на меня. А мои люди не привыкли к такому отношению – Аралион славится своим гостеприимством. Но, как я вижу, не все союзники придерживаются старинных традиций.

– Кулунтар давно вышел из состава Содружества, – хмыкнула Ба’Дияр и тут же скомандовала, – к реке их! Пока не пройдут через обряд очищения, во дворец не пускать!

Развернувшись, она удалилась прочь – темнота поглотила ее без следа, и заросли терновника сомкнулись за ее спиной. Солдаты двинулись вперед, без страха ступая прямо по ножам, сминая их тяжестью окованных сапогов.

– Прошу следовать за мной, – проговорил глашатай, – река ждет вас.

Лоркан проводил глашатая задумчивым взглядом, и я знала, о чем он думает: страж говорил о реке, как о чем-то живом. Словно та действительно обладала разумом.

– Снова река, – проворчала я, как только в воздухе потянуло свежестью и ароматом водорослей. Темный берег, вплотную примыкавший к водной глади, почти полностью порос терновником. Он был везде, оплетая остальные растения, выпивая из них жизненные соки. Здесь даже трава под ногами была пожухлая, мертвая.

Река же казалась спокойной, но темные воды внушали страх. Я представила, как делаю шаг с берега, погружаясь в воду. Ледяные волны касаются лодыжек, подол платья тяжелеет и липнет к ногам. Липкий холод коснулся своими пальцами моего лба, и я поняла, что немного напугана. И только присутствие Снорре и Лоркана вселяло в меня уверенность, что все будет хорошо. Пускай глашатай и усмехался предвкушающе, выглядывая из-за спины своих солдат. Где-то была припрятана ловушка, но я никак не могла понять – где?

– Что от нас требуется? – в глазах Лоркана сверкнули рубиновые искры, отбросив на доспехи стражей смутные блики. Но те и глазом не повели.

– Войти в воду, – глашатай почти равнодушным, что было непросто, ведь рядом скрежетал зубами Снорре. Капитан мерил берег шагами, становясь похожим на зверя, запертого в клетке. Лишенный оружия, Снорре чувствовал неполноценным и старался компенсировать это злобным взглядом исподлобья.

– Так просто? – Лоркан с сомнением заглянул в воду, но та осталась темной и спокойной. Ни одного намека на отражение не промелькнуло на ее безмятежной глади. Глашатай негромко рассмеялся, разводя руками – звякнули металлические сочленения доспехов, словно едкая насмешка, повисшая в воздухе:

– Не совсем так, милорд. Есть правила.

Лоркан приподнял бровь, понукая кулунтарца продолжить, но тот лишь усмехался, стреляя глазами в мою сторону. От этих взглядов хотелось прыжком нырнуть в воду, чтобы отмыться. Снорре, завершающий очередной круг по берегу, приблизился ко мне и выдохнул на ухо:

– Говорили, что здесь живут колдуны, но я не думал, что… Мы даже не можем защититься! Одхан остался дома!

Впервые на моей памяти Снорре отзывался о рыжекосом волшебнике с такой теплотой. Видимо, все действительно познается в сравнении – рядом с темными ритуалами Кулунтара Одхан казался добрым другом, не прячущим в рукаве клинок.

Да, Одхан остался дома. Никто из нас не владел магией, разве что, огонь в груди Лоркана можно было считать за волшебство. Но, что с того толку? Лоркан не мог обратиться, до сих пор не подчинив себе пламя. Князь оставался только угрозой непреднамеренного возгорания, но я сомневалась, что стражей Ба’Дияр испугает загоревшийся князь.

Глашатай шагнул вперед. Под тяжелыми сапогами хрустела пожухлая, словно выгоревшая, трава. Смерив меня оценивающим взглядом, он коротко приказал:

– Раздевайтесь, леди!

Я украдкой вздохнула, наблюдая, как стражи удерживают на месте и князя, и капитана. Те дернулись вперед, на полном серьезе собираясь заставить глашатая раскаяться за свои слова, но охрана оказалась проворнее.

– Отпусти! – выдохнул Снорре, раздувая ноздри, но шипованные руки держали крепко, Металлические острия впивались в бледную кожу, оставляя после себя десяток уколов, на которых тут же вспухли яркие капли.

– Снорре, спокойно, – проронил Лоркан, поморщившись, – а вас я прошу пояснить, на каком основании вы позволяете себе подобные приказы?

Кулунтарец полностью откинул забрало, открывая лицо: густые брови, черные, как ночь, глаза и улыбка человека, уверенного в собственной безнаказанности:

– Таковы правила. В реку вы можете войти лишь раз, и должны быть полностью открытыми. Во всех смыслах.

– Что?! Да как вы смеете! – зарычал Снорре, не оставляя попыток освободиться. Острый шип прошел в опасной близости от горла, от ходящего ходуном кадыка. – Предлагать незамужней девушке подобную низость!

Глашатай устремил на Снорре темные, без блеска глаза, которые пугали меня до липкой испарины, выступившей на висках. Я не опасалась за собственную честь, больше меня тревожило, что капитан упорно дразнит дикого зверя, вынуждая того напасть.

– Будь леди замужем, приказ раздеться стал бы для вас приемлемым?

Снорре промолчал, челюсть его окаменела, а глаза сверкали от ярости. Охранник за его спиной напрягал мускулы, чтобы удержать капитана на месте, и это давалось ему нелегко.

– Если вы считаете, что мы согласимся на такое, – голос Лоркана звенел от бешенства, – то вы сильно заблуждаетесь.

Казалось, глашатай нам даже сочувствует, вот только приказы Ба’Дияр не оспаривались. Глядя на то, как Лоркан вступает в перепалку с подданным княгини, я решила вмешаться. Князь посмотрел на меня так, словно оказался свидетелем моего сумасшествия. Что ж, логика у меня была предельно простая: выдвигаются условия? Исполняй или сражайся. К несчастью, мы были безоружны, а солдат Ба’Дияр на берегу было в несколько раз больше. Силы неравные, ситуация безвыходная.

– Я готова сбросить одежды, но только в отсутствии посторонних глаз, – четко проговорила я, глядя прямо в лицо глашатаю. Тот лишь покачал головой:

– Таковы правила, леди. Мы должны засвидетельствовать, что обряд прошел как требуется.

– И как мы поймем, что все обряд пройден?

Глашатай хищно усмехнулся мне в лицо:

– Поверьте, вы узнаете.

А затем добавил, кинув взгляд на Лоркана, кипящего от злости:

– У вас пять минут на подготовку. Первыми идете вы с князем. Телохранитель – следом. Леди, в качестве исключения, можете оставить нижнюю рубашку.

Дождавшись, когда стражник разожмет руки, давая свободу, Лоркан подлетел ко мне и легонько встряхнул за плечи:

– Вы с ума сошли, Ималия!

– Я и сама могу о себе позаботиться, мой князь. Беспокойтесь лучше о себе.

Я храбрилась – Лоркан не мог знать, как подрагивают мои колени, а в груди нервно пульсирует страх. Куда сильнее публичного обнажения меня тревожило нечто, ожидающее нас в реке. И Снорре с Лорканом, которые с таким энтузиазмом вставали на мою защиту, что чаша весов клонилась к откровенному конфликту. Мне хотелось отделаться малой кровью, точнее, поправила я саму себя, распуская шнуровку на платье, хотелось бы без крови вовсе.

– Что, если я или мои люди откажемся исполнять требования княгини? – Лоркан поджал губы, игнорируя тот факт, что я уже их исполняла. От волнения пальцы путались в тугой шнуровке, и я едва могла совладать с пуговицами и бесчисленными слоями шелка.