Невеста Мрачнейшего (СИ) - Лисовская Лилия - Страница 72

-Я отдам тебе ее, - весомо произнес Айден, протягивая капитану звезду. Тот по-птичьи склонил голову, ловко смахивая знак отличия к себе в ладонь. А затем поднес ее к глазам, которые все так же были скрыты за волосами.

-О как! Теперь я Советник Его Мрачнейшего Величества? Такой карьерный рост мне определенно нравится.

Глядя на то, как Айден самолично отдает в руки подозрительному элементу знак своего положения, я ощутила как в желудке стало холодно.

-В чужих руках она не более, чем дорогое украшение, - хмыкнул Айден, которого рассмешил энтузиазм Мирошника. Тот на замечание не обиделся, только подкинул звезду на ладони.

-Этого не хватит, - с сожалением произнес Мирошник, протягивая звезду обратно Айдену, но тот не спешил ее забирать. Наше предприятие могло оказаться под угрозой только из-за того, что мы пришли к нему с пустыми руками.

Я запустила руки в волосы, пытаясь успокоиться. Все будет хорошо, все будет хорошо. Но глядя на улыбку головореза за плечом Мирошника, в это уже слабо верилось. Скорее, нас отправят восвояси – в лучшем случае. Или на дно морское, кормить мелких юрких рыбешек, которые играли в салочки на мелководье. Пальцы нащупали что-то металлическое и легкое, скользнули по мочке уха. Вот оно, наше спасение!

-Я отдам тебе это, - рубиновая серьга, давным-давно оставшаяся без пары, казалась маленькой и тусклой по сравнению с жертвой Айдена. Украшение было единственным, что осталось у меня от дедушки, а вторая...С содроганием я вспомнила, что ее пара по-прежнему оставалась у Вилфа Красноглазого, как напоминание о моем долге.

Мирошник спрыгнул с ящиков, мягко приблизился и двумя пальцами ухватился за серьгу, поднимая ее в воздух. Рубин горел изнутри, отбрасывая на лицо капитана алые всполохи. Я затаила дыхание, с нетерпением ожидания приговора.

-Пойдет, - серьга, как и звезда, пропали из виду. Отработанным движением Мирошник спрятал драгоценности и хлопнул в ладоши. - Этого хватит на билет в один конец.

От облегчения у меня подкосились колени, и только невероятным усилием воли я устояла на ногах.

-Пошевеливайтесь, мерзавцы! - окрик Мирошника заставил меня вздрогнуть, но обращался он не к нам. Десятки теней, которые недвижимыми лежали на палубе, поднимались вверх, обретая плоть и кровь, и вот перед нами стояла целая команда, жтуко недовольная тем, что их разбудили. -Отправляемся через десять минут!

Как по щелчку пальцев паруса, висевшие грустными обрывками, преобразились. Взметнулись вверх, приникая к мачте, а игривый ветер скользнул между ними, надувая полотнища до скрежета канатов.

-Неужели в путь? Не прошло и трех сотен лет, - ворчливо пробормотал старик, стоящий ближе всего. В руках он держал целую связку просмоленных канатов и оглядывал корабль со смесью тоски и восхищения. Как давно они вот так стоят?

Пока команда суетилась, Мирошник пинком открыл дверь, ведущую во внутренности корабля.

-Добро пожаловать, гости дорогие, - он отвесил нам шутливый поклон, кривляясь и гримасничая, - позвольте мне проводить вас в апартаменты.

С лестницы, ведущей вниз, несло запахом сырости и плесени, и мне страшно не хотелось туда идти, но раз уж путешествие будет долгим, мне пришлось перебороть собственные капризы.

-Надеюсь, у тебя нет морской болезни, цветочек? - Мирошник галантно придерживал дверь, позволяя нам пройти вперед, и его шепот заставил волоски на загривке встать дыбом. Во фразе мне слышался очень четкий намек. Но было уже поздно убегать.

Часть третья. Глава 53. Морское путешествие

Каюта, в которой разместил нас Мирошник, провоняла морской водой и гнилью. Даже для двоих она была слишком тесной, мы с Айденом едва могли развернуться на маленьком пятачке, не занятом ящиками и койками, а рядом с нами был еще и Вальд. Лицо Айдена было слишком близко, что тоже не прибавляло энтузиазма, я и так сделала слишком много рискованных вещей, за которые теперь было стыдно.

Капитан оглядел захламленную каюту и надулся от гордости:

-Самую лучшую для вас выбрал. Располагайтесь!

Айден скептически огляделся: койки были направлены несвежим бельем, под ногами шуршали непуганые крысы, нагло обвивая щиколотки хвостами, а в углах клубились комья плотной, застарелой паутины. Здесь давненько уже никто не обитал, и могло показаться, что нам специально выдели самую неприглядную каюту, но остальные помещения, между которых мы шагали цепочкой, выглядели еще хуже. Сырые, покрытые плесенью проемы, с которых капала вода. Черные от плесени стены. Гнилые доски под ногами.

-Удачи, - легкомысленно отсалютовал Мирошник, оставляя нас одних, - отбываем через несколько минут.

-Как они живут здесь? – я с брезгливой гримасой отодвинула от себя подальше комковатое, грязное одеяло, которое помнило еще мою прабабушку и рассыпалось на волокна прямо в руках. – Тут же невыносимо!

Айден помог Вальду откинуть подвесную койку и забраться туда с ногами. Обыкновенная

деревянная доска, прикрепленная к стене петлями и цепями. Наши постели располагались ниже, но желания отдохнуть у меня не возникло.

-Команда просыпается только зову капитана, - Советник нахмурился, словно вспоминая детали, - пока Мирошник не позовет, они могут годами пребывать в состоянии сна, скользить тенями по воде от берега к берегу и назад.

Вспомнилась книга сказок: где-то на желтых, хрупких страницах, я уже встречала корабль со спящей командой. Только в той истории встреча героев с призрачным судном была не слишком-то удачной.

-Дедушка рассказывал мне про корабль, который заманивает на борт наивных путников, а затем – топит, - тихо произнесла я, усаживаясь на самый краешек койки. Прикасаться к чему-либо голыми руками я опасалась. Вальд, уютно устроившийся на своей полке, в полутьме сверкал желтыми глазами. Айден уселся напротив, но койки были так близко, что мы коленями прикасались друг к другу. Очень некстати вспомнилось, как тесно я прижималась к нему у замка гнильцов. Можно было оправдаться, сказать, что во всем виноват стресс, но в глубине души отлично знала правду. И от осознания этой правды в груди что-то глухо ныло, не унимаясь.

В ответ на мою реплику Айден тихо рассмеялся. Мягкий смех в полумраке обернулась вокруг меня пушистым облаком, жарко вспыхнули щеки. Его поведение было непредсказуемым – в один момент он нежно улыбался мне и гладил по волосам, в попытке успокоить. В другой же – строго выговаривал за невнимательность, упрямство и грубость. И эти две крайности удивительно гармоничным образом объединялись в одном человеке.

-Возможно, Мирошник был бы и рад отправить нас на дно морское, но он не может.

-Стесняется? – фыркнула я, обхватывая себя руками, чтобы согреться. Меня потряхивало от влажного, прохладного сквозняка, которым поддувало из десятка щелей в двери и деревянной обшивки каюты.

-Нет, - невозмутимо покачал головой собеседник, - мы ему заплатили. Сейчас он по рукам и ногам связан договором, условия которого обязательно выполнит. Правда, ничто не мешает ему утопить нас после.

По еще одному смешку я поняла, что Айден шутит. Неуклюже и нелепо, как человек, долгие годы проведший в изоляции от других.

Корабль упруго дрогнул, выходя в бухту. Над головой слышались топот и яростные крики членов команды, но в самой каюте было тихо и спокойно. Фрегат, влекомый ветром в парусах, несся вперед, разбивая высокие зеленые волны. Те шипели, распадаясь комьями пены, и этот шепот успокаивал лучше любых колыбельных. Я прикрыла глаза, не сдержав тяжкого вздоха. Минутная передышка казалась благословением. Я и не помнила, как давно могла вот так – сесть и забыть, что за спиной по пятам крадется опасность.

И главная угроза – Вилф Красноглазый, никак не выходил у меня из головы. Мне удалось выиграть время, но кто сможет гарантировать, что если он меня найдет, кара не будет еще страшнее? Да и сережка. Зачем было получать от меня обещание исполнить одну-единственную просьбу, а затем – убивать? Шрам на горле кольнуло призрачной болью.