Сувенирная лавка (СИ) - Фэйт Ольга - Страница 54

- Все отойдите! Это он говорил людям, что застыли в ожидании. - Отойдите дальше к машинам. Силириана, займи место на противоположной стороне. Кейлин ты знаешь, что делать, Имирима, Ивойн будь рядом, твои силы могут понадобиться. — Горн раздавал поручения с точностью и решительностью, не давая никому усомниться в происходящем. Мы с Цикури дрожали. Оказывается это страшно. Встретиться с тем, кто сотворил этих нелюдей. Примет ли он прошение за нас? Харны заняли свои позиции с четырех сторон от внешнего круга. Тишину прорезал лишь ветер, трепля волосы и одежду собравшихся. Первым заговорил Горн, он склонился к первой книге и произнес слова на древнем языке. Они звучали с силой и казались живыми, будто от этих слов все задвигалось, приводя в движение, какие-то особенные невидимые процессы. Глаза его вдруг полыхнули огнем, когда он выпрямился, как струна и замер, словно наблюдая за тем, что высвобожденное им четко выполняется. Следующие слова, произнесенные отрывисто, но шепотом, остановили ветер. На время и мы перестали дышать. Он продолжил читать, изменения продолжались. Трава, росшая ближе к выложенным камням, неожиданно резко натянулась и наклонилась в нашу сторону, да так и осталась, будто намагниченная. Я ощущала слабость и что-то постороннее вокруг, заставляющее буквально трепетать. Мы с Цикури сбились в кучу, но вовремя опомнившись, отстранились друг от друга. Так, пора взять себя в руки. Горн замолчал, казалось, прошли долгие минуты ожидания, прежде чем что-то начало происходить. Неожиданно россыпь звезд, падающая откуда-то с неба, начала искрами пронзать выложенные вокруг нас камни и сгущать воздух, образуя что-то вроде стены между нами и остальным миром. Вот теперь очень страшно. Хотелось кричать! Горн! Но внутри тишина и снаружи тоже ничего не слышно. Тем не менее мне почему-то казалось, что там не молчат, к голосу Горна присоединились голоса остальных харнов. Они монотонно произносили одну фразу за другой. И речь их была странная, уносящаяся куда-то в пространство, ввысь. Стало тяжело дышать... Если мы с Цикури вообще дышим в принятом понимании. Воздух внутри стены начал тяжелеть и обжигать. Как странно, я начала чувствовать, будто все еще состою из плоти и крови. Пот прошиб. Конечно, мне это кажется. Я взглянула на подругу по несчастью, вероятно, ей казалось то же самое. От невыразимой духоты и тяжести, голова невольно сама начала подниматься, желая глотнуть свежести, там наверху, где пространство ничем не преграждалось и уходило к самым просторам вселенной. О! Вырвалось у меня. Поток света с невероятной скоростью несся с неба прямо на нас. От страха я присела, да так, что почти увязла по пояс в земле. Свет опускался все ниже, уже различимы стали маленькие огоньки внутри, словно маленькие звездочки, шелестевшие при каждом движении потока. И вот он завис над нашими головами. Открыв рот, я ждала, что будет дальше.

То, что спустилось к нам, было никем иным, как высшим существом. Мне показалось, что оно склонилось прямо к моему лицу и внимательно изучает, проникая внутрь моего сознания. - Занятно, — услышала я. Почему-то мне показалось, что все, что я переживала, отголосками чувствовалось за прозрачным столбом. Мои губы изобразили букву «о», когда из огоньков света вдруг вынырнула голова. Смотреть было больно, так резал свет. Но то, что я смогла разглядеть, невозможно описать словами. Похож на харна, да только еще необычней и прекрасней. И внешне, и внутренним содержанием одновременно. Глаза мои опустились вниз, оказывается, мы уже сидели на коленях и почему-то твердо ощущали под собой землю, все еще оставаясь в призрачном состоянии. С обнаженной душой и отсутствующим телом. Я понимала, что тот, кто пришел, понял принадлежность мою к иному миру. - Чего ты хочешь? - прозвучал в моей голове вопрос. И я так же ответила, не размыкая губ: - Жить. Вновь молчание. Иллюзий на тему, что высший будет сидеть с нами и вести задушевные беседы, я не строила. Казалось, что говорил он только со мной. Будь что будет, моя жизнь и смерть в его руках. Голос продолжил: - Харны всегда отличались смелостью, — помолчав, он продолжил. - Грядут времена, когда спесь совета исчезнет ради спасения расы. Живи, чтобы дать жизнь другим. Ты часть этого. Я ничего не поняла из того, что услышала, но четко осознавала, что никакие ветра и времена не сотрут его слов. Они как печать, дар ради того, чтобы жить. И я приняла их всем своим сердцем, а потом и болью... Невообразимой и оглушительной. Все стихло, как только сознание уплыло вслед за удаляющимся светом. Внезапно все вокруг накрыла полная тьма. Ночь, окрашенная ранее красным, вдруг утратила свои краски. Все так и застыли, боясь пошевелиться и сказать хоть слово. Горн понимал, что тот, кого призывали, ушел. Но смелости подойти ближе и заглянуть в центр круга не оказалось. Внутри пустота, на глазах выступили слезы. Пошевелив пальцами и ощутив силу в ногах, он всмотрелся в круг. Что-то белое виднелось средь мрака, который постепенно рассеивался, выпуская кровавую луну ронять блики на все живое, отображаясь в них своим светом. - Живы? - услышал он, но разобрать от нахлынувших чувств, кто говорил, не смог. Да и какая разница? Ему самому надо убедиться, что все живы. Упав на колени перед телами, Горн приблизился к лицу Лии и убрал прядь волос. Дышит? Она должна дышать! Горн скользнул взглядом по Цикури и тут же отвел. Осознание, что их надо прикрыть, пришло сразу, но не удержался взглянуть еще раз на Лию. Ему казалось, она стала еще прекрасней. Так и остался сидеть, не отводя от нее взгляда. - Горн... - позвали его. Кто-то заботливо поспешил накрыть их одеялами. А ему все не верилось, что бог откликнулся. Это был настоящий риск и наглость с их стороны, узнай об этом совет. Но ведь пришел! И все живы! Лия тому доказательство... Сердце защемило вновь... Что им двигало? Боль, заглушающая страх и горечь от скорого расставания? Та, что стала с ним одним целым не должна покинуть этот мир. Как сильно он осознавал сейчас, что любит ее, и хочет быть с ней, навсегда, до конца! Что там происходило внутри круга, лишь мог понимать по ярким ощущениям Лии. Их связь даже в этот момент не исчезла. Страх и восхищение, благоговение... Чтобы он ощущал? Наверное, то же самое. Без сомнения! Протяжный крик раздался минут десять спустя. Они кричали обе и так душераздирающе, что все верили, это конец! Что он наделал?! Стало настолько жутко и невыносимо, что буквально повалило на землю. Он ощущал не только свою боль, но и Лии. Мелко трясясь всем телом с широко распахнутыми глазами, видел, как все пошатнулось. Камни разметало в стороны, столб дрогнул и стал медленно исчезать, предварительно сворачиваясь как смерч, унося с собой яркий сгусток света и оставляя там на земле... Он думал, увидит призраков. Их там не было! Вместо этого лежало два обнаженных тела, припорошенных землей и сорванной смерчем травой. Кейлин подошел сзади, вместе с Силирианой и одеялами. Накрыв заботливо обеих и обмотав, понесли в машину. Первой, полчаса спустя очнулась Цикури. Вытаращила глаза и стала озираться по сторонам. Наконец, ее взгляд сфокусировался на Кейлине и первое, что она попросила, это пить. Все были готовы к этому. Но почему Лия все еще без сознания? Горну так хотелось увидеть ее глаза, убедиться еще больше, что она жива, услышать голос. - Лия... - позвал он и почувствовал отклик. Девушка действительно зашевелилась и потянулась, как ото сна, чуть не скинув с себя одеяло. Заботливо подержав его, отпустил только тогда, когда она поняла, в чем дело и смущенно зарылась в него по самые уши. Хотя, ему показалось, что смущение больше было адресовано его брату. Тот хмыкнув, отвернулся. - Вы как? - растерянно спросил Горн, протягивая Лии воду, хоть она и не просила и, глядя, как Цикури покраснела и тоже натянула свое одеяло на себя. - Живы, кажется... - Живее не придумать, — подала ворчливо голос Цикури, кажется, она приходила в себя, в свое обычное состояние. - А этот бог не мог как-то вернуть нас к жизни в более пристойном виде? Я, между прочим, исчезала вместе с одеждой! И где спрашивается она? - Не волнуйтесь, — попытался ее успокоить Кейлин. Женщина лишь сверкнула на него глазами. И тут в окне дверцы машины со стороны продавщицы возникло неожиданно лицо, отчего та резко закричала и принялась бить ладошкой по стеклу, изгоняя то, что ей привиделось: - Мерз! Поганый мерз! - Эй! - лицо изумленного детектива возникло уже в окне Кейлина. - Меня сравнивать с мерзом?! - Цев, дай им прийти в себя. Пойдем к остальным, — Кейлин вышел. В машине остались только трое.