Страшные сказки Бретани (СИ) - Елисеева Елена - Страница 64

— А Жюльену де Лассалю так и надо, — заявил де Матиньи. — Глупый самовлюблённый мальчишка! В следующий раз подумает, прежде чем гоняться за женщинами!

— А история про Элеонору де Матиньи? Тоже выдумка?

— Моя прапрабабка Элеонора де Матиньи действительно существовала, но её муж Симон боготворил её, никогда бы не поднял на неё руку, и они прожили счастливую и долгую жизнь, — ответил он. — Просто вы начали спрашивать меня о привидении, о том, как она выглядит и кем может быть, я растерялся, а потом решил смешать правду с вымыслом.

— Но я не понимаю, зачем вам всё это было нужно? — Эжени в недоумении уставилась на него. — Проделать такую работу, построить целый механизм для изображения призрака, все эти трубы, сквозняки, написать письмо, вызвать меня сюда… Зачем? Вы лишились друзей и, возможно, вскоре лишитесь слуг, но что вы приобрели? Зачем мы вам нужны?

— Не вы, а вы, — буркнул Луи, но тут же понял нелепость своего ответа и поправился. — Господин Лебренн мне не нужен, я его сюда не звал. Мне были нужны вы, мадемуазель де Сен-Мартен. Я… хотел жениться на вас.

Хотя в глубине души девушка и подозревала, что ответ окажется именно таким, она не смогла сдержать смешок.

— Жениться? На мне? И ради этого вы разыграли весь этот спектакль? Вам не кажется, что это чересчур странный способ завлечь будущую невесту — напугать её привидением?

— Но невеста тоже странная, — прямо ответил де Матиньи. — До меня дошли слухи, что вы интересуетесь всем странным и мистическим и будто бы даже изгоняете призраков. Я, разумеется, в них не верю, — он пренебрежительно махнул рукой, — но это был отличный способ завлечь вас в замок.

— А что вы собирались делать дальше? — с искренним любопытством спросила она.

— Ухаживать за вами, делать комплименты, веселить различными историями, угощать кушаньями и тому подобное, — кажется, Луи был удивлён её вопросом. — И в конце концов либо героически спасти вас от призрака, либо быть спасённым вами. Познакомившись с вами, я понял, что лучше всего избрать второй вариант и давить на жалость, ведь вас, судя по всему, привлекают люди, которых надо спасать, защищать, о которых надо заботиться.

— А что потом? Даже если бы я не догадалась, что привидение фальшивое, изгнала бы его и засобиралась обратно? Неужели вы попытались бы удержать меня силой? — Эжени весело улыбнулась, но в голосе её зазвучали нотки стали.

— Что вы, конечно, нет! — Луи замахал руками. — Но я надеялся на ваше благоразумие. В конце концов, вы старая дева, а я, возможно, ваш последний шанс…

— Я так понимаю, ни о какой любви ко мне речи не идёт? — осведомилась Эжени, краем глаза заметив, как Леон крепче стискивает зубы и сжимает эфес шпаги.

— Господи, но вы же так умны! — де Матиньи закатил глаза. — Любовь хороша для детских сказок и романтических баллад. Я даже допустить не могу, что вы всё ещё надеетесь выйти замуж по любви. Самые крепкие браки заключаются по расчёту, это известно всем. Мне надо было поправить своё финансовое положение, а вам нужен был муж вашего уровня, из небогатых дворян. Это была бы взаимовыгодная сделка. И жаль, что она сорвалась, — со вздохом заключил Луи. — Теперь ведь вы точно не пойдете за меня?

— Как вы расчётливы! — Эжени уже не скрывала своего отвращения. — Могу вас расстроить: даже если бы вам удалось обмануть меня и выставить спасительницей от ужасного привидения, даже если бы я приняла все ваши комплименты за чистую монету, даже если бы я приехала сюда одна, я и то не пошла бы за вас замуж. Мне не нравится ваша внешность — хотя я и считаю, что судить людей за внешность низко, ибо они её не выбирают, но в вашем случае это оправданно! Мне не нравится ваш вычурный кричащий замок, ваша чересчур маленькая библиотека, ваше чересчур большое мнение о себе, ваша бесконечная лесть! Даже если бы я была разорена и нищенствовала, я и то предпочла бы уйти в монастырь или наложить на себя руки, чем выйти за вас!

— Я понял, что ничего не получится, когда вы только прибыли сюда, — пробурчал в ответ Луи. — Вы слишком горды и слишком дорожите своей честью, кроме того, мне все карты спутал ваш… спутник.

Леон уже открыл рот, явно собираясь ответить что-то нелестное, но не успел. Снаружи послышался шум, затопали быстрые шаги, и в библиотеку вихрем влетел Жакоб, обеими руками приглаживавший свои чёрные вихры.

— Мне не спалось, я услышал голоса в библиотеке и решил посмотреть, что здесь творится, — он взглянул в дальний угол и в первый миг вздрогнул, увидев фигуру в белом, но потом пригляделся лучше и выпалил: — Хромоножка Жанет? Это ты?

— Я, — прошелестела женщина, плотнее запахивая плащ.

— Так это ты притворялась Девой в белом! — с быстротой соображения у гасконца явно всё было в порядке. — Подлая змеюка! Так напугать моего господина! И Марту! Радуйся, что ты женщина и что ты хрома, иначе бы получила по заслугам!

— Он сам мне велел! — негодующе воскликнула Жанет.

— И это правда, — подтвердил Леон и, прищурившись, посмотрел на Жакоба. — Постой, так ты ничего не знал о фальшивом призраке? О стекле, о фонаре, о трубах?

— Какое стекло, какие трубы? Ничего не понимаю! — Жакоб затряс головой. — Господин, что это всё значит?

— Это значит, что я, видимо, очень глупый человек, — Луи обхватил голову руками. — И да, это я велел Жанет притвориться привидением.

— Но зачем? — слуга потрясённо отступил к стене.

— Чтобы заманить меня в замок, сделать героиней, а потом жениться на мне. Но из этого ничего не вышло, да я и не собиралась за него замуж, — ответила Эжени. — Кстати, зачем вы велели Жакобу подкинуть мне в постель мышей?

— Каких мышей? — Луи вздрогнул. — Клянусь честью, я никогда не стал бы делать подобного? Я хотел привлечь вас, а не запугать!

— Господин Луи невиновен, — Жакоб уронил голову на грудь. — Это я собрал мышей по всему замку, чтобы потом подсунуть их вам на кровать.

— Ты что, с ума сошёл? — взъярился де Матиньи. — Какого чёрта ты это сделал?

— Я хотел, чтобы чужаки убрались отсюда, — мрачно ответил слуга. — Им нечего здесь делать, и они могли подвергнуть опасности себя и вас. Я-то думал, что это настоящий призрак!

— Ты остолоп! — закричал на него Луи, явно потеряв всякое терпение. — Привидений не существует!

— Кстати, а как вам удалось провернуть этот фокус в роще? — полюбопытствовал Леон. — Мы с Эжени там всё облазили, но не нашли ни фонарей, ни стёкол, ни зеркал.

— Об этом надо у неё спросить, — де Матиньи зло дёрнул подбородком в сторону застывшей Жанет. — Вчера днём, сразу после того, как вы рассказали мне о явлении Девы в белом в роще, Жанет явилась ко мне за деньгами. Я, признаюсь честно, накричал на неё за самодеятельность — ведь я не приказывал ей появляться ещё и в роще, только в пределах замка! Но она стояла на своём и утверждала, что ни в какой роще не была.

— Тогда вы назвали её дурой, ваш попугай услышал и повторил при мне, — кивнула Эжени.

— Умная птица, слишком умная, — проворчал Луи.

— Но я и правда не была в роще! — светлые глаза Жанет наполнились слезами. — Я же хромаю, мне тяжело ходить так далеко! Я готова поклясться на чём угодно, что это не я! Я думала, господин де Матиньи нашёл кого-то другого вместо меня, чтобы изображать Деву в белом, и разозлилась на него…

— Она говорит правду, — внезапно донёсся нежный голос от окна. — В роще была не она, а я.

Все пятеро находящихся в комнате людей в один миг повернули головы к окну. Из сгустившегося сумрака неспешно выплыла белая фигура — в таком же, как у Жанет, длинном белом плаще, из-под которого выглядывало светлое платье. От неё исходило лёгкое серебристое свечение, ноги её не касались пола, а сквозь тело можно было отчётливо различить книжные полки. Прозрачная женщина не источала могильного холода, но Эжени ощутила, как дрожь охватила всё её тело, и с замиранием сердца осознала, что на этот раз видит перед собой истинное привидение.

[3] Трюк, с помощью которого Луи и Жанет изобразили привидение, известен более всего как «призрак Пеппера». Он был изобретён в XIX-м веке, но первые упоминания об иллюзиях такого рода датируются 1584-м годом, так что теоретически в XVII-м веке можно было создать нечто подобное.