Рожденные волшебницами (СИ) - Кириллова Наталья Юрьевна - Страница 26

Луиза и камердинер Брета Томас, немолодой пепельноволосый катесс, остались в особняке, а мы весёлой и шумной компанией отправились на столь вожделенные Норикой танцы. Уже на месте Карла и повар Игган отделились, разойдясь каждый в свою сторону. Норика мгновенно потянула Феликса на площадку для танцев, и я, оказавшись наедине с Максом, сразу заскучала. Покосившись на моё не слишком воодушевлённое лицо, Макс предложил занять столик и взять напитки. Так мы и сделали, да только веселей от этого не стало.

– Может, подождём возвращения Норики и Феликса, и сами пойдём танцевать? – предложила я примерно через десять минут сосредоточенного изучения трещин на деревянной столешнице.

Макс глянул на меня.

– Хорошо.

И снова принялся вертеть ополовиненную кружку с пивом в руках. Я посмотрела на его лицо, освещённое синим фонариком, и поморщилась. Ноль эмоций. Причём полный.

Я мысленно помянула сводницу Норику не самым ласковым словом и попыталась завести разговор.

– Ты откуда родом?

– С Первого материка, – отозвался Макс вновь умолк, видно посчитав ответ исчерпывающим.

– А я родилась в Дэнне, – сообщила я.

– Я знаю.

– Откуда?

– Норика сказала.

Я опять глянула на Макса, внезапно осознав, что абсолютно ничего о нём не знаю. Кто он, откуда, как оказался на Втором материке… И странное дело: чем дольше я всматривалась в подсвеченный синим профиль, тем более неясное ощущение поднималось из глубин моего существа…

– Вот и мы!

Я вздрогнула, повернулась к Норике, сияющей, словно начищенное столовое серебро. Позади топтался Феликс, рыжий длинноволосый парень с на редкость невыразительной даже для его расы физиономией.

– О, пиво! – возрадовался катесс, приметив кружку с пенным напитком.

– Бери, не стесняйся, – пододвинула я ему тару. – Специально для вас взяли.

– Спа-асибочки! – Феликс тяжело плюхнулся на скамейку и подхватил кружку.

Норика скромно пристроилась рядом. А я, наоборот, встала.

– Ну что, пошли?

– Ой, идите, идите, – махнула рукой катесса. – Там та-ак здорово!

Макс отставил свою кружку, кивнул.

Мы пошли.

Миновав кольцо столов, Макс коснулся моего локтя.

– Вэл?

Я шла немного впереди и потому обернулась.

– Ты подожди меня здесь, ладно? Я скоро вернусь.

– Эй, ты куда? – окликнула я, но парня уже и след простыл.

Мне оставалось только удивляться, как быстро и ловко Макс растворился в окружающей нас массе народа. Какая-то парочка, пробиравшаяся на отделённую яркими лентами танцплощадку, беспардонно меня толкнула, и я спешно отшатнулась к узким скамейкам, расставленным по периметру. Покрутившись на месте и не отыскав глазами рыжеватую шевелюру Макса, я опустилась на край ближайшей скамейки. Передо мной, за алой лентой, кружились пары в ритме бодрой мелодии, не менее бодро исполняемой оркестром с летним названием «Васильки». Вокруг шелестели голоса, слышались взрывы смеха и кокетливое хихиканье. Небо стремительно потемнело, мерцая искрами звёзд и основательно надкушенным диском убывающей луны.

Неожиданно мне на плечо легла рука. Не до конца разобравшись в ощущениях, вызванных прикосновением, я вскочила и круто обернулась.

– Вернулся? А я уж было решила, что ты про меня… – я замерла, чувствуя, как остаток предложения застрял в горле.

Рука была в чёрной перчатке. Да и сам человек, стоящий возле скамейки, был затянут в чёрное. С ног до головы, и даже лицо его скрывала чёрная бархатная маска из тех, что открывали подбородок, рот и часть носа. На плечах лёгкий плащ, на волосах – капюшон, надвинутый достаточно, чтобы их цвет оставался загадкой. И глаза, тёмные – синие или серые, точно не определишь, но однозначно не голубые, – знакомые и незнакомые, вроде уже и видела где, а как, когда – память молчит…

– А-а… простите, я приняла вас за… – начала я. Кончики пальцев кольнуло, в груди шевельнулось тревожное чувство. – …За своего друга.

Незнакомец смерил меня тяжёлым оценивающим взглядом, схватил за запястье и потащил на площадку. Дорогой меня раза два ощутимо пихнули, и я отвлеклась на необходимость маневрировать, позабыв о необходимости сопротивления.

Только оказавшись в самом центре площадки, я предприняла попытку вырвать руку, однако незнакомец повернулся ко мне лицом, обнял за талию и закружил под медленную печальную мелодию какой-то старинной лирической баллады. Я открыла рот, кое-как сосредотачиваясь на перестановке собственных ног.

«…Собирается куча народу… даже богатые приезжают, только они надевают маски, чтобы их никто не узнал…» – вкрадчивым шёпотом всплыли в памяти слова Норики.

Я закрыла рот и оглядела чёрный костюм нежданного партнёра по танцу. Нет, что-то не так… Сколько лет этой экипировке? Конечно, фасон чёрных форменных костюмов мужчин-единственных – заправленные в высокие сапоги брюки, широкий ремень с массивной пряжкой, короткая куртка с воротничком-стойкой, иногда плащ, – не меняется не то, что годами, веками, и всё-таки данный представитель выглядел не самым свежим: вон, обшлага рукавов какие обтрёпанные… Правда, на хозяине сидел ладно, то ли удачно подобрали, то ли сшили на заказ…

Задумавшись, я сбилась с шага и споткнулась. Незнакомец сделал непонятный мне пируэт, сильно стиснул челюсти – полагаю, ничего лестного в мой адрес это не подразумевало, – но к потерянному ритму вернулся. А неплохо, кстати, двигается. Несколько напряжённо, правда, как человек, лет сто не танцевавший и теперь судорожно вспоминающий подзабытые основы…

– – –

Как и на всяких городских гуляниях, на танцах в честь Солнцестояния – или, как его называли древние, Лита, – было шумно. Впрочем, Фелис полагала, что веселящемуся народу, в общем-то, наплевать, в честь чего данное мероприятие, лишь бы музыка погромче, компания поприятнее да выпивки побольше. А здесь всего было в достатке.

– В жизни своей видела танцы и покруче, – сообщила Анна, каблучком золотой туфельки отбивая ритм безмерно заунывной мелодии.

– Это где же? – полюбопытствовал Вэлкан.

– В особых заведениях с табличкой «Простым смертным лучше не соваться!»

Фелис сдержанно улыбнулась и мысленно прощупала всю танцплощадку, столы и палатки в поисках «цветочниц». Группа в лице Лилии и Теры обнаружилась на скамейке неподалёку от помоста с музыкантами.

– Нам туда, – махнула рукой Фелис.

Анна и Вэлкан чинно, как благовоспитанная парочка, двинулись в обход площадки. Алин же сделала шаг и замерла, вскинув лицо.

– А это ещё что? – пробормотала она.

– Где? – Фелис всмотрелась в фигуры танцующих сначала человеческим зрением, потом телепатическим.

Бессмертных не было точно – ни джиннов, ни нимф, ни сирен. Попадающих под категорию «не совсем простые смертные» – то есть волшебниц – ничтожно мало, «не-смертные» отсутствовали вовсе, ни оборотней там, ни вампиров… Действительно, а это что, вернее, кто?

В самом центре площадки, среди медленно кружащихся масс, обосновалось существо, своей энергетикой не вписывающееся ни в одну известную Фелис расу. Не смертный человек, но и не маг, вроде не вампир, не оборотень-волкодлак, не найитт, не джинн, да и телепатических способностей единственных не чувствуется… И всё же за человека сойдет разве что внешне…

Кто-то рядом… кто-то очень знакомый…

«Вэллариана!»

Фелис мотнула головой, вопросительно глянула на Алин. Та кивнула, и Фелис решительно шагнула вперёд.

Молодой человек, рыжеватый, встревоженный, явно ищущий кого-то, возник на пути дикарки. Она усмехнулась, сосредоточила взгляд на его затылке. Когда парень обернулся, ловко подхватила его под локоть, улыбнулась так обольстительно, как умели только дикарки, и потянула за собой на танцплощадку.

– – –

Баллада, точнее, сопровождающая её музыкальная композиция оказалась затяжной. Тёмные глаза в прорезях маски внимательно наблюдали за мной. Поначалу я старательно тупила взор, затем, сообразив, что конца танцу пока не предвидится, робко пристроила свободную руку на плечо партнёру и принялась изучать видимые части лица. Так знаю я тебя или нет?..