Сын для инопланетного воина (ЛП) - Маклинн Бекс - Страница 32

— Хм, он уже сдан в архив.

— Тогда достаньте его. — Кестов наклонился над маршалом и увидел, как на его лбу выступил пот.

— Это может занять некоторое время.

— Как уже упоминал, я никуда не планирую уезжать. И я вернусь. — С недовольным рыком Кестов ушел.

Затем он нанес визит в городской банк. В отличие от первых двух бесед, управляющий банком, Макдук, выглядел совершенно невозмутимым. Когда Кестов объяснил, кто он такой, тот сочувственно кивнул.

— Очень печальные обстоятельства. Действительно, очень печальные. Полагаю, вы заинтересованы в продаже ранчо?

— Вовсе нет, — твердо заявил он, ожидая возражений, но Макдук только кивнул.

— Ваше решение, конечно. Теперь, я полагаю, вы хотите вступить во владение счетами ранчо?

Остальные дела были решены быстро и полюбовно, Макдук тепло сжал его руку, когда они закончили.

— Если у вас возникнут вопросы, обращайтесь ко мне.

— Не откажусь. Спасибо.

Идя к своей повозке, Кестов заметил Сэрвиза, сидящего возле одного из ресторанов, но не подал виду. Они договорились, что будет лучше, если никто не заподозрит их связь. Разочарование грызло его, когда капитан забирался в свой транспорт, но зная, что Мэрайя и дети ждут его, прибавил скорость. Пора ехать домой.

Глава 22

Мэрайя разочарованно вздохнула, вынимая пирог из духовки. Края подгорели, а середина подозрительным образом провисла. Пирог Деводжи был поистине совершенен.

— Не волнуйтесь, Мэрайя, — успокоила Деводжи. — Госпоже Джудит тоже пришлось учиться.

— Она когда-нибудь выпекала пирог, который выглядел бы так плохо?

— Э, нет.

Они обе рассмеялись, и Деводжи забрала пирог неправильной формы и положила его на полку рядом с раковиной.

— Я распоряжусь, чтобы мой брат положил его в еду для робедос.

— Надеюсь, у них крепкие желудки, — с сомнением заметила Мэрайя.

— Они съедят все, — заверила ее Деводжи, а потом покраснела. — Я хотела сказать…

— Все в порядке. Я все понимаю. Знаешь, если бы ты сказала Малдосту, что испекла его, я уверена, он бы без колебаний съел это.

Румянец девушки стал еще глубже.

— Он добрый мужчина.

— Да, он такой. — Отбросив подтрунивание, Мэрайя беспокойно зашагала к двери кухни. — Интересно, скоро ли вернётся Кестов? Его так долго нет.

— Наверное, не раньше позднего вечера, — спокойно ответила Деводжи, но Мэрайя увидела в ее глазах отражение собственного беспокойства.

— Мне нужно чем-нибудь заняться, а готовка, как видно, не мой конёк.

Клэр выбрала именно этот момент, чтобы засуетиться, и Деводжи снова рассмеялась.

— Кажется, кто-то хочет привлечь ваше внимание.

— Привет, милая. Ты только что проснулась?

Она взяла малышку на руки и тихонько запела ей, пока Деводжи готовила бутылочку.

— Госпожа Джудит обычно так делала, — сказала граниканка, протягивая ей бутылочку.

— Что именно?

— Пела ей. Им обоим. Она рассказывала Чарли, что пела вам, когда вы были маленькой.

Непрошеные слезы навернулись Мэрайе на глаза. Сколько лет прошло с тех пор, как она думала об этом? Но помнила, как Джудит пела ей, помнила, как с этого началась ее собственная любовь к музыке. Стала бы ее сестра делать так, если бы знала, что это приведет ее на путь, отличный от того, который она себе наметила? Да, решила она, пристально наблюдая за Клэр, пока та сосала. Джудит все равно хотела бы, чтобы девочка была счастлива.

Когда Клэр закончила, Мэрайя подняла ее на плечо, прогуливаясь по комнате.

— У тебя есть для нее коляска? Я подумала, может, пойти подмести двор.

— Я могу это сделать. Извините, что не позаботилась…

— Деводжи, перестань. Я не критикую тебя. Ты проделала прекрасную работу, присматривая за детьми и заботясь о ранчо. Я никогда не смогу отблагодарить тебя должным образом. — Она одарила граниканку скупой улыбкой. — Я просто подумала, что плитка будет в большей безопасности от моих трудов, чем еда.

— Вы уверены?

— Да, безусловно. Ты даже можешь отправить Чарли ко мне, когда он проснется.

В последний раз, когда она проверяла, он лежал на своей кровати, обхватив одной рукой Лилат, свернувшуюся калачиком рядом с ним. Слонга никогда не устраивала происшествий на корабле, и Мэрайя надеялась, что это означает, что она также приучена к дому.

Через некоторое время Клэр была надежно пристегнута на ее груди, и Мэрайя приступила к осмотру двора. Небо над головой было ярко-голубым, с оттенком лаванды, но расположение дома давало достаточную тень, чтобы полдень радовал приятным теплом. Сегодня все ставни были открыты, и гнетущая тишина исчезла. Здесь все еще царила более деревенская атмосфера, чем та, к которой Мэрайя привыкла, но все же начала верить, что Джудит была здесь счастлива. Возможно, и она сможет почувствовать себя так же.

Она успела довольно далеко уйти, когда шум заставил ее поднять глаза. Пловак установил наблюдательный пункт на плоской крыше дома и теперь звал ее сверху.

— Это капитан, госпожа Мэрайя.

Слава Богу. Ее сердце облегченно забилось, и она улыбнулась Клэр.

— Это твой папа. Он возвращается домой.

Кестов не поехал прямо в сарай, а остановил повозку прямо у ворот. Ее пульс участился при виде большого воина, шагающего к ней.

— Мири, я скучал по тебе, — сказал он, притягивая ее к себе и обвивая хвостом талию. Его запах проник в легкие, и она почувствовала, как напряжение покидает ее тело. Он был дома.

— Я тоже скучала по тебе.

Он целовал ее до тех пор, пока не пискнула зажатая между ними Клэр.

— Прости, малышка, — извиняющимся тоном проговорил он. — Можно мне подержать ее?

— Конечно.

Мэрайя развернула малышку и передала ему, показывая, как ее держать, но его хвост уже свернулся позади ее головы. Собственная миниатюрная версия хвоста Клэр обвилась вокруг его запястья.

— Так странно видеть твои глаза на ее лице, — пробормотал он.

— Глаза моей сестры. Ты видишь в ней своего брата?

— Возможно. Ее черты лица настолько миниатюрны и тонки, что трудно сказать наверняка. — Он поднял голову и улыбнулся ей. — Вижу, что у тебя было много работы. И грязной.

Мэрайя рассмеялась, когда Кестов стряхнул грязь с ее носа.

— Очевидно, я бесполезна на кухне, но отлично управляюсь с метлой. Что скажешь?

— Выглядит гораздо лучше, — согласился он, оглядываясь по сторонам, а затем хмуро уставился на солнечные часы с постаментом на боку. — Возьми Клэр на минутку, пожалуйста.

Передав ребенка, он установил постамент вертикально и почистил циферблат.

— Его нужно будет настроить на это место, — проговорил он со странным придыханием.

— Кестов, что-то не так?

— Солнечные часы. Они зависят от движения солнца на определенной планете. Братан годами возил такие на корабле, но, конечно, в космосе нет ни одного солнца. Помнишь, что сказала Деводжи? Что дети будут просыпаться, зная, что каждый день увидят одно и то же небо? Он наверняка был так счастлив, что смог установить их здесь. Для его семьи.

— Нашей семьи, — тихо проговорила она, вставая рядом, с Клэр на руках.

Его хвост обвился вокруг них обоих.

— Нашей семьи.

После ужина в этот вечер все собрались в большой гостиной. К ее радости, Кестов принес с корабля доброн. До мастера ей было еще далеко, но она уже освоила достаточно, чтобы самостоятельно играть несколько песен. Деводжи села с одной стороны камина и покраснела, когда Малдост попросил ее сесть рядом, но Мэрайя заметила, что она не отказалась. Несмотря на дневную жару, ночи оказались достаточно прохладными, чтобы огонь радовал ее, хотя все еще не была уверена, как относится к тому, что они жгут навоз. По крайней мере, при горении он имел лишь слабый запах листвы.