Академия магии закрыта (СИ) - Федотова Анна - Страница 19

Рута хлопала глазами, не зная, что делать.

— Никогда не видела их так близко. Это очень дорого. Я не могу его взять.

— Я его нашёл, Рута. Мне просто повезло. Или тому, кто ради него разбивал горные породы, наоборот, не повезло. Может, эта самая змея сыграла роковую роль.

— Она пришла за тобой?

— Да. Я кое-что попробую сейчас, можно? Но ты не должна пугаться и кричать, — он прищурился, и Рута почувствовала, как краснеет.

О чём это он? И почему она должна пугаться?

— Ну? — спросил Идан. — Я тебя не трону. Честно.

«Не тронет?» — с досадой подумала Рута, и ей самой стало смешно от этой мысли. Но показывать свои эмоции Идану было нельзя. Она сжала губы, чтобы спрятать улыбку.

— Когда ты видел, чтоб я пугалась? — ответила она с вызовом.

Идан усмехнулся.

— Ладно. Если что, я предупреждал.

Рута кивнула и обтёрла о платье мокрые ладошки. Теперь, и вправду, стало страшновато.

Идан развернулся так, чтобы Рута не видела его лица, приблизился к мёртвой змее, молча смотрел на неё несколько секунд, потом протянул над ней руку.

Змея начала дёргаться и открыла глаза. Вернее, не так. Вместо глаз открылись пустые глазницы. Змея подняла голову и зашипела. Рута закрыла рот ладонью, чтобы не вскрикнуть, и поджала под себя ноги.

— Защищай нас от своих собратьев, от всех дергкорских змей, что посмеют заползти на нашу территорию, — сказал Идан твёрдо, будто отдал приказ. — Защищай нас ото всех, кто захочет причинить зло.

Змея снова зашипела и уползла в траву, двигаясь не по-змеиному неуклюже, как будто её раз за разом укалывали иголками с разных сторон.

Идан подождал, пока она уползёт, и повернулся к Руте. Его взгляд был, как и прежде, зелёным.

— Что это?

— Моя магия, — пожал он плечами.

— Ты умеешь оживлять мёртвых?

— Нет. Не оживлять, а управлять мёртвыми.

— Это отвратительно.

— Знаю, — он поник, спрятав голову в колени.

Рута положила ему на спину ладонь. Потом решилась и погладила его по спине. Она не должна была так говорить. Ему и без того плохо. А ведь не его вина в том, кем он родился.

— Знаешь, змеи тоже отвратительны. Но они живут, и это… Ну…

Идан выпрямился и, глядя на неё, засмеялся.

— Умеешь ты утешить, Рута!

— Ну, хоть на что-то гожусь, — Рута нервно хихикнула. Искренний смех мага смерти, наверное, дорогого стоил.

— На многое, — поправил Идан.

Его взгляд замер. Остекленел. Улыбка внезапно растаяла.

Руте не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что послужило причиной этой перемены настроения Идана, но она всё же обернулась. У выхода из пещеры стоял Тайко. Он молчал. Идан тоже. Глупо было ожидать, что они попросят прощения друг у друга. И то уже было хорошо, что один из них не пытался убить другого. Рута, вздохнув, поднялась на ноги.

— Мне пора, Идан. Увидимся.

Он махнул рукой.

— Расскажу Елю, что ты тоже завёл себе питомца. Пусть присматривает за своим Баскаком. Кстати, как ты её назвал?

— Кого? — растерялся Идан.

— Свою ручную змею.

— А… — парень почесал затылок. — Наверное, Навь.

Рута сморщилась.

— Нет, лучше Кобь.

— Что это значит?

— Удача. Она принесла мне её дважды. Сначала — когда я нашёл камень. Потом ­— когда я вовремя заметил её приближение.

— Что же, надеюсь, я никогда не встречусь с этой «удачей».

— Я тоже, — усмехнулся Идан.

Рута поплелась за братом в свою пещеру.

— И как ты можешь с ним разговаривать после того, что он сделал? — спросил Тайко, когда они пробирались по тёмному коридору.

— Я же сказала, что возьму его на себя. Не лезь.

— М-м-м, — промычал Тайко. — Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь. Хотя о чём это я?

17. Маг проводит свою жизнь непорочно

Вернувшись, они вместе отправились к воротам. Ель сказал, что Баскак уже оправился и может сам себя прокормить. Он обнял окрепшего зверя.

— Я думал, ты хочешь оставить его у себя, — сказал подошедший Идан.

— Я хочу дать ему право выбора, — ответил Ель. — Пусть откроют ворота.

— Откройте, — сухо сказал Идан стоявшим на страже парнишкам из клана сильных.

Те подчинились и отворили ворота перед зверем.

Баскак постоял, всматриваясь в пространство перед собой, потом оглянулся на Еля, в три больших прыжка достиг кустарника и исчез. Парни закрыли ворота.

— Ты молодец, Ель, — сказала Рута, похлопав его по плечу. — У всех должен быть выбор.

Она не оглянулась, но почувствовала, что в этот момент Идан посмотрел на неё. Потом она украдкой бросила на него взгляд. Он стоял, плотно сжав челюсти. Идан-рассвет превращался в Идана-скалу.

Гойка на эмоциях обняла Еля за талию, и тот в ответ обнял её за плечи. Кази обнимала сама себя, а Тайко с завистью смотрел на Гойку и Еля, но не решался к ней подойти.

— Ну же, брат, — пихнув его локтем в бок, проходя мимо, сказала Рута. Но Тайко лишь сделал вид, что задумчиво смотрит вдаль, а не думает о том, как бы подойти к Кази и обнять её.

«Вот дурачки», — подумала Рута и коснулась пальцем своих губ.

Там всё ещё медленно таял утренний поцелуй Идана. Если бы у них было всё так просто, как у Кази и Тайко, они бы не тратили время на нерешительность.

— Эй, клан умников! — по площадке шагал Миль с довольным сияющим лицом. — Вы закончили свою трогательную сцену прощания?

— А тебе что, опять хочется подраться?! — крикнула Рута.

— Насчёт подраться я всегда за! — подмигнул Миль. — Но пока вы проливали слёзы над уходящей в закат кошкой, мы открыли наш главный ресурс! Мага еды, виноделия и веселья!

— Правда? — Рута подпрыгнула на месте, забыв обо всём, даже о тёмной магии, которую им всем пытался навязать Идан.

— Разрешите представить вам героя сегодняшнего дня! — объявил Миль, и толпа, сбившаяся в кружок, расступилась.

Бойд сидел на земле перед ковшом с водой и растерянно смотрел на него.

— Давай же, Бойд, покажи всем! Преврати эту воду в квас, — скомандовал Миль.

— Но я не умею.

— Умеешь, друг мой. Представь самый вкусный квас на свете, какой только тебе доводилось пробовать, подумай о своём боге и вознеси ему хвалу. Дальше магия всё сделает за тебя. Поддержим нашего мага!

Толпа засвистела и завизжала. Бог наверняка их услышал.

Бойд вдохнул поглубже, закрыл глаза и сосредоточился. Все замерли. Даже ветер стих. Через полминуты Миль заглянул в ковш. Потом сунул туда нос.

— А что я говорил! Чарку мне!

Кто-то сунул ему в руку кружку. Он налил в неё жидкость, по цвету похожую на квас. Вдохнул ещё раз аромат и протянул Идану.

— Отведай, вождь!

Идан чуть не поперхнулся, но кружку взял, понюхал и сделал глоток.

Все застыли в ожидании.

— Квас! — объявил он, и публика завопила от восторга.

Бойд просиял.

Рута тоже визжала и прыгала от радости. Она подбежала к подружке, и та вздрогнула, но дала себя обнять.

— Кази. Я так ему завидую! Нет, конечно, я бы лучше хотела быть магом света, но маги еды так ценятся. Он может открыть своё заведение в Башне Радости.

— Ты так счастлива, что, похоже, передумала уходить? — прошептала Кази.

— Ничего и не передумала. Но надо усыпить их бдительность, так что расслабься, Кази. Повеселимся, — подмигнула она.

— Бойд, красавчик, ради тебя готов выбелить свои волосы и вступить в клан блондинов! — осушив кружку кваса, выкрикнул Миль.

Блондинки дружно захлопали в ладоши.

— Можем помочь! А вступай так! Мы возьмём! — кричали они, перебивая друг друга.

Только Вела не разделяла их восторга и даже не оценила жест Дуффа, который преподнёс ей квас в изящной деревянной чарке. Она взяла её и, не глядя, выпила, по ошибке отдав чарку не Дуффу, а стоявшему с другой стороны Элбану, потому что смотрела куда-то прямо перед собой, а вовсе не на паясничавшего, по своему обыкновению, Миля.

Рута проследила за её взглядом и мысленно ахнула. Вела не сводила глаз с Тайко, которому повезло быть облитым из ковша, передаваемого по кругу, и теперь он, привыкший к всеобщему вниманию публики, демонстративно снимал рубашку.