С демоном по договору. Книга первая (СИ) - Вус Катерина - Страница 60

— Предлагаешь, явиться к ней домой? Или выслеживать там Петергрэма?

— Зависит от твоего желания.

Кажется, второй вариант понравился Мирте больше.

— Нет, это уже слишком, — решила я.

— Если передумаешь, то знаешь, к кому обратиться.

— Само собой.

Принимать предложение Мирты я искренне не собиралась целых полтора часа.

Свою следующую встречу с Евой Таль я могла представить в любом месте, даже в нашей с Грэмом спальне, но не там, где она в итоге случилась.

Секретаршу Петергрэма я обнаружила в собственной лаборатории, когда спустилась туда по делам. Стоило мне её увидеть, как список прегрешений Евы пополнился сразу тремя пунктами. Она пришла сюда без разрешения, без рабочей одежды и — что самое возмутительное — трогала приборы!

— Эй! — воскликнула я. — Что вы тут делаете?

Стриженая голова повернулась в мою сторону.

— Добрый день, Нели. Я искала вас.

— В аквариуме?!

— Петергрэм говорил что вы любите поплескаться среди водорослей.

— Он так и сказал?

Шутка была одной из тех, которыми мы обменивались друг с другом. В исполнении Грэма она звучала привычно и забавно, а озвученная Евой вдруг стала обидной. Зачем он вообще передал её посторонней девице?

— Слово в слово, — с усмешкой подтвердила Ева.

— И вы поняли его буквально?

— Конечно, нет, но была заинтригована. Хотела посмотреть на вашу увлекательную работу.

— Как вы вошли сюда? — я сложила руки на груди, даже не подумав изображать радушную хозяйку.

— У меня специальный пропуск. — Она достала пластиковую карточку и гордо ею помахала. — Я выполняю поручения начальника службы безопасности, поэтому могу посещать закрытые этажи.

— И чужие лаборатории.

— Они тоже принадлежат "Наднебесью".

— Очень удобно.

— Я ещё не опробовала все возможности.

— А вы не стесняйтесь. Погуляйте тут как дома. Мы с коллегами обожаем, когда кто-нибудь со стороны вмешивается в наши опыты. Этакий стресс-тест.

— Правда? Буду знать, — она широко улыбнулась. — На самом деле я пришла с сообщением от Грэма. Он просил передать, чтобы вы не ждали его сегодня. Он вынужден срочно уехать.

Фамильярное "Грэм" резануло слух. Мирта оказалась права. Определённой степени близости мой партнёр и Ева достигли.

— Почему он сам не позвонил или не написал?

— Спросите у него, я только исполнитель.

— Если вы собирались передать мне сообщение, то должны были прийти в отдел, а не сюда.

— Я подумала, что сначала стоит зайти на этаж, который находится ниже.

— И, увидев закрытую дверь, решили, что я принимаю ванну из водорослей, поэтому воспользовались своим пропуском без разрешения? Ваша логика безупречна.

— Грэм тоже так считает.

Она совершенно точно издевалась надо мной. Раздражение, которое я испытывала, опасно приблизилось к критической отметке.

— Спасибо за сообщение, — отчеканила я. — В следующий раз, когда Грэм решит пообщаться со мной таким странным способом, потрудитесь умерить своё любопытство. Если, конечно, ваше второе образование не биологическое и Антаниэтта Торн не наняла вас в качестве секретного сотрудника нашего отдела. В ином случае держитесь подальше от этой лаборатории. Ваш чудо-пропуск не даёт вам права даже пальцем касаться приборов.

— Понимаю. Вы очень переживаете за свою работу, — она серьёзно покивала. — В последнем аквариуме по правой стороне, кажется, сломался температурный датчик. И надо бы уменьшить подачу кислорода на пол процента.

С этими словами Ева вышла за дверь, оставив меня с открытым ртом.

Как показал короткий осмотр, датчик и правда был неисправен, причём незваная гостья никак не могла его сломать, да и заметить неточности в измерениях с первого взгляда было непросто. Мысль о смене кислородного режима, которая возникла у нас с Ирвигом буквально сегодня, Ева вообще вытащила из моей головы.

Минут десять я бесцельно металась по лаборатории. Дурацкий разговор окончательно вывел меня из равновесия. Я не могла разобраться ни в своих мыслях, ни в эмоциях. Жаждала действия и не понимала, чего хочу. Чуть было не позвонила Петергрэму, но в итоге набрала номер Мирты.

— Окажешь услугу? Я решила, что мне может понадобиться та информация, которой ты предлагала поделиться.

— А ты быстро дозрела! — восхитилась Мирта.

— Так получилось. Я встретила Еву и повела себя не очень красиво. Хочу извиниться.

Объяснение вышло не слишком логичным, хотя я и правда сорвалась. Другое дело, что возмущения во мне было не меньше, чем вины.

— Поняла, сделаю — хихикнула Мирта.

Мне стало совсем паршиво. Чтобы извиниться перед Евой, достаточно было спуститься к кабинету Грэма. Следить за наглой девицей по-прежнему казалось дикой идеей и при этом я продолжала совершать шаги, которые вели к её реализации.

Электронной почтой Мирта пользоваться не стала. Ближе к вечеру пригласила меня выпить чашку карфы и продиктовала адрес лично, закончив предупреждением:

— О Еве мы с тобой не разговаривали, я ничего не делала.

Моим вторым шагом стал ещё более безрассудный поступок. Я осмелилась обратиться с просьбой к Аланстару.

Он снова позволил мне подняться в свою резиденцию, и там я, стоя в комнате с Ио, озвучила немыслимое:

— Пожалуйста, прикажи моим телохранителям оставить меня одну сегодня вечером.

— Хочешь, чтобы я отменил приказ Петергрэма? — уточнил Аланстар, впечатлённый таким поворотом.

— Больше никто не сможет это сделать.

— Ты ведь понимаешь, что меры безопасности были предприняты неспроста? Дашаргоэн в разгаре.

— По-твоему я забыла? Меня тоже учат сражаться. И не выпускают из виду, стоит мне оказаться вне Ледяного пика. Сопровождают повсюду. Я почти привыкла, но у меня есть личное дело. Бран мог меня прикрыть, а мои новые защитники наверняка доложат Грэму. Прошу, Алан, мне нужен один вечер в одиночестве.

— Если с тобой что-то случится, Грэм с меня шкуру спустит.

— Не преувеличивай.

— Ты ещё не видела его в гневе. Тебе бы не понравилось, можешь не сомневаться. Между прочим, владыки тоже бывают уязвимы.

— Алан, прошу! — взмолилась я. — Никогда не поверю, что Грэм поднимет на тебя руку.

— Мне ты тоже не безразлична. Я помогу тебе, но знай, что ты вынуждаешь волноваться и меня.

Тут можно было с чистой совестью остановиться и отказаться от нелепой авантюры. Я потупила взгляд и промолчала.

— Сделаю, что смогу, — вздохнул Алан.

— Спасибо!

Не скажу, что в эти минуты мыслила здраво. Кажется, я вообще потеряла всякую адекватность и рассудительность.

Никакого осмысленного плана у меня не было. По указанному Миртой адресу я отправилась около десяти вечера. Сама вызвала таксофлаер и впервые за долгое время уселась в него без телохранителей.

Ева жила в том же районе, где находилась моя служебная квартира, всё ещё мне принадлежавшая. Правда, в другом доме. Я уже посмотрела по карте, где он находится, но такси заказала до своего. Получалось, что прилетела я к себе, просто решила прогуляться. Отговорка была идиотской, но меня почему-то успокаивала.

По улице я шла не спеша, прикидывая, что буду делать. Заявлюсь домой к Еве? Устрою засаду у подъезда в надежде выследить неверного партнёра? Они вообще могли встречаться не здесь. Или Ева проводила время в компании того же Линардариаса. А может, Петергрэм отменил свои дела, вернулся в Ледяной пик и обнаружил моё отсутствие. Впрочем, тогда мой телефон разрывался бы от звонков.

Возле дома Евы я присела на скамейку, выбрав место с видом на нужный подъезд, но в достаточном отдалении. Постепенно в голове начал складываться план дальнейших действий.

Сделав столько дерзких шагов, отступать было обидно. Я подойду к двери и нажму кнопку звонка. Если Евы не окажется дома, расценю это как знак свыше. Больше никаких авантюр. При случае поговорю с ней в Ледяном пике.

Если Ева ответит, начну с того, что пришла извиниться и что замечание по поводу датчика в аквариуме меня впечатлило. Выведу её на откровенный разговор, ведь точно так же началась наша дружба с Трис. Просто в этот раз роли поменялись: в гости к секретарше Петергрэма пришла я. Не хватало только кекса или бутылки вина. последнюю можно было купить в ближайшем магазине. Почему нет? Появится повод упомянуть о Беатрисии, которая работала на месте Евы. Разговор завяжется, а там перейдём к личным темам. Лучше выяснить правду, какой бы они ни была, чем мучить себя непонятными подозрениями.