Безусловное искоренение (СИ) - Степанов Максим - Страница 13

— То есть все демоны прочли минимум два стиха?

— Ты точно контужен? Вроде соображаешь.

— А есть третий?

— Всего шесть стихов. Но больше двух редко, кто прочтёт. Слишком непомерный долг. Тяжело выплатить.

— Что ты должен за два стиха, Тахон?

— За первый стих почти у всех долг одинаковый — служение силам Ада.

— То есть, вы все солдаты Ада? Когда-то были людьми?

— Да. Демоны перерождаются исключительно из человеческих душ.

— Получается, что тоже им стану.

— Да. Когда твоё физическое тело из этого мира будет полностью умерщвлено.

— А за второй стих, что ты должен?

— Не знаю. Долг второго стиха мне неизвестен.

— Что даст тебе третий стих?

— Третий стих — стих крови. Этот стих требует возмездия для своих врагов. Четвёртый, пятый и шестой для меня закрыты. Пока не прочёл предыдущий стих, следующий останется в неведении.

Наш диалог прервал дикий рёв со стороны поднимающегося в небо пепелища.

— Эта тварь никак не сдохнет… — Тихо прошипел я.

— Башню на восемь часов! — Крикнул Сантьяго, стоя на танке.

Семьдесят двойка покорно развернула ствол в указанном направлении и застыла, в ожидании израненного гибрида.

— Прикрой уши, не хватало ещё одной контузии.

Из-за угла развалин показался монстр. Из места отсечения левой лапы бежала густая кровь, разливаясь реками прямо под хозяином. Несколько пулевых отверстий в морде гада тоже кровоточили. Тварь ослепла, Муся сделала своё дело и спасла мне жизнь. Похоже, что взрывом гранаты тварь ещё сильнее ранило. Передвигалась она медленно, переваливаясь с трёх лап. Броня почти вся разрушена. Тварь издаёт хрипы, из её рта сочится кровь и слизь. Каждая рана напичкана осколками от взрыва мины и гранаты. На ней почти не осталось живого места.

— Огонь! — Крикнул Сантьяго.

Меня обдало горячим воздухом от выстрела из танкового орудия, чуть не сбив шлем с головы. Снаряд попал точно по гибриду, разорвав его тело почти надвое. Инфернальные осколки прочно впились в его тело, прожигая тушу монстра.

— Готов, уродец. — Высунулся из башни довольный Камыш.

— Да. Сколько он наших положил. Сука. — Добавила Стерва.

— Надо переносить танк ближе к парковке за ТЦ и взрывать ебучий Монолит.

— Людвик сильно ранен, да и вместе с ним у нас всё равно нет шансов на перенос. Минимум четверо опытных демонов смогут перенести такой вес. Жаль, что Мизери сгинула.

— А если танк бросить? У нас осталось же немного взрывчатки? — Поинтересовалась Стерва.

— Вся взрывчатка осталась в рюкзаке у Дуба. — Сказал Сантьяго.

— А Дуба разорвало вместе со взрывом в ТЦ… — Коротко ответил я.

— Так вот почему так сильно рвануло… — Удивился Тахон.

— Сука. А РПГ? У нас же было порядка пяти РПГ и около десятка снарядов для него. — Продолжала Стерва.

— Ничего не осталось. Последние выстрелы для РПГ потратили на эту тушу. — Сказал Тахон. — Есть гранаты, но их тоже надо достаточно много, чтобы разрушить Монолит.

Всех пробрала тяжесть отчаяния, которая по кусочкам разрушает тебя изнутри. Мы прошли большой путь, потеряли близких, друзей, товарищей, стоим почти вплотную у цели, но… Как же так. Почему всё так происходит. Мы почти выполнили задачу, осталось совсем чуть-чуть. Надо что-то решать, иначе все жертвы были зря, все усилия сгинут в пучине нашего горького поражения. Где-то есть путь к победе, просто мы его не замечаем, носимся рядом, как слепые щенки в поисках еды. Надо подумать. Просто подумать. И сделать.

— Значит покатим все прямо на танке. Да, грохот будет стоять просто безумный, но не думаю, что мы сможем нашуметь ещё больше, чем сейчас. — Сказал Камыш.

— Ага, блядь. Умно. Только у танка гусеница сбита, как мы поедем на нём?

— Не обещаю, что сработает, но попробую. — Вызвался Сантьяго.

— Сможешь починить? В прошлой жизни был механиком танка? — Удивлённо спросил Тахон.

— Не. Я лишь преобразую сломанную вещь в инфернально — работающую. Как с аккумулятором сделал. Теперь он питает танк инфернальным электричеством.

— Пробуй. Надеемся на тебя.

Я собрался с силами и сквозь болезненные колющие ощущения по всему телу подполз к тяжело дышащему Людвику.

— Ну как ты, Люд?

— Это тело уже не пригодно для боя… Оно умирает. Помоги мне перенестись в другое.

— Ты так можешь?!

— Да. Второй стих.

— Люд, конечно. Что мне делать?

— Найди свежий труп. Сделай надрез в грудной клетке, и вытащи сердце и замени его моим чернильным. Дальше я сам справлюсь.

Людвик без труда сделал надрез в своей груди и стал копошиться там рукой. Мерзость. Вскоре он уже вынимал руку наружу, держа в ней чернильную массу, которая сочилась мазутной густой кровью.

Глава 10

Я не осмелился вскрыть труп Шныря. Совесть не позволила, хоть для неё и не было сейчас времени. Пришлось извиниться перед Маркером, снять броник и провести отвратительную процедуру.

— Прости, Маркер. Мне правда жаль, но это поможет нам победить.

Я вынул мёртвое сердце Маркера и аккуратно сложил его рядом с телом. Затем достал бьющееся чернильное сердце, измазавшись в мазутной массе по локоть, и вложил его в грудь трупа. Через несколько секунд раны на теле Маркера начали затягиваться сами по себе. Рана в груди зажила, кости с хрустом встали на место. Черепная коробка Маркера дёрнулась несколько раз, словно труп разминал шею. Мелкие царапины на теле мертвеца быстро покрывались коростой, которая тут же отпадала, оставляя чистую неповреждённую кожу. Глаза Маркера открылись и в них не было ничего, кроме глубокой тьмы.

— Люд?

— Да. Я. — Ответил Людвик голосом Маркера, что сильно сбивало с толку.

— Непривычно тебя видеть в этом теле и слышать этот голос. — Сказала Стерва.

Зверь бросился облизывать новое тело старого демона.

— Да-да. Я это. Сейчас немного подкорректирую голос.

Людвик пару рас смачно прокашлялся, выдыхая клубы пепла, и размял залежавшиеся конечности.

— Так-то лучше. — Сказал он своим привычным голосом. — Это тело даже посильнее прежнего. Тот мертвец был уж слишком щуплым.

Тело Маркера действительно было более массивным и крупным. Чему удивляться, Маркер служил в армии с девятнадцати лет по сей день, всегда был спортивным и подготовленным. Жаль, что его же страсть стала причиной гибели.

— Людвик, рад твоему возвращению. Я уж думал, что ты нас оставишь и отправишься на покой «вниз». — С долей сарказма заявил Тахон.

— Нет уж. Я ещё тут побуду. Приказа «Сгинуть» не было.

Тахон молча протянул руку и помог Людвику подняться на ноги.

— Эй, кажется получается! — Крикнул Сантьяго, стоя около танка.

— И ты очень во время. У нас гости! — Крикнул Камыш из башни. — На десять часов от корпуса танка. Я в тепловизоре вижу пехоту врага. Порядка сорока воинов в сопровождении десятка пернатых!

— Пернатые танк не разрубят?

— Неа. На нём тройные демонические письмена. Выдержит очень многое, но не стоит испытывать.

— Готово! Грузимся! — Крикнул Сантьяго. — Я вместо мехвода, успел немного разобраться.

Тела наших павших товарищей и бывший сосуд Людвика были преданы инфернального огню. Сантьяго сидел на месте мехвода, Камыш на месте наводчика — оператора. В башне оставалось ещё место командира и его занял Тахон. Людвик с винтовкой устроился на броне, а я сел за пулемёт «Корд» на башне. Страшная штука для пехоты. Людвик зачаровал весь БК на инфернальные снаряды. 12,7 мм. сделает своё дело. Стерва не смогла бросить Зверя и заявила, что будет передвигаться исключительно на нём. Времени она даром не теряла. С уцелевших участков других подбитых танков она сняла куски динамической брони и вживила их в тело Зверя, делая его похожим на танк. На плечах адской твари расположилось два пулемёта РПК с закреплённым огромным ящиком боекомплекта. Морда Зверя была буквально полностью закрыта защитной маской, сделанной на скорую руку. По примеру защиты гибрида, Зверь представлял теперь бронированную смертельную единицу нашего отряда. Три человека и три демона — всё, что осталось от нашей роты.