Сердце дракона — принцессе игрушка (СИ) - Ясина Зоя - Страница 54

— Ого… — прошептала я. — Но если это моя судьба, значит… надо прощаться.

— Ты на это согласна? — спросил Кысь, внезапно подойдя совсем близко. На удивление я перенесла эту близость довольно легко.

— Согласна, — ответила я. — Мне лишь жаль, что у меня нет ещё одной жизни. А если бы была, — я сделала паузу, всматриваясь в любимое лицо и решилась вернуть Кысю его же слова. — Будь у меня другая жизнь и другая судьба, я бы, не раздумывая, провела их с тобой.

— А я даже поцеловать тебя не могу, — улыбнулся Кысь, едва касаясь пальцами моих щек.

— Я тебя за это прощаю, — рассмеялась я. — Я буду любить тебя всегда, сколько бы жизней не прошла моя душа, сколько бы раз не родилась, в какой бы мир не попала — всегда.

— Осторожно, Ай, — Кысь прикрыл глаза. — Ты даёшь клятву, которая будет высечена у тебя в душе.

— Я этого хочу, — кивнула я. — И ещё… Если я умру, не храни мне верность. Женись, пусть у тебя будут дети. И если вдруг родится девочка — назови её Амелией — в честь моей погибшей мамы. Я бы хотела так сделать — добавила я, покусывая губы, — но сама, видимо, уже не смогу.

— Ай… знаешь, мы с тобой — это судьба, — Кысь нахмурился.

— Ведьма и дракон, которым нужно спасти мир? — рассмеялась я. — Я только надеюсь, что я подойду. Ведь во мне только половина от той, нужной, настоящей ведьмы. Я же её дочь, а не она сама…

— Мы ведьма и дракон, это да, но это не всё, — Кысь показал свою руку.  — Ещё мы с тобой охотник и ведьма, которых сила соединила на обряде во время отбора.

— Ну это же пустяки по сравнению с нашей проблемой, да? — я обвела взглядом подбирающийся всё ближе туман.

— Как знать, — загадочно усмехнулся Кысь, вглядываясь в клубы серого тумана. — Нам пора начинать, Ай. И знай, что бы не случилось — прости меня.

— Прощаю тебя навсегда, что бы ты не совершил! — прокричала я, потому что с Кысем что-то начало происходить.

— Мало времени, Ай, не бойся! — Кысь протянул мне руку. — Я, Кирас, сын Лема, прошу тебя, ведьма Айана из рода Райсанов, обменяться со мной силой.

— О чём ты говоришь? — не поняла я, хватая его за руку. По телу тут же разлился нестерпимый жар.

— Мы Дракон и Лунное дитя, но ещё и Охотник и Ведьма, помнишь?

— Я знаю, что должна умереть, Кысь! — прокричала я ему в лицо. — Всё хорошо! Сделай что нужно!

— Тогда я забираю твою силу, Ай! — и он ощутимо потянул что-то из меня.

— Как это забираешь!? — завопила я, пытаясь забрать свою руку. — Ты должен отдать а не забрать!

— Я забираю, — повторил Кысь, пристально смотря мне в глаза. — Мы много времени провели вместе, спали рядом и смотрели общие сны. Эта дорожка силы от меня к тебе и обратно уже протоптана, Ай. Наши нити судьбы не только в том, что уготовано пророчеством. Я могу забрать твою силу и сжечь туман вместо тебя.

— Нет! — прокричала я, вырываясь.

— Так сделал отец. Но он был один, и у него не хватило сил. Драконы умеют обращаться с огнем, Ай. Не из-за чего переживать!

Кирас всё больше разгорался пламенем. Я тоже начала пылать, но всё неважно. Боль такая, что невозможно представить, что кто-то из нас выживет, но… Кысь-дракон вытягивает из меня мои силы!

— Ай, твоя сила сейчас тёмная. Именно поэтому тебе подчиняются все тёмные твари. И я возьму в себя столько зла, что, наверное, навсегда очерню свою душу.

— Я не понимаю тебя! — кричала я, стараясь пересилить ужас и боль.

— Я умру в этом мире, умру для тебя. Но моя душа отправится в водоворот, и… она будет чёрной. Я не знаю, кем перерожусь, может — тёмным магом. Такая сила не может исчезнуть без остатка.

— Я уже простила тебя и могу повторить ещё раз: кем бы ты ни был, кем бы ни родился — я буду ждать тебя в следующих жизнях!

Возникший вокруг нас вихрь трепал мои волосы, моё белое платье. Огни чистого, искристого пламени смешались с чёрной мглой. Мне важно успеть договорить. Я хочу успеть сказать.

— Я буду любить тебя всегда! И я прощаю тебя навсегда! Что бы ты не натворил, Кысь, потому что сейчас ты спасаешь весь мир!

— Ты меня не вспомнишь, — отвечает мне голос из мрака. Я хочу увидеть любимого ещё раз и вглядываюсь в эту полыхающую черноту.

— Ты не будешь помнить меня, а я не вспомню тебя, — продолжает Кысь, — но я был счастлив.

— Не важно, что мы друг друга не вспомним! — я собралась с силами, бросаясь в чёрное. — Влюбимся друг в друга заново. Наши души будут знать, что принадлежат друг другу.

— Всё-таки клятва длиной в вечность, Ай? — Кысь показался из круговерти тьмы. Алое пламя сияло в его волосах, глазах, бегало язычками огня по коже.

— Клятва длиной в вечность, Кирас, — подтвердила я. — Я даю клятву.

— И я даю тебе клятву, дочь Райсанов, — в последний раз улыбнулся мне Кысь. — А теперь, Ай, пора сжечь здесь всё.

Тьма шипела, скалилась, принимала причудливые формы, вставала горбами, ходила волнами, била и хлестала, разрывая бытие на части. Я держала внутри себя нить своей жизни, чувствуя её пульсацию. Хотелось жить. Теперь у меня есть осознанная цель — выжить, стать Королевой, помочь своему народу выбраться из тьмы, восстановить королевства из пепелища.

— Слишком много силы, Ай. Нужно куда-то направить излишки. Иначе мы сожжем всех.

— Я не знаю, что делать, Кысь! — кричала я в черноту, чувствуя, что любимый рядом.

— Ваши маги хотели установить магические барьеры. Не то чтобы мне нравилась эта идея…

— Зачем они? — не унималась я.

— Мы сможем сжечь всё, но живому придётся где-то спрятаться. Пока барьеры могут послужить этой цели.

— И как нам их организовать?

— В виде куполов. Сможешь?

— Прямо сейчас?

Мы говорили мысленно, кричать больше не получалось. Но я слышала Кыся прекрасно, я даже не всегда могла различить, где его голос, где мой.

— Я попробую.

— Отправь с Ванкой сообщения для своих магов. Пусть сделают то, что хотят. Силы будет очень много — хоть застройся.

— А тебе хватит, чтобы сжечь туман?

— Хватит с лихвой. И ещё, Ай.

— Что?

— Ты больше не будешь сильной ведьмой. Я заберу почти всё. Нужно выкурить споры зла, спрятать живое за куполами, выжечь темноту без остатка. И защитить саму тебя тоже. Мне будут нужны силы на кокон для тебя.

“Так я могу умереть с любимым?”

— Кысь!

— Даже не думай!

— Но я хочу!

— А я не позволю. Ты должна жить.

А потом я видела только яростную игру пламени и взмах огромных чёрных крыльев. Слышала хлопок от направленного мощного взрыва. Я, заточённая в магический защитный кокон и закручивающиеся вокруг спирали силы, расходящиеся волнами. Мир вспыхнул, содрогнулся и замер. И я умерла. Какая-то часть моей души точно. Я ощутила страшную тоску, как-будто в моей душе появилась зияющая чёрная дыра. Умер мой любимый. Исчез из этого мира. Мне осталось верить в множественность миров и в то, что в какой-то из них направилась пламенная душа. Но здесь, со мной, Кыся больше нет.

Такой боли я не чувствовала никогда. И, вероятно, никогда больше не почувствую. Мир догорал, и вместе с ним догорала я. Когда пепел начал оседать и я смогла осмотреться — я увидела их — магические силовые барьеры. Он горели чёрным и золотым, разделяя земли, накрывая их как колпаком сверху. За ними прятались выжившие народы. И какая-то часть магии тоже. Через какое-то время я перестала видеть барьеры, только смутно ощущала их наличие. Кирас был прав — понадобились все наши силы. Я больше не могущественная ведьма. Придётся наращивать былую мощь по крупицам. А мой любимый мёртв.

Эпилог

Королевства в буквальном смысле пришлось восстанавливать из пепла. На это ушёл ни один долгий год. Я стала Королевой, вышла замуж и родила сына. А потом ещё одного сына. Как назло, дочерей у меня не выходило, и я, будучи вполне молодой и в полном здравии, уже на всякий случай заранее завещала сыновьям назвать их будущих дочерей Амелиями, в честь прабабушки.

Я часто думаю о Кысе, вспоминаю время, проведенное вместе. Мне это далось нелегко, с большим трудом — ведь в вопросах магии я стала практически слепым котёнком, но я лично пошла в поход, прихватив обоих своих сыновей, как они немного подросли, и нашла всё-таки деревню Кыся.