Волчья ягода (СИ) - Юрай Наталья - Страница 53

— Тогда на пальцах…

— Ну, пойду я. — Егор потерся губами о мою шею. — Завтра на работу утром. Я теперь безлошадный, на автобусе поеду.

— Тимур с Серёжкой без тебя не справятся?

— Тачки мне пригоняют, а не им. Они помощники, а я главный. Босс! Потеряю бизнес, кто тебя кормить-то будет?

— М-м-м… не хочу, чтобы ты уходил!

Егор подхватил мою ладонь и покрутил тонкое обручальное кольцо вокруг пальца:

— Знаю. Нужно только немного потерпеть. Всё у нас будет еще, Женька. И свадьба настоящая, и свой дом.

— Люблю тебя, — я обняла мужа и крепко прижалась к широкой груди. — Завтра приедешь?

И тут Егор напрягся. Неуловимое натяжение его нервов и мышц я почувствовала кожей. И ответил он с едва заметной задержкой:

— Не знаю, как работа пойдёт. Ты, если что, во все тяжкие без меня не пускайся. А то пойдешь с горя по клубам!

— На коляске? Дурак!

— Сама такая! — Егор ловко увернулся от моей ладони. — Без году неделя замужем, а уже законного супруга молотит! Люди добрые, посмотрит, что делается! — он неожиданно жадно поцеловал меня. — До свидания!

— До свидания, любимый!

Через пару минут в комнату заглянул отец:

— Шашки?

— Яду!

— Вредничаешь?

— Капризничаю.

— Тебя никто замуж не выталкивал, сами бегом-бегом все решили, коньяком меня подкупили, а я что? Я от хорошего коньяка никогда не откажусь.

— Просватал дочь за бутылку?!

— Думаешь, мало взял? — отец засмеялся, когда Эля потянула его сзади за футболку. — Ну вот, сейчас нотации читать будут.

— Не будут! — мачеха была совершенно серьёзна. — Будут кормить брокколи и куриной грудкой.

— Тогда мне тоже яду! — захохотал родитель, заражая нас обеих.

Вечер закончился за семейным столом под нескончаемые папкины анекдоты. И всё же неясная тревога не давала мне расслабиться до конца. Уже в комнате я набрала номер Егора, и противный механический голос автоответчика заставил глубоко задуматься. Почему мой законный супруг не хочет разговаривать по телефону?

Меченый уверенно вел нас к подземелью. Не знаю, как волк догадался, куда и зачем мы идём, но был он собран и на кустики не отвлекался. Золик на прощание велел быть осторожными и обещал сделать всё, чтобы Марья, она же Яга, как можно дольше оставалась вне происходящего.

— Чёрный ворон, что ты вьёсссииии? — чуть задыхаясь, на ходу напевал Мстислав, а я едва поспевала за зверем и человеком, норовя попасть под лапы целой стаи, шумно дышащей за спиной.

Пришлось врать Волче, что в деревне ребенку нужна помощь, но был ли то Волче… Я откинула лишние мысли и заскулила:

— Ты добыыыычиии не дождёёссиии.

Один из волков остановился и, задрав вверх морду, протяжно завыл. Через пару секунд в чаще прозвучал ответный вой.

— Нельзя с тобой в разведку, Женька! Все явки спалила.

— Какие явки? — темнеющий вечерний лес пугал все сильнее, но присутствие волков успокаивало. Всё ж таки хорошо, когда на твоей стороне дюжина страшных челюстей.

— Это ведь не будет убийством, да? — дернула я Мстислава за рукав. — Если это только сосуд?

— Прекрати! — резко остановился подельник. — Ты чего добиваешься? Думаешь, я каждый день…

— Прости, Слав. Страшно немного.

— Страшно ей! — мужчина снова размашисто зашагал вперед. — Кашу заварила, а теперь в кусты? Нет уж, ягода так ягода, спасать Марью так спасать Марью. Баста!

На неузнаваемой в сгущающихся сумерках поляне Меченый остановился, Мстислав тут же достал огниво и трут и принялся поджигать факел. Металлическое кольцо нащупала быстро, оставалось поднять крышку, но тут я целиком положилась на Славкину смекалку: волков он пригнал не зря. Веревка, связанная так, чтобы образовались несколько петель, будет надета на зверей, и они помогут открыть подземелье. Я не верила в успех этой авантюры, но, когда дверь с гулким грохотом откинулась назад, уважительно покачала головой:

— Обалдеть! Слава, ты гений!

Пока мы шли по подземелью, освещая себе дорогу, Мстислав молчал. Да и что скажешь, если шагаешь словно по долине мертвецов — бледные лица пугали до одури. Вот и угол, поворот, еле заметное свечение — Колючкин на посту.

— Вот она! — голос прозвучал тихо, но эхом пронёсся по катакомбам ведьминого хранилища.

— *** **** — сочно, но вполголоса выматерился ошарашенный Мстислав. — Как живая! Она же шевелится, Жень!?

— Теперь ты понимаешь? Нам нужно ее вытащить отсюда, перед тем как... Вытащить нужно.

— Зачем? — нерешительно спросил Славка.

— Ну… нельзя же ее просто взять и бросить. Похоронить как-то что ли.

— Так, давай без соплей сейчас. Просто берем ее и несем наверх. Держи факел!

Тени заплясали по стенам — руки мои тряслись так сильно, как будто жили свей жизнью. У ног закопошился Колючкин.

— Иди, дружок! Выходи наружу. Кончилась твоя вахта.

Ежик послушно засеменил в сторону выхода. Понятливые звери здесь всё-таки.

— Шагай! — глухо приказал Мстислав, взявший псевдо-Марью на руки. — Тяжела богатырка, дотащить бы.

Я развернулась, выставив перед собой факел, прошла несколько метров и замерла:

— Слав, что это за звук?

В 23.10 раздался звонок. Я отложила книгу и взглянула на экран сотового. Тимур.

— Жень, прости, что разбудил, Егора дай.

— Нет Егора. Уехал же домой на автобусе.

— Когда?

— Примерно в половине девятого. А что? Не доехал что ли?

Собеседник молчал.

— Тимур, не пугай! Мне одного раза выше крыши хватило.

— Он, наверное, у Михи заночевал, а я в мастерскую сунулся — нету. Вот я дурак! Прости, Жень. Спокойной ночи!

Тимур отключился, а я, чувствуя нехорошее, открыла поисковик и вбила в пустую строку график отъезда автобусов до Кленового стана. Последний в 19:00. Телефон выскользнул из рук. Что происходит?

Мишка не отвечал, и я готова была звонить в полицию, пока не соображая, что скажу. Гошка! Он наверняка зависает в своей бродилке и точно онлайн. Нажала на белый самолётик мессенджера:

— Не спишь?

— Привет! Чё?

— Михай дома?

— Свалил.

— В город уехал?

— Фиг знает. Тачку забрал.

Пальцы зависли над виртуальной клавиатурой.

— Георгий, сейчас мне очень важно, чтобы ты ответил честно.

— Ну

— Они что-то собирались делать? Что-то опасное? Что-то, связанное с Мстиславом? — спрашивала я наугад, и подсознание мое на каждый вопрос утвердительно кивало.

— Гоша?

— Славку этого оправдали, у него родня крутая, а его адвокат тебе иск вкатить хочет…

«Гоша печатает» — синими буквами высвечивалось в диалоговом окне.

— Иск?

— Типа ты виновница аварии, и его чуть не убила. Ожоги там, типа раны. Ты его реально отмутузила что ли? И да, типа мать его от этого померла. От стресса. Моральный ущерб кароч. Миха велел не говорить. Не сдавай.

— Не сдам.

— ОК. А что случилось та?

— Случилось-то. — машинально поправила я. — Ничего, Гош. Спи.

— ОК!

Волки отчаянно защищались, даже не думая убегать и бросать вожака. Пронзительный визг смешивался с человеческими гневными выкриками и руганью. В свете нескольких факелов, что держали в руках верховые, дружинники Ивана рубили преданных Славке зверей.

Почти у самого входа в подземелье, фонтанируя вырывающейся из перерубленной шеи кровью, лежал Меченый.

— А вот и кликуша! — Иван с багровыми потекам на лице и одежде стоял над моим мертвым проводником и охранником и улыбался. — Что, стервь полевая, жёнку мою извести захотела?

Обернулась. Мстислав застыл с Марьей на руках, и я бы не хотела сейчас быть противником этого мужчины, ошалело оглядывающего умирающих четвероногих товарищей. Вот купец нагнулся, опустил тело на землю, потянулся за мечом, висящем на боку.

— Это ты чего вздумал, купчишка мелкотный? На князя руку поднимаешь? — Иван вставал наизготовку, готовясь встретить нападение.