Одна особенность Тони Адамс (СИ) - Рей Одетт - Страница 18

И тут ему на грудь прыгнула тощая серая собака. Слуга снова был распластан по земле. Собака раскрыла в оскале свою пасть, будто только и ждала этого момента. А затем… Я сама не понимаю, что случилось. Тело слуги будто размягчилось и стало затягиваться в собачью пасть. Словно она поглощала слугу.

Я не могла оторвать взгляда от происходящего. Мое сердце будто проткнули сотни ножей. И продолжали протыкать. Видеть мертвых людей страшно. Еще страшнее видеть, как у них отнимают жизнь. Их ужас, страхи, боль и сожаления о не сделанном я чувствовала внутри себя.

Видеть чужие страдания было так невыносимо, что я даже забыла о том, что такая же участь ждет и меня.

Кто-то распахнул дверь кареты с такой силой, что она слетела с петель и упала на землю. На улице стоял мужчина. Его пшеничные волосы частично скрывали страшные шрамы на лице. Губы мужчины были изогнуты в зверской улыбке.

Страх приковал меня к сиденью. Я не могла пошевелиться. Или даже вздохнуть. Но не моя скромная персона интересовала мужчину. Он был настолько сосредоточен на Принце, что, казалось, вообще меня не замечал.

— Вот мы и встретились, — зловеще произнес мужчина и ударил Принца в лицо с такой силой, что тот потерял сознание. Затем он, схватив Принца за пиджак, вытащил его из кареты.

Тут волна страха ненадолго ушла. Я же в конце концов студентка академии Викарнаут. Хотя в этот самый момент я очень жалела, что была не слишком прилежной ученицей.

Я выскочила из кареты и направилась прямо за мужчиной. Он здесь был не один. Было пять разбойников, они стояли и смеялись, будто все, что они натворили было просто шуткой.

Такой ярости я не чувствовала еще никогда. Именно она придала мне сил и уверенности. Я догнала мужчину, который теперь тащил обмякшее тело парня за ворот пиджака прямо по земле.

Я набросилась на мужчину, толкнула его со всей силой, на которую была способна. И… ничего. Он даже не пошатнулся.

И тут пришло осознание.

Он и другие разбойники не видели, не слышали и не чувствовали меня. Вот, что делал Принц вместо того, чтобы защищать себя. Он спасал меня!

Казалось, только зловещая собака чувствовала меня. Потому что настороженно смотрела черными, как бездна, глазами в мою сторону.

Один из разбойников подошел к собаке и погладил ее по загривку. И я изумилась тому, с какой нежностью он относился к этому чудовищу, пока рядом лежал труп лакея и где-то внутри собаки находился слуга Принца.

— Ты молодец, Баки, — произнес он хриплым голосом. — Нам пора домой.

Разбойники погрузили тело Принца на телегу, посадили собаку, взобрались на нее сами и уехали.

А я смотрела им вслед, чувствую, как весь ужас сегодняшнего дня накатывает на меня. Сердце стало биться чаще, ноги подкосились, и я упала на землю, провалившись в темноту.

Глава 25

Я очнулась от мерзкого скрипа. Кто-то рядом со мной вертелся на железной кровати. Открыла глаза и не узнала место, где нахожусь. Наверное, это какой-то госпиталь. Здесь в несколько рядов стояли кровати. На некоторых из них лежали люди. Они были неопрятными и измученными. Но я кожей чувствовала исходящую от них опасность.

Через некоторое время в помещение заглянула женщина в сером платье, которое закрывало щиколотки. Ее мышиного цвета волосы почти полностью были спрятаны под чепчиком. На лице женщины залегли глубокие морщины, хотя не думаю. Что она была очень стара, потому что двигалась достаточно резво. Бледные глаза сурово оглядывали присутствовавших в лазарете. В общем-то, ее лицо было неприметным. Если не обращать внимания на огромный крючковатый нос.

Увидев, что я не сплю, женщина вышла из помещения и позвала двух магов. Они были красивыми и крепко сложенными. Их синие кафтаны выделялись на фоне бесцветного помещения и такой же бесцветной женщины с длинным носом.

То, что происходило со мной дальше я помню смутно. Лишь отчетливое и постоянное ощущение страха, которое преследовало меня следующие несколько дней. Люди в синих кафтанах оказались магическими следователями.

Оказалось, меня нашел какой-то мужчина, после того как Принца похитили, и его магия растворилась. Я была без сознания и попала в госпиталь.

Следователи сменяли один другого и задавали лишь несколько вопросов. Где Принц? Кто на нас напал? Как я подстроила нападение? Они не понимали, как из всех оказавшихся в том месте, уцелела лишь я. Еще хуже стало, когда в моих вещах нашли баночку, которую я использовала для кражи магии. Меня стали подозревать в том, что я украла магию у Принца и поэтому он не смог себя защитить.

Нескончаемые допросы поселили в моей душе такое сильное чувство вины, что мне не хотелось ни есть, ни спать. Хотелось просто лежать и смотреть в потолок.

Через несколько дней меня в конце концов перестали подозревать в сговоре и отправили в академию. Но и там все оказалось не лучше. Меня вновь отправили на заседание совета академии. Казалось, моя жизнь превратилась в бесконечный пересказ истории о том, как Принц спас меня ценой своей жизни. Но как только я пыталась рассказать о собаках со странными, черными, как бездна, глазами, все настороженно переглядывались. И снова меня не исключили из академии. Хотя я уже была к этому готова.

Даже сама академия погрузилась в печаль. О потере Принца горевали все. Никто даже не знал, остался ли он в живых, потому что за него никто не попросил выкуп. И не сообщил ничего о его судьбе.

Меня же все не просто сторонились. Смотрели с ненавистью, переговаривались. Пытались всячески задеть. Особенно Дарина, которая не упускала момента, чтобы усложнить мою жизнь. Она портила мои книги, проливала на меня кофе, просто толкала, когда я проходила мимо.

— Может уже прекратишь? — не выдержала я в один из дней.

— А то что? — ее карие глаза злобно сверкнули. Она шла прямо на меня, от чего мне приходилось пятиться назад: — Что ты мне сделаешь? Принца нет. Никто тебя не спасет. Ты всего лишь мерзкое существо, которое природа даже магией не наградила. Поэтому, я буду делать с тобой все, что пожелаю.

Она выплевывала каждое слов с такой ненавистью, что волосы вставали дыбом. Держу пари, Дарина не переживала по поводу пропажи Принца. Просто ей была невыносима мысль о том, что сначала я побывала у него дома, а потом он еще и защитил своей магией. Конечно же, эта выскочка просто жаждала оказаться на моем месте.

И в этом наши желания совпадали. Я тоже хотела, чтобы ее, вместо меня, все сторонились и ненавидели в академии. Чтобы она приходила и каждый вечер плакала в подушку, сжираемая чувством вины. Чтобы ее не осуждал лишь только фамильяр.

Дэрелл был рад меня видеть, когда я забрала его из питомника. Все эти дни ворон не высказал ни одного язвительного замечания в мою сторону. В основном, молчала наблюдал за тем, как я плачу. И пытался потереться о мое плечо клювом, хотя выходило это неуклюже.

Итан, если быть совсем честной, тоже был рядом. Он действительно верил моим словам и не думал, что я хоть как-то причастна к нападению на Принца. Но в академии с ним я старалась не встречаться. Не хотела, чтобы к нему относились также, как и ко мне. Хотя несколько раз он помог мне собрать книги, вытереть испачканную одежду, когда «благородные» студенты академии пытались надо мной поиздеваться.

А еще парень заглядывал ко мне по вечерам и помогал разобраться с домашним заданием. Как ни странно, после нападения на Принца, я стала прилежнее учиться. Точнее пытаться это делать. Потому что это помогало отвлечься от мыслей о событиях, происходящих со мной в последние дни. И не думать о родителях, которые наверняка узнали обо всем и теперь сильно переживали. Но, ни отправить письмо, ни встретиться с ними, чтобы успокоить, я не могла.

И каждую ночь я ложилась спать с надеждой, что завтра станет легче.

Глава 26

Темнота была густой и непроглядной. Где-то вдали слышались приглушенные крики. В них были лишь боль и всепоглощающий ужас. Эти крики разрывали изнутри, выворачивали наружу. Заставляли сердце разбиваться на миллионы осколков. И тут я увидела глаза, которые были чернее этой самой темноты, которая меня окружала. Собака разинула свою пасть, она втягивала в себя мою душу и тело. И все, что мне оставалось — кричать…