Наследница долины орлов (СИ) - Скрипка Ирина - Страница 46

В целом, столичная мода разнообразна, пестра и даже легкомысленна, поэтому сейчас никто не удивился, что один из кавалеров в беседке маркизы появился в широком ярко-розовом галстуке, другой — в зеленом, расшитом райскими птицами.

Лесса мысленно фыркнула, но скромно опустила глаза, почувствовав заинтересованный взгляд одного из них.

— Бернар, — Лессе протянули руку. Она нехотя, но все же подала свою. Взгляд молодого человека был малоприятен. Его губы даже не улыбнулись, а расползлись в ухмылке. И тут раздался голос из-за его спины.

— Второй. Согласно дворцовому статусному списку ты обязан представляться лорд Бернар Отридж Второй.

Бернар, не оборачиваясь, чуть скривился. Выпрямился. Его глаза неприятно сверкнули.

— А чем ты можешь похвастаться, мой друг виор? Согласно дворцовому статусному списку тебе есть чем гордиться?

— Ну вот, опять. Два бычка на одной полянке. Сейчас же усаживайтесь за стол, — заворчала старая Флора. Друзья засмеялись и, как ни в чем не бывало, сели за стол, чувствуя себя совершенно свободно. Лесса поняла, что эти два молодых человека частые гости в особняке. Еще ее удивила одна деталь. Друг этого лорда — простой виор, то есть, дворянин незнатного происхождения.

— Флора, милая, почему вы прятали от нас такую чудесную леди? — Вопрос прозвучал фамильярно. Лесса выпрямила спину и с легкой неприязнью посмотрела на наглеца.

— Остынь, Бернар, это яблочко не для тебя. Слышал? Второй раз говорить не буду.

Илоиза и Гвенда тихонько прыснули. Их глаза стреляли по молодым людям, точно остро заточенные стилеты, особенно по лорду. Но тот действительно остыл — как и приказала маркиза. Его лицо стало равнодушным, а в глазах появились странные льдинки.

Во время беседы за столом, девушка несколько раз случайно ловила на себе его взгляд. Что-то в этом взгляде было пугающее. И она вспомнила… виконта Салари. Тот смотрел на нее так же жестко, с похотливыми намеками, подавляя ее, одними глазами обещая что-то темное и гадкое.

Сравнение с женихом окончательно отвернуло девушку от нового знакомого. Она не поворачивала в его сторону голову, а через полчаса встала из-за стола, напомнив маркизе, что сегодня — музыкальный вечер и ей важно еще раз посмотреть программу. Когда она спускалась по ступеням беседки, то услышала за спиной голос молодого лорда:

— Обожаю таланты, особенно такие… неприступные.

Вечером начали съезжаться гости. Лесса для выступления переоделась в строгое темное платье: однажды, в Верстене, они с матерью и младшим братом присутствовали на концерте знаменитой пианистки Лоры Антейской, и девушке запомнился ее образ — строгое темное платье и сдержанная манера исполнения. Главное — музыка, а не пестрые рюши и бантики.

Лесса несколько раз в волнении выглянула в окно. Кареты подъезжали и подъезжали. Элегантные, с позолотой, с помпезным лаковым покрытием, гербами… Девушка почувствовала, как мелко задрожали пальцы. Да, она волновалась, но и с трепетом ожидала концерта. Она — артистка, она готова к выступлению, и чтобы не случилось, Лесса Венерди выложится до конца, до последней ноты.

Через несколько минут Лесса спустилась вниз, в большую гостиную. Слуги уже подготовили зал для выступления. У дальней стены стоял королевский фортепьяни — модерновый инструмент с чудесным мягким звучанием, способный к великолепным пассажам, недоступным обычному клавесину.

Лесса впервые видела такой инструмент и за неделю хорошо изучила его. Она подошла, раскрыла ноты, поставила их на пюпитр. Кроме нее, ожидалось выступление молодой оперной певицы, обласканной при дворе.

— Ах, Лесса, — услышала она за спиной. Девушка обернулась и в восторге замерла. Стоило вспомнить оперную диву, и она предстала во всей красе.

Ее платье цвета кораллов блестело дорогими перламутровыми пайетками. На груди сверкало бриллиантовое колье. Черные волосы волнами спадали на спину, а диадема с большим рубином придавала ей сходство с древней жрицей.

— Мелисса, вы такая… — ошарашено промолвила Лесса и всплеснула руками. Прима театра критично оглядела девушку.

— Дорогой велезский шелк, но слишком строгий фасон. Кто тебе шил платье?

Лесса помялась, сомневаясь, стоит ли признаваться и говорить правду. Не сочтет ли Мелисса ее образ Лоры Антейской зазнайством.

— Это подарок маркизы, — ответила она, утаив, что строгий фасон выбрала она сама. Хотя, дорогую ткань ей действительно подарила Флора.

Через полчаса концерт начался. В большой гостиной витали запахи самых дорогих духов, какие только возможно найти в королевстве, и даже на континенте. Блеск магических огоньков в огромной люстре соревновался с украшеними приглашенных дам. Каждая из них имела своей целью покорить воображение соперниц — нарядом, или ожерельем… Да что там, хоть бы и веером или бархатной сумочкой с вышивкой из мелких алмазов. Лишь бы блеснуть звездочкой в стенах особняка любимой тетушки короля.

Лесса начала выступление с ноктюрна мэтра Шавеля. Ее пальцы бегло пробежали по клавишам, и зал наполнился тревожной, с нотками волнения, музыкой.

Слушатели замерли. Дамы томно прикрыли глаза, знатные вельможи наоборот, обратили свои взоры на неизвестную им пианистку, с прекрасной осанкой и четким профилем.

После ноктюрна вышла Мелисса. Она исполнила две оперные арии под аккомпанемент Лессы. Потом они спели дуэтом…

Публика была доброжелательна и щедра на аплодисменты, концерт длился больше двух часов, и никто не хотел расходиться, пока почтенная Флора не пригласила всех к столу на легкий поздний ужин.

Лесса, выйдя из гостиной, едва отдышалась. Публика благожелательно приняла ее. Ей аплодировали, даже пару раз кто-то выкрикнул «браво». Девушка засмеялась и пробежала по коридору, а оттуда спустилась в сад. Ей уже не хотелось сидеть за огромным столом и смотреть на чопорные лица. Пусть в ее памяти этот вечер останется как чудо, полное радостного волнения.

Она прошлась по дорожке и присела на скамью. Вскинула голову — в ветвях пела ночная птаха, и Лесса, передразнивая ее, тихонько свистнула.

— Как же хорошо, — засмеялась она и откинулась на спинку скамьи. Из открытых окон парадной столовой, где расположились гости, доносился смех. Особенно, был слышен бас графа Понжика — большого друга маркизы. Этот человек был большим во всех смыслах — и ростом, и удалью, и большими усами, и крепкими пудовыми кулаками.

Лесса подумала, что, возможно, маркиза устала, оставив вместо себя Понжика.

— Нехорошо, — сказала она тихо. Если маркиза отправилась к себе в спальню, то ей, как компаньонке, полагается быть с ней. Почитать на ночь, или обсудить концерт, выслушать мнение маркизы по-поводу гостей. Одним словом, нужно идти. Лесса вздохнула и… услышала за спиной шорох. Птица на ветке сбилась с трели, тревожно свистнула и шустро упорхнула.

— Кто здесь? — Девушка вскочила на ноги.

— Всего лишь я, — позади скамьи стоял лорд Бернар Второй. — Ты скучаешь? Одна, в темном саду. Или я ошибся, и ты кого-то ждешь? — Молодой человек живо обошел скамью и неприлично близко подошел к Лессе.

— Я тороплюсь, лорд Бернар, — девушка удивилась — как же она не услышала шаги.

— Куда?

— Уже поздно, меня ждет маркиза. Спокойной ночи, лорд.

— Бернар, просто Бернар, детка. Ты дрожишь? Замерзла? — Лорд притянул девушку к себе.

— Меня ждут, — Лесса решительно отпрянула от мужчины, но он вдруг жестко схватил ее за плечи, не давая возможности вырваться.

— Я ждал тебя весь вечер, не вырывайся. В конце концов, это неприлично, отказывать мне.

Глава тридцатая

Лесса не успела вздохнуть, как почувствовала жадный поцелуй на своих губах. Сильные руки подмяли, крепко сжали. Девушка испуганно вырвалась.

— Не смейте! — Крикнула она и попыталась убежать. Но не успела сделать даже пары шагов, как опять оказалась в объятьях. Теперь он обнимал ее со спины, беспорядочно лапая по груди, животу. Она закричала, и тут же ее рот припечатала ладонь.