Займемся текстом, профессор (СИ) - Фирсова Мария - Страница 12

— Смотри, — пытаясь отдышаться, пробубнил Арсений, — зрители пожаловали.

— Вы что творите? — прорычала я, вклиниваясь между ними.

Мишка фыркнул только, вытирая рукавом уголок разбитой губы. А Арсений раскинул руки в стороны, похоже, забывая, что противник дремать не думал. Мишке хватило секунды, чтобы опрокинуть на лопатки этого вояку. Распластавшись на грязи, Миронов ахнул, выругался сквозь зубы и уставился в серое небо. Прекрасно! И что теперь с ним делать?

— Миша, — рявкнула я так, что у самой едва уши не заложило.

— Оля, ну он сам напросился. Ходят тут, понимаешь ли, женихи!

— Не к тебе же ходят, — бросила я на него злой взгляд.

— В смысле, — потер он подбородок растерянно.

— Забудь, — стараясь не растянуться рядом, медленно сделала я шаг к Арсению.

Нависла над ними, боясь слово произнести, а сосед жужжал над ухом, как приставучий овод на пляже.

— И долго ты собираешься здесь отдыхать? — все же проронила фразу, старалась мягче, но вышло не очень.

Если бы наши силы были равны, я, наверное, наподдала бы ему еще за такие глупости, но мальчик он был взрослый, потому со своими проблемами должен был разобраться сам.

— Я, может, с мыслями собираюсь, — усмехнулся он.

Нашел тоже время, конечно!

— Делай это в другом месте, — присев рядом, тихо добавила я, — ты весь грязный и у тебя это… — коснулась я его скулы осторожно, — кровь.

— Подлечишь меня? — впился он взглядом в мое лицо.

— Что-то подсказывает, ты так просто от меня ведь не отстанешь?

— О да, милая.

— Эй, — зарычал Мишка за спиной. — Фильтруй базар!

— Кыш отсюда, — скомандовала я, — сейчас бабуля твоя вернется и задаст трепку.

Сосед тут же прижал хвост как побитая дворняга и, видимо, вспомнив о своей родственнице, кинулся в подъезд.

— Пельмени на плите. Точно.

Мы с Арсением тихонечко хихикнули, а затем он попытался подняться. Вышло это у него не с первого раза. Ноги разъезжались на осенней грязи и ничего гениального он не придумал, конечно, как ухватиться за мое плечо. Молодец! Пять баллов за смекалку!

Не удержав равновесие, я последовала за ним. Лежа в этой жиже, оставалось лишь дружно хрюкнуть. Но я лишь закрыла глаза, собирая всю волю в кулак, чтобы не утопить здесь же это наказание по фамилии Миронов.

— Это самое романтичное, что происходило между мной и девушкой, — засмеялся он.

— Поздравляю! — рыкнула в ответ.

Поджав губы, стараясь подняться с четким настроем, что завтра отправлюсь в деканат и попрошу перевод куда угодно, лишь бы подальше от этого типа.

— Крошка, да не дуйся, ну чего ты, — кашлянув, принялся подниматься Арсений.

Я отказалась от его помощи, вскочила сама и размашистым шагом направилась домой. Хотелось забаррикадироваться и не видеть никого рядом. Однако этот настырный парень отступать не собирался, он едва ли не дышал мне в затылок, стряхивая с себя параллельно комья грязи.

— Оль, ну забавно же… Будет, что потом вспомнить.

Недовольно сопя, я резко развернулась к нему и ткнула пальцем в грудь этого гада.

— Я рада, что у тебя с чувством юмора полный порядок, а у меня вот его нет. Ни того ни другого. И вообще, может, ты мне не нравишься. Совсем! Понимаешь? И это все мне не по душе! Я хочу спокойно жить, работать и учиться, а не думать, как помимо того, чтобы найти лишнюю копейку, еще и как отвязаться от приставучего клеща!

— Это я клещ-то? — склонив голову вбок, поинтересовался он.

Я только глаза закрыла, сделав глубокий вдох, желая наполнить легкие кислородом.

— Лишнюю копейку! — произнес он ровно. — Оль, у тебя все настолько плохо?

— Хуже, — созналась я, уже не в силах терпеть.

Бросила в сердцах, пожалев об этом спустя минуту. Потому как догадывалась, Арсений скорее проест мне всю плешь, чем отстанет. Но и дальше не могла уже сдерживаться. Хотя импульсивность не была моей слабой стороной, однако, нервы сдали.

Первым порывом вслед за признанием было убежать. Скрыться за подъездной дверью, запереться позже в квартире, смыв с себя грязь, и больше никогда не вспоминать этот разговор. Не хотелось показывать чужому человеку свою уязвимость и выставлять на обозрение проблемы. О них почти никто не знал, оно и к лучшему было.

Миронов же смотрел так внимательно, что пробирало до дрожи. В его взгляде четко читалось непонимание, желание забросать вопросами, чтобы прояснить некоторые моменты, но отвечать на них мне вряд ли было бы приятно.

Поэтому сглотнув ком, я опустила ресницы и сделал шаг в сторону двери.

Пусть лучше сверлит мне взором спину, думая о чем угодно, только бы не открывать правду до конца.

— Оль, я могу чем-либо помочь? — внезапно спросил Арсений и этим сильно меня удивил. Помочь мне?

Этот мажор решил стать армией спасение для такой нищенки, как я? В голове не укладывалось. И, наверное, еще бы немного и я смогла бы ему поверить, но потом он продолжил и оставалось только горько усмехнуться. Дурочка. Хорошо, что не распустила сразу нюни.

— Нет, — медленно произнесла, чувствуя, как язык еле шевелится. Он словно пудовым стал и говорить внезапно оказалось сложно. — Я справлюсь сама.

— Гордячка, — фыркнул Миронов. — Почему скрываешь?

— Что скрываю? — переспросила у него, боясь ляпнуть лишнее.

— Ну, незавидное положение свое. Понимаю, конечно, студентка, мать-одиночка, ребенок на руках, отец, черт знает где ее, бойфренд бросил, спасибо, что не беременную.

— Что? — снова повторила я, распахивая шире глаза. Он это серьезно? Вот это все, черт его возьми!

Боже, да сколько же ерунды было в голове Арсения и, судя по всему, он верил каждому произнесенному им же слову. Такого бреда я давненько не слышала, но, может, и ладно. Пусть верит, если ему от этого легче.

Не готова была спорить, доказывать его неправоту, какой в этом смысл? Да я такая, именно, все, как он и сказал. Для него такая…

— Как вы вообще живете на одну стипендию? А на алименты ты пробовала подать? Кстати, ты уверена, что она Мишкина? Не очень-то и похожа, если честно.

— Конечно, не очень, — процедила сквозь челюсть зло.

В душе становилось горячо, ощущала, как языки гневного пламени царапали изнутри, хотелось все высказать Арсению, но одновременно это бы еще больше все запутало, наверное.

— Во-о-от, — протянул Арсений, оглядев с ног до головы меня.

— Она и на твоего братца-то не очень похожа, видимо, пошла в меня, — выплюнула я ему это в лицо и, развернувшись на пятках, направилась домой.

Несколько секунд царила тишина, похоже, информация медленно доходила до адресата и вскоре пришла в пункт назначения, потому что за спиной послышались ругательства, а потом топот.

Я шаг прибавила, едва ли не перепрыгивая через ступеньку. Хотелось быстрее скрыться с глаз и пусть идет подальше.

— Оля, — протяжно заголосил Арсений, — скажи мне, что ты сейчас пошутила. Пошутила ведь, да?

— Что? Вас плохо слышно! Наверное, при падении в уши забилась грязь.

— Я тебе сейчас сверну шею, Орлова, — практически догоняя меня, пробубнил Миронов.

— Ну-ну, — улыбнулась, пользуясь тем, что Арсений находился позади.

— Я же теперь не отстану от Сеньки, понимаешь? И тебя достану. Она моя племянница? Проклятье.

Остановилась у двери, доставая из кармана ключи.

Арсений почти дышал тяжело мне в затылок и что за мысли крутились в это мгновение в его голове, даже думать было страшно. Сплошной винегрет. Кажется, у мажорчика сбилась схема и если он хотел обвести меня вокруг пальца, то сам перехитрил себя.

— Тебе пора домой. Завтра пар много, — произнесла ровно, а тяжелая рука легла мне на плечо.

Миронов нарочито медленно произнес, склонившись к моему уху.

— Терпеть не могу, когда глупо шутят. А ты, милая, прошла по краю.

— И что мне за это будет? — усмехнулась, зная, что на самом деле терять мне уже нечего.

— Хм, — коснулся Арсений носом моей макушки, — интересно, конечно. Я бы мог многое сказать, но что-то вот настрой пропал.