Не забывай меня, любимый (СИ) - Блэйк Эвелина - Страница 31

— Да у тебя просто шедевральная память, — заметил Артем. — Я уже давно его не носил, положил куда-то…

— Правильно, а я нашла его в куче вещей пару недель назад и положила сюда, — сказала Аня. — Поэтому и помню…

Их разговор был прерван воем сигнала полицейской машины. Артем отодвинул штору и выглянул из окна. Внизу была полицейская машина. Автомобиль припарковался у подъезда, в котором находилась его квартира. Он заметил, как гаснет мигалка на крыше автомобиля. Артем увидел, как к дому направляются двое полицейских.

— А кто вызвал полицию? — спросил он, оглядывая присутствующих.

— Ну, я думаю, в подобных ситуациях это всегда делается… — подала голос София.

— Разумно. А я даже не подумал, — сказал Артем, устало потирая виски. — Но все равно, дело тут довольно странное. Если ничего не пропало, то…

— В любом случае, был взлом с проникновением, — сказал Антон. — А это серьезно.

— А вот взлома-то и не было, — задумчиво произнес Артем. — Окна целы, а дверь я отпер собственным ключом…

«Дзинь!» — резкая трель звонка заставила всех подпрыгнуть. Кто-то из девушек тихонько всхлипнул — нервы у находившихся в разгромленной гостиной потихоньку сдавали.

Артем отпер дверь.

— Здравствуйте, от вас поступил вызов, — в комнату вошли полицейские.

Артем рассказал сержантам Прохорову и Фризеву о случившемся.

— Не следовало осматривать квартиру до нашего приезда, это могло быть опасно, — предостерегал друзей сержант Прохоров. — Ладно, думаю, стоит оформить протокол…

Звяк! — в глубине квартиры что-то звякнуло, упав. Девушки подпрыгнули от неожиданности, Аня вскрикнула. Нервы у всех были на пределе.

Сержанты молниеносно метнулись в ту сторону, откуда доносился звук. Остальные не решались двинуться с места. Артем прислушивался.

— Ага! Попалась! — услышала компания голос одного из полицейских.

Послышались звуки возни, и на свет появились сержанты. Они вели бледную девушку в длинном белом платье, пытавшуюся вырваться изо всех сил. Ее одеяние в некоторых местах было покрыто кровью.

Увидев свою умершую подругу, вырывающуюся из рук полицейских, Вера громко вскрикнула. Почувствовав головокружение, она медленно осела на пол и тут же потеряла сознание.

Когда она пришла в себя, то не знала, сколько времени прошло с тех пор, как она отключилась. Но, видимо, не так уж и много — Артем, Аня, их друзья и полицейские, затаив дыхание, сидели на стульях и смотрели на девушку с растрепанными волосами и в рваном платье, понуро сидевшую на диване посреди разгромленной гостиной. Все вокруг было погружено в молчание. Вера заметила, что Артем бледен почти так как, же и Ка…

«Но это же не может быть Карина!» — сдвинув брови, подумала Вера.

Взгляды присутствующих тут же были обращены на нее, — Вера и сама не заметила, как произнесла эти слова вслух. Девушка в белом окровавленном платье тоже подняла на нее свой взгляд, и Вера ахнула — на нее смотрели такие знакомые карие глаза подруги. Правда, теперь в них не было той прежней теплоты и доброты, и тот огонек, который всегда светился в ее глазах, — признак любви к жизни, — совсем потух. В этих глазах Вера прочла только потерянность и усталость. Эти глаза молили о том, чтобы их обладательницу кто-то спас. Вот только от чего?

Окружающие продолжали молчать, и Вера тяжело задышала — она поняла, что окончательно спятила.

«Наверное, вот что происходит с людьми, которые не справляются со стрессом, — подумала она, вцепившись в плед, валявшийся рядом. — Или, может, все не настолько плохо, и мне просто снится ужасающий сон?»

Но как бы Вера ни старалась проснуться, видение не пропадало. Тогда она решила прервать гнетущее молчание, но не придумала ничего лучше, чем сказать:

— Так ты же… ты же умерла!

Эти слова вдруг привели все в движение. Аня прижала ладонь ко рту, Артем с опаской приблизился к Карине, а та вдруг разрыдалась.

— Я… я не хотела, чтобы так вышло… — говорила она сквозь рыдания. — Это все не для вас… Вы не должны были меня видеть… Я… Я просто не успела уйти…

Наконец, сержанту Фризеву удалось взять себя в руки.

— Прекратите истерику! — твердо, но не грубо сказал он. — И объясните мне, что Вы делали в этом доме в этом маскарадном костюме! — он строго смотрел на Карину.

— Я ничего не… — начала Карина, а потом обреченно вздохнула. Обведя глазами окружающих, она произнесла:

— Я все объясню.

Уставившись в стену, она замолчала на некоторое время. Остальные молча ждали, не в силах справиться с настигнувшим их шоком.

— Начнем с того, что я жива, — глядя в глаза Артему, отвечала на его немой вопрос Карина. — Жива и невредима.

— Но тогда зачем?.. — начал Артем, но Карина взмахнула рукой, прерывая его речь.

— В день свадьбы и правда случилась авария, — начала она свой рассказ. — Когда мы ударились о дерево, я вырубилась, но пришла в сознание раньше Андрея. Дальше оставалось только бежать, куда глаза глядят. Но как сделать так, чтобы за тобой не последовали? Я знала, что недалеко от того места, где разбилась машина, могут водиться дикие звери, и оставила в лесу несколько лоскутков, испачканных кровью — у меня сильно была ранена рука из-за вылетевших из окон стекол. Подушка безопасности сработала, но я ее спрятала, а затем разбила лобовое стекло.

Вера с ужасом слушала странный рассказ, который вела Карина. Та старалась говорить ровным тоном, но дрожащий голос ее выдавал. Боже, что ей пришлось пережить! Но зачем она делала все эти странные вещи? Вера понимала, что больше не узнает свою подругу.

— Я ушла в лес, в противоположную от чащи сторону, — продолжала Карина. — У меня не было плана. Я была ранена, у меня не было сил, единственное, что я не хотела — это умирать рядом с ним!

На этих словах Карина ожила еще больше — она дернулась вперед, сжала руку в кулак и плотно сомкнула губы. Взгляд стал жестким. Глубоко вдохнув, она через мгновение вернулась в прежнее положение.

— Я думала, что умру, — теперь ее голос слегка подрагивал, а взгляд метался по разгромленной гостиной: от одного предмета к другому — на окружающих людей она смотреть не рисковала. Вера заметила, что особенно Карина избегает встречаться взглядом с Артемом. — А может, я даже надеялась, что умру. В тот момент это было уже неважно…

Наклонив голову, Карина пустилась в грустные воспоминания.

— В какой-то момент я упала. Я поняла, что умираю, и даже почувствовала облегчение, — туманный взор Карины был направлен куда-то вдаль. — Но потом я проснулась. Проснулась в другом месте. И уж точно не в раю, или аду, что дало мне понять, что я все еще жива, — она горько усмехнулась. — Я лежала на жесткой кушетке, а вокруг было темно. Рядом стоял небольшой стол. Я дотронулась до стены — под моей ладонью оказались необработанные доски. В общем, представьте себе любую избушку лесника или отшельника, решившего поселиться где-то на лесной поляне вдали от людей — это и есть то место, в котором я оказалась.

Лесник там тоже был — он вошел через несколько мгновений после моего пробуждения. Большой бородатый мужик. Нет, не Афанасий или Емеля, всего лишь дед Паша, — на какое-то мгновение в голосе Карины проскользнула теплота, она даже улыбнулась. От этой улыбки у Веры защемило сердце — как же она скучала по ней! — За открытой дверью я увидела деревья, и поняла, что я все еще в лесу. Почему-то я была очень этому рада.

Дед Паша имел машину, но почти никогда ей не пользовался — только если нужно было съездить за съестными припасами в город, так как место, где он поселился, было очень далеко от него. Да и до машины нужно было идти несколько километров — сквозь окружавшие заросли было очень трудно пробираться даже пешком. Наверное, поэтому меня и не смогли найти.

— Ты осталась жить у лесника? — спросил сержант Прохоров.

Карина перевела на него свой взгляд с таким видом, будто бы только сейчас заметила, что в комнате находится кто-то, помимо нее. Бесстрашно глядя в глаза сержанта, она произнесла: