Моя дорогая Марта… (СИ) - Епифанов Николай - Страница 33

– Мар, если говорить честно, то дело то не во мне, а в тебе.

– А что я сделала? – Марта остановилась.

– Ты… Ладно. Может не будет об этом? – снова эта странная улыбка.

– Нет, не ладно. Что ты хотела сказать?

– С тобой очень трудно общаться особенно в последний год. Ты постоянно в себе, постоянно молчишь, а, когда я пыталась тебя взбодрить, ты вечно гавкаешь, как собака.

– Как собака? Вот так ты обо мне думаешь, – Марта попыталась развернуться и уйти.

– Я не это имел ввиду, – Снежана схватила ее за рукав. – Ты огрызаешься или игнорируешь, когда я предлагала тебе сменить прическу, одежду или не обращать внимание на дурацкие списки ребят. И получается, как будто только я постоянно что-то делаю, а ты пребываешь рядом.

– Стало значительно лучше, – с сарказмом заметила Марта.

– Ну, ты же понимаешь, что я хотела сказать! – Снежана заволновалась от чего ее движения стали более резкими.

– Да, я поняла, что я собака и амеба, которая ползает за тобой. Спасибо.

– Вот опять! Я тебе сказала правду, а ты отталкиваешь меня. Как мне должно нравиться с тобой общаться, если все вечно оборачивается вот так?

– То есть только я во всем виновата? – Марта разозлилась, что было слышно по ее голосу.

– Ты тоже меня обвинила! И, между прочим, да! Ты виновата! Ты редко спрашиваешь, как у меня дела. Тебе словно нужна не дружба, а чтобы был кто-то рядом, чтобы не быть совсем одной.

– Вот так? Я хотя бы не вру. Я видела вас вчера в торговом центре.

Снежана на несколько секунд потеряла дар речи, чем тут же воспользовалась Марта, развернулась и пошла домой другой дорогой. Пока она шла, ей очень хотелось сорвать резинку с головы, чтобы бесконечный поток волос закрыл ее от этого мира, но Марта смогла обуздать столь очевидное и бессмысленные желание.

– Я сильнее, я сильнее, я сильнее, – повторяла она себе, проносясь между серых домов и таких же серых улиц.

Снежана еще долго смотрела подруге вслед, стараясь переварить произошедший разговор. Юная кровь бурлила в венах, а инстинкт самосохранения и гордость знали свое дело, и вместо того, чтобы взвесить все за и против, Снежана пришла к простому выводу: «Да, это Марта во всем виновата. Она невозможный человек. Я старалась, как могла. Делала все от меня зависящее, но ей плевать, поэтому пошла бы она куда подальше». И с этим выводом Снежана отправилась домой. Самое ужасное состояло в том, что она почувствовала облегчение, словно избавилась от тяжкого груза, что тащила долгие годы, но на самом деле это было правдой лишь отчасти. Удобной правдой, которая опять же поможет не чувствовать свою ответственность.

На следующий день Марта планировала демонстративно сесть за парту и не разговаривать с подругой, давая ей тем самым знать, что она обижена. Но стоило Марте зайти в класс, как она увидела совершенно пустой стол. Снежана еще ни разу не приходила позже Марта.

– Может быть, что-то случилось? – подумала Марта и потянулась за мобильным.

С другого конца класса послышался знакомый смех. Марта подняла взгляд и увидела, что ее подруга пересела к Свете и Ире. Их взгляды на мгновение встретились, но Снежана тут же отвернулась.

Раздался звонок и в класс зашел учитель. Стоило ему грозно на всех взглянуть, как от шуточек и смеха не остались и следа. Марта понуро села за парту, достала учебник и тетрадь и попыталась сосредоточиться на уроке, но мысли уносили ее к Снежане. Сопротивление было сломлено через каких-то десять минут, и вот она уже набирала сообщение: «Ты на меня обиделась? Прости». От былой гордости не осталось и следа – ее место заменил страх потерять близкого человека.

Марта услышала, как завибрировал телефон Снежана, лежащий на столе. Она разблокировала экран, прочла сообщение и снова заблокировала, оставив без какого-либо ответа и даже не повернувшись к Марте.

– Конец? – спросила себя Марта, но не желала отвечать на поставленный вопрос.

Она не могла понять почему так произошло. Эмоции зашкаливали, не позволяя разуму разобраться в сложившейся ситуации, и все, что оставалось это желание вернуться на несколько дней назад, чтобы избежать конфликта и сделать все правильно. Жаль, жизнь почти никогда не дает вторых шансов. Если в отношениях между людьми возникает раскол, и они ничего с этим не делают, то со временем он превращается в бездну, которую не преодолеть. Подруги дошли до того момента, когда Снежана больше не могла и не хотела общаться с Мартой. Она устала, ей надоело – и вот эти самые чувства никак нельзя исправить словом «Прости».

Вроде бы такая крохотная перемена, но такое большое значение. В школе Марта осталась совсем одна, а за ее пределами была бабушка и еще дальше Август. Юная девушка почувствовала себя такой одинокой и беззащитной. Почти каждому человеку знакомо это чувство. Когда кажется, словно весь мир уходит у тебя из-под ног, а ты стараешься удержаться на крохотном клочке и протягиваешь руки к людям, в которых видел тех, с кем всю жизнь будешь идти одной дорогой. Но они молча смотрят на тебя и уходят, и ты чувствуешь, как под ногами начинает дрожать последняя опора.

Осенний город, лишенный красок, стал для Марты еще более бесцветным, каким-то прозрачным. Весь день она ждала ответа от Снежаны, но, не дождавшись, написала снова: «Привет. Может поговорим?». Надпись под именем поменялась на слово «в сети», а затем почти сразу превратилась в «был(а) в 21:15».

– Может быть, занята, – успокоила себя Марта, продолжая каждые пять минут проверять телефон.

Снежана несколько раз была в сети, но отвечать не собиралась. И этого уже никак нельзя было оправдать занятостью или тем, что она не видела сообщение, потому что прежде она всегда отвечала почти моментально.

Закончив домашние дела, Марта легла на кровать и укрылась одеялом с головой. Еще несколько минут посмотрела на окно их чата, а затем заблокировала телефон и спрятала под подушку.

26

Первое, что ощутила Марта, оказавшись в доме снов, это холод. Температура определенно опустилась ниже ноля. Изо рта струились клубы пара, готовые вот-вот превратиться в острые льдинки и осыпаться на пол. Девушка ощутила, как кожа покрывается мурашками.

– Вот ты где, – из-за угла появился Август, держа в руках зимнюю горнолыжную куртку. – Давай надевай скорее.

На нем же была непонятная лохматая шуба чуть ли не до самого пола.

– Что здесь случилось?

– Ты меня спрашиваешь? – Марта еще никогда не видела его таким удивленным. – Это ты мне должна рассказать, что вообще происходит. Я прихожу, а тут морозилка, как в мясной лавке. Так, – Август порылся в карманах и достал оттуда вязаную серую шапку. – И это надень.

– Не хочу, – девушка отодвинула от себя руку с шапкой.

– Замерзнуть предпочитаешь? Я не знаю, что происходит с людьми, которые замерзают во сне. Проснешься, например, не помня ничего вплоть до первого класса, и пойдешь собирать кубики.

– Ладно, – она взяла шапку и напялила на голову, надеясь, что это его заткнет.

– Пойдем, – не дожидаясь ответа, Август исчез с горизонта, оставив Марту стоять в коридоре.

Она взглянула на входную дверь и, увидев обледенелую ручку, поняла, что можно даже не пытаться сегодня ее открыть. Когда она пришла к гостиную, Август сидел возле камина и безуспешно пытался его развести.

– Поленья, как глыбы льда, я уже молчу про газету, которая рассыпается в руках. Может быть, ты уже скажешь, что произошло?

– Я поругалась со Снежаной.

– И что? Это повод тут все заморозить?

– Нет, я совсем с ней поругалась, – едва Марта произнесла это, как неизвестно откуда подул холодный воздух.

– Ооо, – протянул Август, глядя вверх.

– Что? – Марта подняла взгляд вслед за ним.

В воздухе кружились крошечные, но все-таки снежинки. Они медленно-медленно падали вниз, оседая тонким белым слоем на предметах.

– Еще немного и здесь метель начнется. Расскажи мне все по порядку. Я бы предложил тебе чай или хотя бы кипяток, но не выходит.