Лирелии - цветы заката (СИ) - Алешина Екатерина Евгеньевна - Страница 95

- Почему он кажется мне знакомым? – задала вопрос Ин-даагерд, обернувшись к ангелу смерти.

- Я не могу тебе сказать, прости, - ответила та, беспомощно разведя руками.

- Но я хотя бы встречу его когда-нибудь еще?- не унималась душа.

- Определенно, - ответила ей ангел смерти. – Но это все будет потом, когда-то. А сейчас… Время, отпущенное на прощание с миром живых, уходит. Так что еще посмотри на него, и пойдем.

- А можно к нему прикоснуться?

- Нет, ни в коем случае! Сейчас вы принадлежите к разным мирам! Поэтому только смотреть!

Душа, бывшая когда-то Александрой, горестно вздохнула и подошла ближе к мужчине. Тот как раз повернулся лицом к ней, все так же о чем-то задумавшись, и они оказались совсем близко друг к другу, словно влюбленные, которые вот-вот встретились. Ин-даагерд протянула к нему руку, словно хотела смахнуть снежинки с его светло-русых волос, но, помня о запрете, не посмела их коснуться, попутно разглядывая адмирала с особой пристальностью. Мужчина же в это время расстегнул верхние пуговицы своего пальто, и извлек из внутреннего кармана маленький портрет, нарисованный простым карандашом.

- Вот мы и дожили до прорыва блокады, ангел мой. Недаром ты снилась мне накануне, - сказал он тихо, и молча посмотрел на портрет.

Ин-даагерд не могла поверить своим глазам – на портрете была она! И в этом нет сомнений! Но откуда этот мужчина мог ее знать, если они даже ни разу не виделись?

- Пора уходить, - вновь напомнила ей ангел смерти.

- Так не хочется покидать его! – воскликнула душа, взглянув на ангела лишь мельком и принялась снова с жадностью ловить каждое движение таинственного адмирала ее снов.

- Но тебе придется. Всему свое время, - настояла ангел смерти

- Хоть имя его можно узнать? – все не унималась Ин-даагерд.

- Можно. Но ты его все равно забудешь, как только переплывешь со мной реку забвения. В мире смертных его зовут Эрлен, но его настоящее имя Эрик.

- Эрик… - словно завороженная звучанием его имени, повторила душа. – Он напоминает мне принца из сказки. От него пахнет зимой. Той мирной, еще до войны. Цитрусом, хвоей и морозом.

- Идем, Ин-даагерд.

- Идем, - вздохнула душа, с грустью бросив прощальный взгляд на задумчивого мужчину. – Надеюсь, мы с тобой еще встретимся, Эрик.

Она отступила от него на пару шагов, и ангел смерти тут же подошла к ней.

- Есть еще время на несколько минут заглянуть на прощание в тот двор, где ты росла. Или в квартиру, - предложила она душе.

- Да, пожалуй, заглянем, - согласилась Ин-даагерд. – Давай во двор. В квартиру не хочу, мне все еще невыносимо больно.

Краткий миг, равный вздоху, и душа вместе со своим проводником оказалась прямо напротив дверей родной парадной. Ин-даагерд застыла, едва ее взгляд коснулся скамейки под березой, чьи ветви сковало зимней ленинградской стужей. Судорожно выдыхая, она посмотрела на окна квартир, найдя свои. Там когда-то приветливо горел свет, и ноги сами несли стылым вечером скорей домой в родное тепло. Неотрывно Ин-даагерд созерцала пустые холодные окна, ее глаза, затуманенные воспоминаниями о безвозвратном прошлом, искрились слезами и они бежали по ее бледным щекам.

- Почему все сложилось так несправедливо? – произнесла она почти шепотом и, этот вопрос породил в душе новую волну отчаяния, вызвавшую очередные мокрые дорожки на ее лице.

- Все сложилось так, как должно, - терпеливо, тоном наставника вещала ангел смерти. - Это для тебя все выглядит трагичным, но с высоты Вселенной, все вышло логично. В Мироздании все переплетено. Как и жизнь со смертью. Умирая в одной жизни, ты перерождаешься в другой, чтобы снова выполнить свое предназначение. Таков закон Вселенной – как только где-то убыло, то скоро где-то прибудет. Значит, души твоих близких оказались или скоро окажутся нужнее в другом мире. Как и ты.

Ин-даагерд горестно вздохнула, бросив прощальный взгляд на заснеженный двор.

- Значит, говоришь, не зря я умерла именно сейчас?

- Так нужно. Чтобы в следующей жизни ты возродилась в один год с душами Эм-Миэллин и Мар-рианай. Но как их будут звать в жизни, я не ведаю. Как и все души, при перерождении вы получите другие имена.

- Для чего нам возрождаться в один год?- вновь задалась вопросом Ин-даагерд.

- Для того, чтобы произошла инициация. Это очень важно не только для планеты Земля.

- Ничего не понимаю. Я совершенно не понимаю, о чем ты говоришь, - сказала душа, находясь в недоумении и качая головой.

- Придет время, и ты все поймешь,- заверила ее ангел смерти.- А сейчас нам нужно идти. Пора.

Глаза Ин-даагерд вновь наполнились слезами. Ей тяжело давалось принять неизбежное. Ангел смерти протянула руку. Душа вложила пальцы в ее раскрытую ладонь, и они снова оказались на берегу реки забвения в мире Перепутья. Ин-даагерд покорно опустив голову, села в лодку, даже не глядя по сторонам и иногда судорожно вздыхая.

- Скоро тебе станет легче, - заверила ее ангел смерти, отталкивая веслом лодку от берега.

Тихие воды реки, подобно зеркалу отражали хмурое небо. Звенящую тишину нарушал плеск воды, когда весла входили в ее толщу и редкие всхлипывания души новопреставленной, которые, однако, вскоре стихли. Чем дальше становился тот берег, на который приходят души после смерти, чем больше забвение овладевало Ин-даагерд, принося ей наконец, такой желанный покой и умиротворение. Сама она постепенно менялась на глазах – ее стриженые выше плеч волосы отросли до пояса, какими и были когда-то, бесследно исчезла седина, разгладилась глубокая морщина промеж бровей, поправилось и окрепло тело, а на лице с фарфоровой кожей расцвел нежный, бледный румянец. Сейчас она походила на себя прежнюю - юную девочку, не знавшую тягот войны.

Противоположный берег приближался с каждой минутой, и менялся окружающий пейзаж. Небо очистилось от свинцовых низких туч, и по нему медленно разливались пылающие закатные краски, но самого светила нигде не наблюдалось, словно в этом мире закат навечно застыл в своем зените. Около берега росли плакучие ивы, роняя в воду гибкие ветви. Ветер играл их зелеными кронами.

- Слушай меня внимательно, Ин-даагерд, - вновь заговорила ангел смерти.- Сейчас я привезу тебя к берегу, и на нем ты увидишь полустанок. Пойдешь на перрон, он там всего один. Скоро за тобой приедет поезд, проводник тебе покажет твое купе. Поезд следует в один конец – Небесный мир. В поезде тебя уже ждут души, бывшие твоей семьей в этой жизни.

Глаза Ин-даагерд загорелись.

- Я снова их увижу? – взволнованно воскликнула она.

Ангел смерти согласно кивнула.

- Не только увидишь. Вы будете вместе какое-то время, пока не придет час вашего перерождения. У каждого он будет своим. Но все то время, что вы проведете вместе – бесценно.

- А что меня ждет дальше? – задалась вопросом Ин-даагерд, придя в смятение.

- Сначала отдых, спокойствие и умиротворение. То, что нужно каждой душе после жизни, чтобы набраться сил, а потом… Новая жизнь. Новая судьба. И предназначение, от которого будут зависеть другие судьбы не одного мира.

- Даже боязно как-то от этого, - призналась душа. – Это ведь бремя. Ответственность. Справлюсь ли я?

- Большая сила просто так никому не дается, - поспешила ее успокоить ангел смерти. – Но это все еще будет. А сейчас – покой.

Лодка причалила к берегу, и выйдя на небольшой деревянный помост, Ин-даагерд огляделась вокруг. Ее блуждающий взгляд скользнул по стайке крупных кувшинок в воде у берега, сочной зелени травы и ветвям деревьев, что купались в багрово-розовых лучах заката.

- Красиво здесь, - сказала она, мечтательно улыбаясь.

Душа уже ничего не помнила, что ей пришлось пережить, и что ее мучительно терзало. Ей стало легко и отрадно.

- Небесный мир еще красивее, вот увидишь, - заверила ее ангел смерти. - А вообще, любой из существующих миров будет красивым в глазах того, кто любит и любим. Ступай с миром и ничего не бойся, милая душа. Пусть твоя следующая жизнь будет счастливее предыдущей. Ты это заслужила. Прощай, Ин-даагерд!