Клетка для сломленной (СИ) - Сибирская Тата - Страница 32

— А зачем ты вспоминаешь это? Было и было, — перевожу на нее взгляд, подруга тяжело вздыхает, — Хорошо, извини. Я понимаю, что все не так просто, но есть ли смысл постоянно оглядываться назад. Как бы сейчас это банально не звучало, может просто попробовать быть счастливой?

Как я этого хочу, кто бы только знал.

— Хочу, Ир, очень хочу быть счастливой. Вот только с Амиром этого не получится.

— А ты хочешь с ним? — улыбается лукаво. Плутовка, — Я вообще-то в общих чертах говорила.

Закатываю глаза и отворачиваюсь. Что сказать — подловила. Точнее даже не пыталась, сама себя выдала.

— Он тебе все-таки нравится, да? — спрашивает тихо.

— Да, — уже не вижу смысла скрывать. — Не знаю, как такое возможно. Мы знакомы меньше двух месяцев. В этом доме я еще и месяца не прожила. Порой неловко себя чувствую в нем. А он приходит и все как будто встает на свои места.

— Тогда почему не с ним? Если ты уже сейчас счастлива.

— Он начинает узнавать мое прошлое? — подруга фыркает и я знаю почему. Да, не надо оглядываться на прошлое, но оно всегда влияет на настоящее. — Просто дослушай. Сможет ли он жить со мной, зная обо мне все?

— Он адекватно воспринял новости о наркотиках. — Замечает она.

— А все остальное? Он не в курсе всего остального. Где гарантии, что он не вспомнит однажды мое прошлое и не передумает?

— Во-первых, он тебе не неуравновешенный подросток, чтобы на эмоциях поливать грязью, а во-вторых, — она кладет руку мне на плечо, и заглядывает в глаза, — «долго и счастливо» тебе ни один человек на земле не может обещать. А кто обещает — лжет, потому что никогда не знаешь, как повернется жизнь. Но не строить из-за этого отношений глупо.

— Ириш, ты права. — Говорю искренне, потому что действительно права, — но я тебе говорила днем, о привете из прошлого. Даже если начну лечиться, сколько это продлится — полгода, год, два и будет ли он меня столько ждать? И имею ли я право вообще о таком просить?

Ира поджимает губы.

— На это у меня нет ответа, — явно расстроена, — сколько бы лет нам с тобой не было, как были глупыми малолетками, такими и остались.

Смотрим друг на друга и начинаем смеяться. Для того, чтобы понимать мужчин, наверное, нужен опыт? А какой он у нас? Иришке попадаются альфонсы и заядлые гуляки, а я сама от парней, как от чумы бегу.

— Ладно, — бодро хлопает в ладоши подруга, — пойду я, пора домой, уже поздно.

— Идем, провожу, — киваю на выход.

— Не надо. Сейчас наберу Диму и подожду его здесь, потом уйду. А тебе надо подумать, — показывает на пистолет. Все-таки для меня, сложно придумать подругу лучше нее.

Прощаемся с ней, и она отходит к двери, а я снимаю пистолет с предохранителя. Хотя сегодня не получается отбросить мысли на второй план и ничего не чувствовать. Вопреки наставлениям брата, сегодня я расстреливаю свои чувства, а не отбрасываю их.

Это помогает, но ненадолго. Боковым зрением замечаю движение рядом и точно знаю, кто это.

— Нам надо поговорить, — настроилась. К чему тянуть время?

К нему не поворачиваюсь, так легче, когда его глаза не затягивают тебя. Повернусь и точно рассыпится весь мой настрой, как карточный домик.

— Говори, — в руках держит пистолет. Тоже стрелять собрался? Пусть стреляет, лишь бы не смотрел на меня.

— Ты говорил, чтобы я подумала об отношениях с тобой. Я подумала. Их не будет.

Стреляю ровно. Убеждаю себя, что так надо, что всем так будет лучше.

— Почему? — Он откладываю пистолет и поворачивается ко мне. Чувствую на себе его взгляд. Черт.

— У меня за спиной такой багаж. Узнаешь, тащить не захочешь.

Как ему объяснить и донести свою мысль? На самом деле вообще никак не хочется. Хочется на все плюнуть и просто быть рядом.

— А ты так всю жизнь и собираешься его тащить? — Хлоп. Даже не понимаю, что продолжаю стрелять, тумблер уже переключился и эмоции хлынули в полном объеме. — С тобой рядом дочь, хочешь или не хочешь на нее ты тоже взвалишь эту ношу. Хочешь этого? — А вот это удар. Я ведь никогда не думала и не понимала, что это сказывается и на Ксюше, а ведь стоило. Я надеялась, что спрятала это все в себе и не выпускаю.

— А на будущее, я сам решаю, чего хочу. Я решил и мнение свое не поменяю. — Опускаю руки на стол — мне сейчас нужна хоть какая-то опора. Неужели я настолько цепляюсь за прошлое, что порчу настоящее и не только себе?

— Если твое прошлое. Единственная причина, по которой ты хочешь все разорвать, то ты плохо подумала. Подумай еще, а лучше, выкинь все из головы и просто доверься мне.

Разворачивается и уходит, оставив после себя обломки. Это сейчас разбилась та я, которая всегда знала, как будет лучше и, видимо, всегда ошибалась.

На ватных ногах выхожу из тира. Не знаю, сколько простояла там после его ухода, но сейчас точно пора возвращаться. Методы брата больше не действуют. Нужно просто лечь спать. На сегодня лимит эмоций исчерпан.

Поднимаюсь и заглядываю в комнату к дочери. Мой ангелочек, как всегда, мирно спит. Нужно послать к черту прошлое, вот за такой спокойный сон дочери. Самое важное, что должно быть. Прошлое в прошлом. Я в другом городе, с вычищенным, а точнее уничтоженным, прошлом — надо просто жить и наслаждаться. Здесь и сейчас.

Амир. Сейчас даже не знаю, что делать. Он ушел. Разозлился скорее всего — постоянно его отталкиваю. Подумаю об этом завтра, нужно будет, как то объяснить мою невозможность спать с ним и тогда он поймет меня и, конечно, пойти лечится. К чему откладывать в долгий ящик.

В комнате принимаю душ и переодеваюсь в сорочку, но не успеваю дойти до постели, как дверь открывается.

Глава 28

Амир.

Сжимаю кулаки, разворачиваюсь и ухожу. Сейчас ее нужно оставить, чтобы подумала. Если останусь, не выдержу и прижму к себе, но не время, сейчас не время.

Захожу в дом. Проверяю все ли в порядке у Ксюши — девочка спит, иду в свою комнату и как маньяк прислушиваюсь к шорохам за дверью, стараясь не пропустить возвращение Ники.

Через некоторое время слышу легкие шаги, звук открываемой двери, закрываемой и основа открываемой. Видимо ходила к дочери, сейчас пошла к себе.

Переодеваюсь в пижамные штаны и футболку. Откуда они у меня без понятия, да и не пользовался ими ни разу, а теперь придется — напугается, если заявлюсь к ней в одних боксерах.

Подхожу к ее двери, поворачиваю ручку и захожу внутрь. В комнате полумрак — она собралась ложиться спать. Прикроватная лампа освещает ее стройную фигурки.

Ника смотрит на меня удивленно.

— Что ты здесь делаешь?

— Пришел спать, — да, хоть все изначально пошло не так, от плана своего я не отказался.

— В смысле спать? Со мной? — она совсем растерялась.

— Ну, а с кем еще? Ты же моя жена, — усмехаюсь. Но смотрю на ее лицо и понимаю, что она не в состоянии, воспринимать шутки, пусть это и не шутка, — Ника, мы уже неделю спим вместе.

— Что? — она вскрикнула и отступила на шаг назад.

Опять не так все поняла. Бл@дь.

— Ника, успокойся, — не двигаюсь с места, захочу подойти по любому будет истерика, — в прошлые выходные я проходил мимо твоей комнаты и услышал, как ты кричала — у тебя был кошмар, я прижал тебя к себе и ты уснула, — хорошо, что она не помнит о том, что было до этого, — я тоже уснул рядом. У тебя каждую ночь кошмары, поэтому я здесь. Я просто хочу, чтобы ты высыпалась. Будет проще, если я сразу буду здесь.

Неделя. Почти неделю я сплю с ней. Причем реально нах сплю. Кто б мне месяц назад сказал, что в постели рядом с понравившейся мне девушкой, я буду смотреть сны, счел бы его больным на голову — с понравившимися девушками нужно сексом заниматься, а тут… сплю.

Вижу, как она заметно расслабилась. И тоже мысленно выдохнул. Не знаю, чего сейчас хочу больше — рассмеяться, потому что оправдываюсь за то, что помогал справиться с кошмарами, или свернуть шею тому ублюдку, из-за которого она в каждом мужчине видит насильника.