Цена твоей измены - Керри Лемер - Страница 4

С трудом добравшись до ванной комнаты, умываюсь ледяной водой и с ужасом смотрю в зеркало. Все лицо отекшее. Я больше похожа на алкоголика со стажем. Как в таком виде из дома выйти? Снова умываюсь и принимаю быстрый душ. Хорошо хоть, знаю, где у Ритки лежат полотенца.

Пока привожу себя в порядок, Ритуля успела приготовить завтрак и крепкий кофе. Слегка улыбается, но от меня не укрывается ее жалостливый взгляд. – Ты как, Машунь? – и голос такой – пропитанный горечью.

– Нормально, сейчас поем и вообще замечательно буду. – Не хочу выворачивать душу и выливать всю боль на подругу. Ни к чему ей это, да и я пока не готова.

Ну хорошо, тогда давай садись есть.

Завтрак проходит в неловкой тишине. Вижу, как Ритка пару раз порывается начать разговор и тут же замолкает. Неудобно перед подругой. Она пытается помочь, а я закрываюсь. – Рит, одолжи, пожалуйста, какую-нибудь одежду, чтобы я домой смогла съездить. – Что за глупые просьбы!– обижается подруга. – Я уже и отгул взяла на работе, сейчас поедим, найдем одежду, и я отвезу тебя домой, не потащишь же ты свои баулы на горбу?

– Рит, может, не нужно? – морщусь от очередного приступа боли.

– Ничего не знаю, я не брошу тебя одну, поживешь пока у меня, в себя придешь.

По телу разлилось тепло от таких простых, но нужных слов. Едва сдерживаю новый поток слез и крепко обнимаю подругу.

– Спасибо, Ритуль.

– Ну чего ты, Машка? У нас же с тобой, кроме друг друга, больше никого не осталось. Если не я, то кто поможет?

– Угу, – тихо шмыгаю носом.

– Так, хватит, пошли собираться.

Одежда нашлась быстро, мы с Ритой почти одной комплекции, только ноги у нее чуть шире. Джинсы, теплый свитер, полуботинки и вчерашнее пальто. Видно, что одежда не в размер, великовата.

– Может, всё-таки платье? – Подруга с сомнением оглядывает получившийся образ. – Он должен видеть, кого потерял.

– Не буду наряжаться, чтобы кому-то и что-то доказать, да и Герман должен быть на работе, – отмахиваюсь и спешу выйти из квартиры, чтобы она не передумала.

Мы спустились к гаражам. У Ритки есть старенькая машинка, но она не любит водить, предпочитает передвигаться на метро. Говорит, бензин дорогой, пробки километровые и этот автомобиль вечно ломается, а продавать не хочет. Изредка выбирается на природу и колесит по ночному городу.

Автомобиль заводится не с первого раза, но мы все же выезжаем, и меня начинает трясти. С каждым метром я все больше хочу остановить ее. Слова застревают в горле, когда машина паркуется возле бывшего дома. Элитная многоэтажка уже не кажется родной.

Мертвой хваткой цепляюсь за сиденье и пытаюсь унять сердце, а оно вот-вот выпрыгнет из груди.

– Машусь, хочешь, я с тобой пойду?

Смысл ее вопроса понимаю не сразу. Перевожу затуманенный взгляд на подругу и отрицательно качаю головой.

– Нет, я должна сама с этим справиться.

– А вдруг он там? – Ритка хватает мою руку, словно не хочет отпускать.

– Рано или поздно, но нам придется встретиться, и лучше без свидетелей.– Она поджимает губы, но соглашается с моим решением.

До квартиры иду как на каторгу, а ведь когда-то я обставляла наше семейное гнездышко и радовалась каждой мелочи. Герман купил эту квартиру, когда мы уже были в браке, но я ни на что не претендую. Мне нужна была любовь мужа, а не его деньги.

Боязливо открываю входную дверь и оказываюсь в каком-то фильме ужасов. Все вокруг перевернуто, зеркало в прихожей разбито, воздух заполнен вонью перегара. Осторожно обхожу осколки и попадаю в зал, сразу замечаю множество пустых бутылок из-под виски. Они валяются везде. Какие-то полностью пустые, некоторые только наполовину или меньше, несколько и вовсе не тронутых стоят на подоконнике.

В душе расцветает огонек надежды. Я не безразлична ему, он не меньше меня мучился этой ночью. Однако тут же душу это чувство на корню. Если бы думал головой, а не тем, что у него между ног, ничего бы этого не было.

Глупое сердце, почему оно не соглашается с моими доводами? Почему заставляет меня любить человека, предавшего меня и нашу семью? Почему я снова плачу? Смотрю на нашу фотографию и ничего не могу с этим поделать. Нужно прекращать! Эти рыдания ничего не изменят и ничем не помогут, только доведут меня до нервного срыва.

Вхожу в нашу спальню и тут же замираю. Муж спит на кровати в одежде, в обнимку с моим пиджаком, уткнувшись в него носом.

Резко закрываю рот ладонью, чтобы не закричать во весь голос. Не могу на него смотреть. Такой родной и любимый, он вызывает во мне чувство омерзения. Он прикасался к другой, целовал ее, хотел… Говорил ли он, что любит ее, так же, как говорил мне? Нежно нашептывая на ушко приятные слова.

Пересилив собственную боль, прохожу в гардеробную. По плану здесь должна была быть вторая ванная комната, но муж сделал гардеробную. Говорил, что хочет, чтобы у меня было все самое лучшее. Глупый, мне нужен был только он, даже если бы у нас не было ничего. Стараюсь делать все быстро и без шума, чтобы не разбудить предателя. Не хочу смотреть в его глаза, знаю, что не выдержу и покажу, насколько слаба перед ним.

В чемодан летят только те вещи, которые покупала сама. Дорогие платья и украшения мне не нужны. Это все его, это все для его мира и окружения, мне ничего из этого не нужно. Рука замирает, когда я оказываюсь возле полки с нашим свадебным фотоальбомом. Здесь мы такие счастливые. Улыбки не сходили с наших лиц. Куда все это делось? Почему сейчас мы оказались в точке невозврата?

– Машка.

Подпрыгиваю от испуга.

Голос мужа звучит прямо за спиной. Я оборачиваюсь и вижу, как любимый мужчина стоит на коленях.

– Машка, не уходи, я же не смогу без тебя.

Меня трясет, озноб пробирает до самых костей. Вдох, выдох, только не плакать, нужно держаться. Он не увидит моих слез и не услышит, как сильно я люблю его.

Делаю вид, что ничего не слышу и не вижу, я в танке! Застегиваю чемодан и хочу уйти, а он хватается за мои ноги.

– Маш, не оставляй меня, пожалуйста, дай все объяснить, дай мне второй шанс. – Гера на грани, от него сильно пахнет спиртным, а руки мелко подрагивают.

Какой же он теплый. Его прикосновения такие родные и нежные. Он держит крепко, не дает отстраниться, а я позволяю себе маленькую слабость в последний раз. Только запомню его тепло и сразу сбегу.

– Отпусти, я хочу уйти, – не узнаю собственный голос – холодный, как сталь.

– Маш, дай мне хотя бы все рассказать, пожалуйста, родная. – Зачем он так на меня смотрит?

Он должен понимать, что делает только больнее.

– Рассказать, как связался с той девкой? Как изменял? Как предал и растоптал меня? – вся дрожу, срывая голос на крик. – Мне не нужны твои слова, я вчера видела достаточно твоих действий.

Отстраненно замечаю, что у Геры на пальце надето то самое кольцо. Мой вчерашний подарок.

Пусть подавится!

Кое-как вырываюсь из его объятий. Крепко держу чемодан и пытаюсь сбежать из квартиры, но муж не отстает, следует по пятам.

– Маш, остановись, куда ты идешь? Это твой дом!

Ошибаешься, здесь больше нет ничего моего. Ты был моим до вчерашней ночи. Но этого я не произнесу вслух.

Смахиваю одинокую слезинку и распахиваю входную дверь, а на пороге стоит виновница этих событий. С широкой улыбкой и надменным взглядом.

Глава 5

Маша

– А вот и любовница пожаловала, – раньше я никогда не язвила, а сейчас эти слова и кривая ухмылка рвутся наружу против воли. – Ну что, Гера, теперь тебя утешат и обогреют.

Муж отрицательно качает головой, замирая на месте.

Машка, да не нужна мне она, это была ошибка, большая ошибка. – Смотрит с мольбой, а потом переводит взгляд на нее. – Какого черта ты вообще приперлась?

А мне вдруг стало интересно: а откуда она наш адрес знает? Хотя даже знать не хочу, была ли она здесь раньше. Конечно, была, а я, слепая дура, даже не замечала, что мой муж стал чужим.