Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ) - Гамильтон Эдмонд Мур - Страница 123

Бесчисленные часы слились в один причудливый сон. Так всегда бывает в сверхсветовом режиме, но в этот раз чувствовалось особенно сильно. И он чуть ли не боялся того момента, когда настанет пора просыпаться.

Ему придется все рассчитать с точностью до минуты. Когда яхта вышла из турбулентности пространства в обычный космос, они оказались неподалеку от зловещего сияния зеленой звезды.

— Так где это место? — потребовал ответа Фарах.

Чаттен кивнул на зеленую звезду:

— Там.

Фарах посмотрел на звезду, затем заглянул в галактический атлас, и его лицо приняло жесткое, угрожающее выражение.

— Это же смертоносная звезда. К ней невозможно приблизиться. Чаттен, что за игру вы затеяли?

Все остальные тоже собрались на мостике и беспокойно посматривали на Чаттена.

— «У тебя нет ключа, чтобы войти в хранилище. Зеленая звезда убивает каждого. Только я остался в живых», — произнес он и добавил: — Это слова Шобы Рука.

— Но этого не может быть! — воскликнул Фарах. — Радиация этой звезды смертельна для человека на расстоянии куда большем, чем то, на которое удалена от нее планета. Как нам посадить корабль? Как может этот мир оказаться Прародиной?

— Возможно, звезда не всегда была смертоносной, — возразил Чаттен. — Как вы знаете, они иногда изменяются. И она могла измениться уже после того, как люди покинули Прародину.

— Это для нас не важно, — разгоряченно махнул рукой Фарах. — Как может человек приземлиться на этой планете? Как смог приземлиться Шоба Рук?

— Не знаю. — Чаттен покачал головой. — Но он утверждает, что смог. Он был потрясен тем, что обнаружил на планете, и боялся, что Лоуренс Харви тоже сможет найти ее. Шоба Рук упоминал о хранилище и о том, что у Харви нет ключа. Это все, что мне известно. Но он, должно быть, нашел способ защититься от радиации, по крайней мере по дороге туда.

— Боюсь, что по дороге обратно он этого не сумел, — мрачно заявил Док Брюэр. — Поэтому и лишился разума.

Фарах задумчиво смотрел на далекое зеленое око, предвещавшее беду.

— Еще никто не смог к ней приблизиться, — проговорил он сквозь зубы. — Мы проделали долгий путь, чтобы уйти ни с чем. Ни с чем!

Радары и радиосвязь при такой радиации оказались почти бесполезны. Все попытки отыскать яхту Харви не дали результата.

— Если они прилетели сюда, то должны были сесть на планету, — решил Фарах. — Иначе яхта дрейфовала бы сейчас в космосе. Если они прилетели…

— И если не разбились при посадке, — подсказал Чаттен.

Это была единственная планета в обозримом пространстве. С того места, где неподвижно зависла яхта, она выглядела очень маленькой и далекой. Нижняя ее часть сияла холодным зеленым полумесяцем, там, где ее касался свет звезды. Тонкая карандашная линия тени тянулась от нее, постепенно теряясь в темноте космоса.

— Это должна быть Прародина, — упрямо заявил Чаттен. — И Харви с Шобой Руком находятся сейчас там, живыми или мертвыми.

Эта мысль привела Фараха в ярость.

— Но мы не можем туда сесть. Что нам теперь делать?

Чаттен посмотрел на планету, крохотный светящийся огонек, оставляющий за собой длинный теневой след.

— Должен быть какой-то способ. Шоба Рук приземлился на ней, и никто не подсказывал ему, как это сделать. Заткнитесь и дайте мне подумать.

Все замолчали, яхта свободно плыла в космосе, а Чаттен наблюдал, как крохотная далекая планета движется по орбите вокруг звезды. «Ужасное дитя кошмарной матери, — подумал он. — И темная полоса тени, словно тропинка…»

Темная тропинка.

— Тень! — воскликнул он. — Двигаясь в полосе тени, мы будем прикрываться от излучения самой планетой, словно щитом!

Фарах обернулся, и в его взгляде вспыхнуло горячее нетерпение.

— Ну конечно! Должно быть, они так и сделали. Это будет непросто — двигаться вслед за тенью, она перемещается очень быстро. Но мы справимся.

У Чаттена все сжалось внутри, ладони вспотели.

— Нужно проголосовать, будем ли мы садиться или нет.

— К черту голосование! Мы садимся.

— Фарах, вы летите не один. Каждый из нас рискует своей жизнью и здоровьем. Я требую голосования.

Помощники Фараха хоть и были недовольны, но, похоже, больше боялись своего босса, чем неведомой угрозы, и проголосовали за. Шемси и Лут сомневались и ждали решения Брюэра.

Лоб Дока покрылся испариной. Алчность, а также благородное стремление спасти Шобу Рука и не позволить Харви завладеть неведомым «достоянием всей Галактики» подсказывали ему, что нужно идти до конца. Страх и здравый смысл уговаривали отступить.

— Вы и вправду считаете, что это безопасно? — спросил он Чаттена.

— Не безопасно, а всего лишь возможно.

Заметно дрожащей рукой Брюэр утер пот со лба:

— Ну что ж, я согласен.

Судя по его лицу, он сразу же пожалел о своих словах.

Шемси и Лут кивнули, тоже с не очень радостным видом.

— Теперь вы удовлетворены? — нетерпеливо спросил Фарах.

Чаттен подался всем телом вперед:

— Летим!

Яхта описала замысловатую петлю, стремясь попасть в узкую полоску тени. Компьютер негромко потрескивал, рассчитывая траекторию и скорость движения планеты. Чаттен вводил данные в память корректировщика курса. Вместе с Фарахом они провели последнюю проверку.

И яхта рванулась вперед, следуя вдоль темной тропинки тени.

Теперь планета прикрывала их от звезды, темный диск быстро рос в размерах. Чаттен наблюдал за ним, прислушиваясь к щелчкам счетчика радиации и ощущая толчки реактивных струй, с помощью которых корректировщик удерживал яхту в непрерывно меняющей положение зоне безопасности. Одна ошибка, одна неточность в расчетах — и может случиться то же, что произошло со спасательным челноком Шобы Рука на обратном пути с планеты.

Он задумался над тем, что случилось с самим кораблем пропавшей экспедиции, а также с его экипажем. Казалось маловероятным, чтобы он мог просто разбиться при посадке, однако теперь Чаттен уже не был в этом так уверен. Их могла убить радиация, но это не объясняет, как сумели спастись Шоба Рук и два его спутника.

Диск планеты продолжал увеличиваться, все больше загораживая светило. Теперь видимым оставалось только зловещее сияние короны с извивающимися, словно ядовитые змеи, языками зеленого пламени.

Внезапно Чаттен различил загадочное сияние, окружавшее всю планету, словно призрачная оболочка. Он не успел сказать ни слова, как яхта уже погрузилась в нее. Стрелки индикаторов заскакали как сумасшедшие, но они регистрировали не радиацию, а энергию. Искры вспыхнули гроздьями на каждой металлической поверхности, снаружи по всему корпусу корабля также зажглись белые огоньки, но через мгновение погасли.

— Силовое поле! — Чаттен ошеломленно взглянул на Фараха. — Бог мой, вам не кажется, что это ответ на все загадки? Значит, оно защищает от радиации всю планету?

— Вполне возможно.

Яхта вошла в плотные слои атмосферы, и воздух пронзительно засвистел за бортом.

— Во всяком случае, воздух здесь не опасен для жизни, — заметил Фарах.

— И это, безусловно, означает, что звезда не всегда была смертоносной. Разумные обитатели планеты установили этот щит, когда излучение начало меняться.

Глядя на темную ночную сторону планеты прямо под собой, Чаттен вздрогнул от приступа первобытного страха:

— А вдруг они все еще живут здесь?

— Кто? — спросил Док Брюэр.

— Перворожденные. Если это действительно Прародина.

— Сейчас самое главное — отыскать корабль Харви, — перебил их Фарах. — Мы уже близко к поверхности. Нужно выровнять яхту и провести осмотр планеты.

Яхта вышла на орбитальную траекторию, достаточно высокую, чтобы не наткнуться на вершины гор, и достаточно низкую для эффективной работы сканеров и детекторов.

Экран не показывал ничего, кроме открытого ровного пространства и нескольких невысоких холмов.

— Продолжайте осмотр.

— По-прежнему ничего. Мы переходим терминатор[11].