Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ) - Гамильтон Эдмонд Мур - Страница 559

— Вот так врамэны пришли к решению, — сказала Тайан. — Их дети, этот новый и чужой вид, представляют опасность для всех галактических народов, и им нельзя позволить когда-либо покинуть Альтар. Пока еще не было слишком поздно, врамэны пошли против своих сыновей и дочерей.

Какие мучения стоят за этими несколькими словами, подумал Хэммонд.

— И заставили их покинуть Шаранну. Третьи Люди, которым совершенно были чужды родственные чувства, основали новый город, Вонн. Там с течением лет их интеллектуальная и научная мощь быстро возрастала. Они уже собирались вернуться назад и попытаться осилить своих родителей, но их планы были нарушены новым поворотом событий.

Третьи Люди, похоже, тоже вступали в брак, и у них стали рождаться дети. Та же самая глубинная сила радиации, которая вызвала первую мутацию, теперь вызвала и вторую. Дети Третьих Людей были совершенно непохожи на своих родителей. Это был еще один новый вид человека — Четвертые Люди. И эти Четвертые Люди пошли еще дальше по дороге перемен. Они были ближе к чистому разуму, чем кто-либо из людей, склонные только к умственной деятельности и не имеющие ни способности, ни желания вести деятельный образ жизни. Им не было ни малейшего дела до раздоров между их родителями и родителями их родителей. Они желали только одного: проводить свою жизнь в спокойных размышлениях.

Их родители, Третьи Люди, предвидели, что их дети будут являть собой новый вид и заранее планировали использовать их возросшие умственные способности в своих целях. Но Четвертые Люди, ненавидящие активные действия и чуждые амбициям, не дали себя использовать. Когда они достигли зрелого возраста, они бросили своих родителей, удалились в другой район Альтара и основали странный новый город, отказавшись иметь какие-либо контакты с врамэнами и с Третьими Людьми.

— И там, — продолжала Тайан, — они живут с тех пор, занимаясь чисто умственными исследованиями, которые являются целью их жизни.

Хэммонда потрясла эта эпическая история мутаций, поразивших людей на этой планете бесконечной жизни.

— И что, Четвертые Люди продолжили эту цепочку мутаций? — спросил он.

— Нет, — Тайан покачала головой. — Четвертые Люди стерильны. Они — конечный продукт человеческой эволюции на этой планете. Но так как, подобно нам, врамэнам, и Третьим Людям, они обладают бесконечной жизнью, они и живут до сих пор.

Теперь многое стало понятно Хэммонду, словно освещенное вспышкой ужасной молнии. Он знал теперь, почему Мар Канн насмешливо сказал Тайан; «Я надеялся, что она может быть кем-то очень дорогим для меня» и почему Тайан с горечью ответила: «Меня обошел этот позор». Теперь он знал, почему ее упоминание о «любимых детях Третьих Людей» так задело Мара Канна.

— Это и есть причина, — сказала Тайан мрачно, — почему мы, врамэны, не пускали хумэнов к Альтару, оберегая секрет жизни.

— Но Боже праведный, почему вы просто не рассказали всей галактике правду? — воскликнул Хэммонд. — Люди бы не захотели и частицы секрета нескончаемой жизни, если бы знали, что ей сопутствует.

— Неужели? — посмотрела на него Тайан.

И когда Хэммонд задумался об этом, он почувствовал меньшую уверенность. Желание жить было самым глубоким, самым сильным и человеке. Предположим, вы обыкновенный мужчина или женщина и вы узнаете, что существует способ обрести бесконечную жизнь. Вам говорят, что это ловушка, что ваши дети будут отличаться от вас, что они будут крупнее и мозговитее, чем вы. Остановит ли это вас? И он вынужден был сам себе признаться, что нет. А когда у вас появились бы дети третьи люди, представители нового вида, он тоже захотели бы жить неопределенно долго и стремились бы к лучам звезды жизни, и таким образом произошла бы следующая мутация, и вы закончили бы четвертыми людьми, стерильной расой, которая стала бы тупиком человеческой цивилизации.

— Ты права, Тайан, — сказал он. — Они бы слетелись к этой звезде, как мотыльки к огню.

— И со временем этот огонь поглотил бы всех людей, — сказала она. — Прошло бы очень много времени, но в конце концов остались бы только Четвертые Люди, а после них, никого.

Мгновение спустя она добавила:

— Только в одном можно быть абсолютно уверенным, это в том, что Третьи Люди представляют опасность не только для врамэнов, но и для Четвертых Людей. Но еще существует возможность спасения.

Тайан замолчала, и они продолжали идти через лес мхов в тишине. Мозг Хэммонда так лихорадочно перерабатывал все то, что он услышал, что он даже не заметил ее молчания. Он снова подумал о Древе Жизни, плоды которого было запрещено пробовать человеку. Ему стало казаться, что не только в силу чистой случайности уникальная Звезда Жизни оказалась в глубинах огромной туманности, где ее трудно было найти. Но люди, к своему несчастью, нашли ее. И вот теперь, он, Кирк Хэммонд, тоже нашел ее, и это породило в его уме вопрос.

Прошло несколько часов, прежде чем Тайан остановилась и нарушила молчание.

— Нам надо отдохнуть. У нас впереди еще длинный путь.

Хэммонд подумал, что вполне вероятно, что она устала меньше его. Он сел рядом с ней под огромным мхом и посмотрел на ее четкий профиль. Затем она неожиданно повернулась и сказала:

— Теперь, когда ты знаешь, что я принадлежу к другому виду, твои чувства ко мне изменились?

Он был ошеломлен.

— Так вот о чем ты размышляла? Раз и навсегда, Тайан, нет!

Он обнял ее за плечи, но она отстранилась от него и покачала головой. На ее лице было трагическое выражение.

— Нет смысла, Кирк. Ты — хумэн и ты захочешь иметь жену и детей, в привычном для хумэнов смысле. А ни один врамэн не может вступить в брак в таком смысле или иметь детей. Мы отказываемся от всего этого, когда выбираем лучи этой звезды.

— Но, Тайан… — начал он, но она перебила его. Я сделала этот выбор двести лет назад, и я знаю, что он за собой влечет. Врамэны, которые пригласили меня стать членом их касты, рассказали мне ужасную историю о том, что случилось две тысячи лет назад, точно так же как я рассказала тебе. Я понимала все, и отправилась с ними на Альтар и стала врамэном.

Он закрыл ей рот ладонью.

— Дай мне сказать. Ты кое о чем забываешь. Ты забываешь, что я тоже стану врамэном, прожив под лучами этой звезды определенное время.

— Нет, — прошептала она. — Ты не должен этого делать. Со временем ты пожалеешь об этом и станешь ненавидеть меня.

Он не ответил. Он обнял ее за плечи и прижал к себе. Над ними возвышался темный и торжественный мох, и окружала тишина фантастического леса, и мягкое сияние неземного неба. Странное место, и странная судьба, которая свела этих двоих из разных миров и разных времен.

— Тайан, Тайан…

Глава 19

База врамэнов, Шаранна, замаячила перед ними после полудня, когда Звезда Жизни низко повисла в западном небе. Ее потускневший свет падал на высокие вершины и единственный огромный возвышавшийся столб, окрашивая их в мрачный пурпурный, сердитый красный и ядовитый зеленый цвета. Хэммонд содрогнулся. Ему показалось дурным предзнаменованием впервые увидеть этот город в таком свете, словно над этим местом уже нависла тень уничтожения.

Чувствовала ли Тайан то же самое или нет, он не знал.

Ее лицо было застывшим и бледным, маска, которая не изменила своего выражения в течение всего этого длинного и горького дня. Она была так далека от него, словно находилась на другой звезде, и это отчуждение причиняло ему боль, и все же он чувствовал, что она держит себя так скорее потому что любит его, чем потому что не любит. Растерявшийся и несчастный, он много раз пытался разрушить этот барьер, но в конце концов ему пришлось отступить и следовать рядом с ней так же молча, как и она.

Теперь высокая башня Шаранны была перед ним, воздух был тяжелым от сгустков цвета, горы скрывались в кровавом тумане; бесстрастные зрители вокруг арены, на которой жертва ждала — как там звучала эта древняя фраза? — момента истины.

Тайан пошла быстрее и быстрее, оставив его позади. Хэммонд прилагал все усилия, чтобы не отстать от нее. Перед ним раскинулся космический порт, в котором находилась около полудюжины кораблей и ряд зданий, над которыми возвышалась высокая и изящная радарная башня. Эта вышка находилась за портом в великолепной долине ее строгие линии сильно контрастировали с грубыми дикими скалами окружавших гор. Хэммонд не увидел никаких защитных сооружений, но неожиданно Тайан обратилась к нему, впервые за последние часы их путешествия, и положила ладонь ему на руку.