На перламутровых облаках - Талыбова Зульфия - Страница 8

Среди них был один особенный с розочкой посередине. Это был махровый нарцисс, гораздо красивее и привлекательнее других.

Но у Триандры он не вызывал неприязни и отвращения. Наблюдать один несравненный цветок среди поля из обычных нарциссов гораздо спокойнее, чем видеть подле себя живое его олицетворение.

Вокруг же махрового нарцисса ярким ковром раскинулось целое поле из дицентры великолепной, в обиходе называвшейся "разбитое сердце".

Перламутровые облака

(Рождественская сказка)

Привет, милый друг!

Надеюсь, ты не злой толстый котик и не сумасшедший единорожек с разноцветным хвостом, потому что эти товарищи ужасно утомили меня, но про них я чуть позже поплачусь.

Сейчас же хочу представиться.

Имён у меня много – Калесей, Селекай, Лалекола, Чакелали, Веалоки, Нилавиле…

Короче, просто Лелик.

Живу я в неприметном забытом городишке, в самой нижней части кучевых облаков. Здесь обитаем мы – низшие – единорожки с радужными хвостами, обстоятельные коты и жеманные ангелочки со своими нимфочками.

Над кучевыми облаками начинаются перистые, потом слоистые, все выше и выше, над ними перламутровые и серебристые, а там космос!

Туда нижним не попасть, там живут звёзды, вечно плачущая Луна и боги; а мы – просто челядь, ютимся на кучевых облачках. Но я-то уверена, что мое место не здесь.

Скорее всего, волею судьбы я упала с перламутровых облаков, иначе не могу объяснить, почему чувствую себя абсолютно чужой в кучевом городке.

Соседи и окружающие надо мной смеются. Они говорят, что если я и упала то, скорее всего, с астероида, прилетевшего из другой галактики, ведь более глупого существа не найти в небесном пространстве.

Поэтому меня не хотят принимать, и дело не только в моей глупости, или именах, которых у меня слишком много. Я ничего не знаю о моих родителях..

Наверное, я была зачата искусственно, ведь во мне много черт от разных существ. Насколько мне известно, у кота и радужного единорожка потомства быть не может, потому что они принадлежат к разным видам.

Хотя здорово бы посмотреть, кто выйдет из такого союза – летающий кот с радужным хвостом, или когтистый единорожка с кошачьей мордой?!

Как-то же я получилась такая – не крупнее того же кота, только у меня нет шерсти, когтей и лап. У меня руки и ножки, да и вообще я больше похожа на человеческого детеныша, но очень-очень маленького.

Ушки у меня большие, длинные и пушистые, как у зайчика. Я люблю украшать их серебристыми бантами из звездной пыли, если ее удаётся отвоевать у жадных котов.

Лицо тоже похоже на человеческое, только глаза побольше и выпученные, а нос тоненький и длинный.

Частенько на него садятся случайно заплутавшие птицы-моржи. Они считают, что мой нос – древесная ветка и сидят на нем, пока я их не смахну ручкой. Пусть, я не в обиде.

Ещё у меня есть хвостик, он такой же пушистый, как и уши, но на заячий не похож, скорее, как у белки; и на него я тоже надеваю бант.

Иногда мне кажется, что один из моих родителей заяц, ведь именно от него мне и достались пушистые уши и хвост, а другой родитель, скорее всего, стрекоза или бабочка, ведь у меня есть крылья, которые я могу снимать и надевать.

Бабочке и стрекозе такое не под силу. К тому же, мои крылышки больше похожи на лебединые – с белоснежными пышными пёрышками.

Домик мой стоит на облачке, и его, как и меня, тоже недолюбливают. Он трехэтажный, высокий, правда, узенький, в нём много маленьких комнаток. Со стороны кажется, что домик хрупкий и вот-вот развалится, но он крепкий и очень яркий – лилово-розово-фиолетовый – и напоминает крохотный воздушный дворец.

Я считаю, что вместе с ним и упала с перламутровых облаков.

Соседи мои – ворчливые толстые коты. Ещё есть ангелок-нарцисс со своей красноволосой суженой, они живут прямо над моей крышей.

Ангелок – обычный бездомный бездельник. Дом ему не нужен, он считает, что его жилище везде.

Он постоянно спит и храпит, но почему-то именно над моим дворцом!

Пока он лежит на облаке, его красноволосая суженая от скуки, раздобыв откуда-то толстый стебель курчавой травы, привязала ее концы к рукам ангелка, соорудив причудливые качели, и качается от зари до зари. Ногами всю мою крышу отбила!

Эта парочка еще полбеды. Толстые коты хлопот больше доставляют.

Живут они в норах, сотканных из облаков, вечно шумят, орут и воют.

Когда высоко над нашим городком пролетает комета, с ее огненного хвоста сыплется золотой дождь – это смесь из звездной пыли, серебристых камушков, алмазиков и драгоценностей.

Все алмазы успевают забрать существа с высоких облаков, а нам достается лишь пыль.

Правда, алчные коты ради драгоценных алмазов тщательно пылесосят облака. После их "уборки" облака напоминают тонкие кусочки сыра с дырочками. Как бы ни старались алчные котяры, весь оставшийся смак собирают единорожки на радужные хвосты.

Единорожки, словно земные, не помню их названия, с пушистым брюшком насекомые, которые добывают сладость из цветов, жужжат до тошноты, летают роем и собирают звёздную пыль. Живут они в гигантском облаке, которое заполонено дырками-норками, где они и спят.

Радуга из хвоста, словно магнитом цепляет все кристаллики пыли и сияет ярче. Насытившись пылью, единорожки улетают, а за остатки уже борются коты и ангелки-бездельники.

Я же не борюсь. Если что-то достанется, собираю, но насильно в драку не лезу.

Потому что даже простая пыль очень ценна.

Из нее я шью банты для ушей и хвоста, и из нее сотканы мои любимые полосатые колготки.

Еще у меня есть роликовые коньки. В них я катаюсь по крышам человеческих небоскребов…

Толстые котики самые алчные кучевые жители. Они, как и я, считают, что им не место на кучевых облаках, потому возомнили себя истинными владыками звёздного неба.

Из пыли мой сосед – жадный кот шьёт звёзды и луну.

Вокруг своего дома он развесил много веревок, и на них прицепил кучу звёзд и месяц, и сидит весь такой в "космосе".

Он уже столько их вышил, что, кажется, будто я улетела дальше перламутровых облаков до самого центра Млечного Пути!

Правда, ему приходится мыть и стирать искусственные звёзды, а потом он их отутюживает и вновь развешивает.

Я же собираю остатки пыли, но жадные коты косо на меня смотрят. Я не шью из нее перламутровые облака, ведь у меня есть домик-дворец, на котором я с них и упала.

Почему я так уверена? Расскажу: однажды со мной приключилась удивительная история, после которой мои ногти навсегда прибрели ярко-фиолетовый оттенок.

Как-то рано поутру я все-таки решилась на путешествие до перламутровых облаков.

Правда, ничего не получилось, я сорвалась и так больно приземлилась, что до сих пор слезы на глаза наворачиваются.

Помню, я летела и летела, без передышки, лелея надежду, что скоро приближусь к мечте.

Под конец моего путешествия я так устала, что не могла шевелить крыльями, а просто карабкалась наверх, руками хватаясь за облака. Я разрывала их на кусочки, напоминавшие крохотные меренги.

Подняв голову, я заметила, что кучевые облака расступились, но за ними открылась пропасть. Изо всех сил я поднялась до самого верха облачной горы, как вдруг, нечто так сильно хлопнуло меня по пальцам, что я с криками сорвалась и полетела вниз…

Приземлилась я прямо на крышу своего дворца.

Он всегда напоминал мне красивое пышное безе, и я очень удивилась, как он не разлетелся на сотни лиловых крошек.

С тех пор два ногтя на пальцах правой руки и один на пальце левой стали ярко-синего цвета с красивым нежно-фиолетовым оттенком.

Пальцы сильно болели, но горько почему-то было в груди, ведь я почти приблизилась к мечте, но она не пустила меня к себе, только оставила печать на моих ногтях.