Невеста замка роз (СИ) - Бруснигина Ольга - Страница 20

— За долгую дорогу ее копыта истерлись, бока похудели. Видите ли…

— Наш конюх лучший мастер своего дела. Из его рук лошадки выходят посвежевшими, будто только родились. Шерсть у них лоснится от вкусной травы и фуража, гривы расчесаны, хвосты убраны в косы.

— Извините, я не хотел быть невежливым, — попытался оправдаться колдун.

— Ваш путь был долгим и не таким простым, — добавил распорядитель.

— Верно.

— Отдыхайте. Вас ждет добрый ужин и теплая постель. Я уже отдал распоряжение затопить в вашей комнате камин. Ночи у нас сырые и холодные. Жителю южных стран легко подхватить простуду.

Засыпая на мягкой постели после приятной горячей ванны, колдун вновь поплыл в сновидениях, от которых сердце билось чаще. И, что ни говори, он был так близко к своей цели. Как нельзя, кстати, король отбыл, сделав свободным путь.

Глава 21

Проведя весь следующий день в постели, ленясь и потягиваясь Уильям Грум восстановил силы. А после вкусного обеда, состоящего из ароматного жаркого из молодого барашка, сырных лепешек и крепкого хереса, тут же разогревшего кровь, он воспрял духом и настроился на легкую победу. Ему благоволил темный Владыка, посылающий одни блага за другими. Простаков на жизненном пути встречалось все больше. Прежде бы его гнали взашей, а теперь он — знатный господин, имеющий собственного лакея.

— Эй! Человек! — громко позвал он.

— Что господину угодно? — отозвался молодой слуга, стоящий за дверью и тот час, примчавшийся на зов.

Колдун решил поразвлечься. У него никогда не было слуги. Почему же не воспользоваться случаем?

— Там, откуда я родом, — начал он, — для гостя моего сословия следует устраивать представление. И состояться оно должно именно сейчас.

Слуга ничуть не смутился, всем видом показывая смирение и желание угодить.

— О каком действии идет речь?

Колдун рассердился не на шутку, обескураженный покорностью слуги. Он-то ждал противостояния, почти был готов навешать тумаков этому чересчур воспитанному малому. Эх, ладошкой бы да по щеке! Скрипнув от злости зубами, он процедил:

— Мой святой покровитель Просперо, как тебе будет известно, воспарил в воздухе со множеством ангелов. Их белоснежные крылья затмили Солнце, укутывая Землю в сумрак.

— Мне известна эта история, — с улыбкой на лице ответил лакей.

— Тогда, чего же ты ждешь?

— Вашего дозволения.

— Желаю…

— Сию секунду.

Слуга умчался, след простыл.

«Убежал, испугался» — решил колдун, переворачиваясь на другой бок. Этот он, к сожалению, отлежал до ломоты. Жаль, что развлечение оказалось таким скучным.

Но не тут то было. Слуга вмиг обернулся, да, не один. С ним прибыло несколько ангелов в белоснежных одеждах. За их спинами шуршали крылья из чудесных перьев.

У Уильяма рот широко распахнулся от удивления, когда ангелы затянули ангельскую песню. В хороводе, среди лиц с действительно райским обликом, внезапно возник святой Просперо — по преданиям мужчина внушительного телосложения. Еще больший восторг, когда тот, взмахивая пухлыми ручками, вознесся над остальными.

— Подари нам ключи от рая, — пели ангелы.

Просперо распростер руки широко в стороны:

— Дети мои! Пойте гимн во славу! Дарую вам свое благословение.

Ангелы, кружась в танце, пели дивные строфы, сплошь содержащие дифирамбы властителю неба. Представление завершилось возложением венка на голову Просперо, сияющего от благодати.

Колдун, ошалевший от всего происходящего, сидел на постели, обхватив колени руками.

— Доволен ли господин? — поинтересовался слуга.

— Более чем…

— Если потребуется еще что-то, только скажите.

— Непременно.

Колдун уже сожалел о просьбе. Еще один урок. Он недооценил здешнего гостеприимства.

— Могу ли я доложить господину управляющему, что полностью удовлетворил ваши потребности?

— Конечно.

— Знаете, благодаря вам я получу внушительное жалование.

Уильям Грум усмехнулся. В этой ситуации он вновь оказался в дураках. А этот молодой слуга использовал его в своих интересах.

«Старею, глупею» — промелькнуло в его голове.

Слуга будто прочитал его мысли:

— Я к вашим услугам. Если нужно я наряжусь лично, хоть в черта.

— Пошел вон!

Настроение испортилось. Плохой знак. Колдун встал с уютной постели, чувствуя холод в руках и ногах. Эта суровая местность не благоволила к его возрасту. Он слышал, что люди на севере отличаются суровым нравом, полностью очерствев сердцами. Играть на чувстве таких сложно, почти невозможно.

— Владыка! — обратился он к своему покровителю.

Произнес слова тайной молитвы. Все еще надеясь на покровительство.

— Действуй! — услышал он в ответ.

Может явь, или старческое слабоумие отвечало на его призыв.

— Держись, пташка! Я иду к тебе, — прошептал он, облизывая пересохшие губы.

Осталось только определить, где находятся покои королевы здешних пределов.

— Белла, Белла, где же ты? — вслух произнес колдун.

— Вы звали? — возник в проеме двери надоедливый слуга.

Колдун осмотрел молодого человека с ног до головы:

— В тебе чувствуется порода, — соврал он.

— Правда?

— Осанка, взгляд выдают в тебе потомка знатной фамилии.

Пришло время колдуну пользоваться хитростью.

— Вижу, что в твоих жилах есть отпечаток голубой крови. Бастард?

— В глаза такое не говорят, — со вздохом ответил лакей.

— В тех местах, откуда я родом на это не обращают внимания. Всех детей крови принимают и воспитывают, как равных. Право наследования для всех общее в независимости от сословия матери. Просто дети, зачатые в любви.

— Жаль, я родился в ином мире. Моя мать — всю жизнь служила лорду, ставшему моим отцом. Он не отвергал меня, но и не торопился стать родителем.

Лакей явно был расстроен.

— Однажды мой отец взял меня на охоту. Но там произошло страшное.

В глазах молодого человека появилась слеза.

— Отец погиб от клыков дикого вепря, а я так и не познал отцовской любви.

— Может он просто не успел?

— Теперь это я не узнаю. Я нищий без рода и сословия. И всяк, вроде вас может помыкать, указывать всяческие непристойности. За время службы я видел много странных людей. Ваши причуды, в отличие от них — детские шалости. Мне приходилось становиться скакуном для богатой дамы, оруженосцем для выжившего из ума старца, любовником для вдовы разорившегося рыцаря. Знаете…

На парня явно снизошло откровение. Ему почему-то захотелось выговориться.

— Знаете, — продолжил он, — каково быть мальчиком для битья?

Колдун вдруг проникся. Близкая тема.

— Каково?

— Все равно, что собаке: пинают, потом ласкают. А я готов пресмыкаться, чтобы услужить. Ведь мое место — лакомое. Столько есть желающих на замену. Так, что можно сказать: мне повезло. Спасибо маменьке, проявившей чудеса убеждения. Не знаю, как ей удалось войти в доверие к господину управляющему.

— Вижу, что вам не чуждо тщеславие, — заметил колдун, — и возможно, вас может ожидать счастливое будущее. При определенных условиях, конечно же.

— Где уж там!

— Не теряйте надежду.

Уильям снял с пальца перстень с молочным опалом, повертел в руках. Украшение дорогое, но бестолковое. Прежний хозяин потерял голову на плахе за кражу государственной казны. По всем приметам, украшение имело дурную славу, принося неудачу владельцу. Но лакею это было неизвестно.

— Я подарю вам это чудесное кольцо.

— За что?

— Оно стоит целое состояние.

— Несомненно.

В глазах пронырливого слуги загорелся хищный огонек.

— Вы умеете хранить тайны? — спросил колдун.

Лакей встряхнул длинной челкой. Его ладони вспотели от волнения. Еще бы! Он, как только увидел перстень, тот час оценил его стоимость. Желание обладать драгоценностью затмило его разум.

— Умею, — шумно дыша, ответил он.

— Перстень ваш. Естественно за услугу.