Фальшивая принцесса (СИ) - Балашова София - Страница 29

Ангелина внутренне сжалась. Повара конунга явно тоже отовариваются здесь… Это что же получается? Её кормят этим?! Она ест мясо, которое, до того, как попасть к ней на тарелку, перелапала половина столицы?! Ну и мерзость!

Вторым, хоть и не настолько тошнотворным, но всё же довольно неприятным открытием стало отсутствие ценников. Поначалу для Ангелины — человека, выросшего в условиях развитой экономики, подобная новость оказалась шокирующей. Не в силах поверить в это, она принялась пристально разглядывать торговые навесы, выискивая заветные бумажки с цифрами, чем вызвала лёгкое недоумение у прохожих. Ратель пришлось даже грубовато одёрнуть свою подопечную — не хватало ещё, что бы вдобавок к уже имеющимся некомплиментарным характеристикам будущей правительницы Каттегата присовокупилось и сумасшествие! Но вскоре на Ангелину снизошло кошмарное для любого интроверта озарение: для того, чтобы узнать всю необходимую о товаре информацию, нужно обращаться к продавцу. Никаких ценников, никаких этикеток с составом, производителем и сроком годности, никаких чеков — все торговые отношения здесь представляют собой примитивнейший обмен товара на деньги, основанный исключительно на устной договорённости между продавцом и покупателем и лишённый каких бы то ни было гарантий. Короче говоря — социофобная душа Ангелины обрела в лице местных рынков свой персональный Ад, способный враз излечить девушку от шопоголизма.

— Ах, Ваше Высочество! — Гудхильд резко выпрямилась. — Рог!

— Ч-что? — Приподняв подол платья, Ангелина подбежала к окну.

Там, вдали, где заходящее солнце касается чёрной морской глади, виднелись очертания мощных каттегатских драккаров.

— Едут, — довольно констатировала приблизившаяся к принцессе служанка.

— Ты уверена, что это он? — Голос Ангелины казался спокойным, но та неловкая поспешность, с которой она сцепила руки, выдавала её взволнованность.

— Да, Ваше Высочество, — Гудхильд едва заметно хмыкнула, подмечая нервозность своей госпожи. — Это точно Его Величество, говорю вам. Разве ж я его драккар не узнаю? Он на нём с детства ходит, работа его батюшки, как-никак.

— Его батюшки? — Заинтересовано повторила девушка. — Он был кораблестроителем?

— Скажете тоже! Его покойное Величество конунг Снорри был литой! Мы ж благодаря ему в своё время и разгромили Бургундию! А драккары — это так, развлечение.

— А что с ним случилось?

— Так волки задрали. Аккурат в ту ночь, когда за победу пировали. Упился пива, да и вышел балагурить — охотничать надумал на ночь глядя… Видать, пьяный уснул, а зверьё у нас в лесах дикое, вот и подрали. С ним, кстати, и отец кин Ратель помер, они ж вдвоём туда пошли.

— Боже… ство… А сколько лет было Хар…, то есть, Его Величеству Харальду, когда это произошло?

— Ой, тут я вам точно не скажу, Ваше Высочество — это ж ещё до моего рождения случилось! Но, думаю, Его Величество тогда ещё едва-едва пешком под стол ходил. Он батюшку своего и не помнит совсем.

— Вот как, — Ангелина прикусила губу. Взгляд её был устремлён на быстро увеличивающиеся чёрные кляксы боевых драккаров, постепенно удаляющихся от наполовину потонувшего в ледяной воде солнца.

— Ах, Ваше Высочество! Совсем забыла! — Гудхильд раздосадовано хлопнула себя по бедру. — Ваша одёжка!

— Что? — Как-то рассеянно спросила Ангелина.

— Нужно ткани вам подготовить! Для горячего источника! Его Величество ходит туда сразу после возвращения из рейда. Обычно он с собой брал мра Отталию, но после того, как она десяток двенадцать назад заженилась, конунг звал какую-нибудь служанку. Но теперь-то у него невеста есть!

— Что-о-о?

— Говорю вам, Ваше Высочество, Его Величество вас попросят!

— Э-э-э…, — Ангелина застыла, не зная, что ответить.

Неужели Гудхильд это всё всерьёз? Какие ещё горячие источники? Она не собирается идти с Харальдом ни на какие источники! Ей достаточно той злополучной ванны, которую они делили на постоялом дворе в Корлеме, она не собирается больше радовать его ничем подобным!

— Я не пойду никуда с ним! — Из-за клокотавшего в груди девушки возмущения, голос её сорвался на фальцет. — Мы ещё даже не женаты!

— Ах, да разве ж есть разница, Ваше Высочество? Вы же ж всё равно почти супруги… да даже если бы и не были, кого это когда останавливало? Знамо дело: главное, чтоб ребёнок ни от того не народился, а так… все мы из чрева Божества вышли, чего уж тут. Да и ваш норов, кхэм-кхэм, — поняв, что позволила себе лишнего, служанка стушевалась.

— И что с моим норовом? — Ангелина требовательно взглянула на свою визави, дожидаясь от той продолжения. У неё и раньше возникали некоторые подозрения по поводу репутации Генриетты — взять, хотя бы, слова Ротхена и, хоть и тонкие, но очевидные намёки самого Харальда, — но она предпочитала до последнего надеяться на то, что это было не более чем локальная сплетня. Но раз уж об этом знали, похоже, почти все… это уже заставляло нервничать. Как она объяснит свою абсолютную неопытность в этом вопросе правителю Каттегата, когда до этого дойдёт дело? Не слишком ли много неожиданных открытий на одну принцессу?

— Ну, кхэм… ох, Ваше Высочество, прошу, не гневайтесь! — Неожиданно служанка упала на колени. — Забылась я… совсем, дyра, заговорилась!

— Боже мой, Гудхильд! — Ангелина подбежала к девушке, схватив её за руку. — Поднимайся! Что ты такое делаешь вообще? Это… это… вставай!

— Ваше Высочество, я вас не хотела оскорбить! — Отирая рукавом своей выцветшей сероватой рубашки слёзы, прислужница неловко поднялась. — Это дин Марта всё, клеветница проклятая… ходит, болтает тут! У меня, говорит, сестра троюродная дружит с женой торговца специями, а у него друг контрабандист, у которого брат знаком с одной тол, которая раньше помощницей кухарки была в графстве Скоттшир. Ну и она, говорит, много чего интересного рассказывала о сынке графа Скоттшира, — Алексе и Его Высочестве принце Уильяме… Она вас туда приплела, говорит: "Её Высочество не лучше своего братца… такие кренделя выписывает, само Божество стыдится!" Ну и всё в таком духе…

— И что там за "кренделя" такие?

— Ох, Ваше Высочество! — Гудхильд отвела взгляд от Ангелины. Щёки её заалели. — Ну там такие глупости! Сплошная мерзкая клевета!

— Ну Гудхильд, ну хватит ходить вокруг да около! Рассказывай! Я хочу знать, что тут обо мне думают.

— Да что рассказывать-то, Ваше Высочество? Ну, говорят, служанок в постель тягаете… дак а кто из господ так не делает? Все делают! Кин Ратель-то вон, своего молоденького помощничка тол Хэлтора только так и пользует! И в хвост, и в гриву его, бедняжку! Она дама строгая, с ней не забалуешь! И ничего! Никто слова ей поперёк не скажет, а тут нате вам — как разговор о принцессе Норфолка зашёл, так сразу заголосили…

— Э-э-э… и это всё, что ли? — В голосе Ангелины, к её собственному удивлению, проскользнуло разочарование. С одной стороны она, вне всяких сомнений, была рада тому, что список достижений её двойника куда более приемлемый, чем она себе навоображала, но с другой… эти намёки были настолько многообещающими, что у девушки против её воли сформировались определённого сорта ожидания, а неоправданные ожидания — это всегда, как минимум, некоторое смятение.

— Ну, поговаривают ещё, что вы любите э-э-э… когда у вас… кхэм, не с одним мужчиной, Божество меня прости, — Гудхильд быстрым движением трижды прикоснулась указательным и среднем пальцами ко лбу, выражая своё почтение к Единому.

Ангелина в удивлении приподняла брови. Однако. Похоже, Генриетта действительно была не из числа тех людей, которые привыкли отказывать себе в удовольствии…

— Я надеюсь, какой-нибудь лютой чернухи связанной с трупами или животными там нет? — Неловко рассмеявшись, с надеждой вопросила она.

— Ах! Великий Душитель вас… Ваше Высочество! Конечно же, нет! Ох, Единый, ну вы и выдумали! До такой-то низости кто опустится! Фу!

— Ну, слава Божеству, всё не настолько запущено. А что касается остального, — Ангелина подошла к окну, наблюдая за тем, огромные тёмные драккары, решительно прорезая поверхность воды, приближаются к берегу, — глупости это всё. Просто сплетни пустые, не больше.