Одержимый плейбой (ЛП) - Вулф Алекс - Страница 11

Воздух наполняется ароматом дорогого кофе.

Полагаю, Дэйкон сообразил, как его сварить. Плюс в его копилочку.

Он подходит ко мне сзади.

— Кофе будет готов через несколько минут. — Дэйкон обнимает меня. Я так расслаблена, что подаюсь назад и слегка спотыкаюсь.

— Аккуратней, Куинн. — кошачьим рефлексом Дэйкон ловит меня и на долгое мгновение заключает в свои объятия, прежде чем поставить прямо.

Он улыбается и тянется открыть дверь, ведущую на балкон.

Боже, я такая неуклюжая рядом с ним.

Балкон очень красив — на равном расстоянии вдоль стены расположены цветы в горшках и пара огромных шезлонгов.

— Очень захватывающе.

— Да, так и есть.

Желудок сворачивается в узел, и в то же время я внутренне вздрагиваю. Не следует находиться рядом с Дэйконом, но все же я не могу оставаться в стороне.

— Мне нравится сидеть здесь и пить кофе, когда я работаю дома.

— Понимаю почему.

Он проходит мимо меня и включает наружный свет.

— Присаживайся и устраивайся поудобнее. Я принесу твою сумочку. Есть подключение к сети, если тебе нужен Интернет, пароль Wi-Fi — KimJongTateSucks. Никаких пробелов. Первая буква каждого слова с заглавной буквы.

Я качаю головой, глядя на Дэйкона. Тот пожимает плечами.

— Что?

— Ничего. Спасибо. — опускаюсь на толстые подушки одного из шезлонгов и пытаюсь представить Дэйкона, сидящего здесь и обдумывающего свои дела. Он возвращается через несколько минут с моей сумочкой и дымящейся чашкой.

Я вдыхаю аромат. Мои брови взлетают вверх. Ореховые сливки и два кусочка сахара. Неудивительно, что он так долго возился на кухне.

— Как ты догадался, что я люблю такой кофе? — улыбаюсь поверх краев чашки, дуя на горячую жидкость, прежде чем сделать глоток.

Дэйкон садится на другой шезлонг, пристально глядя на меня серыми глазами.

— Я обращаю на тебя больше внимания, чем ты думаешь. И замечаю каждую мелочь, Куинн.

Мои щеки горят, и я не уверена, что послужило тому причиной — кофе или слова Дэйкона. Возможно, и то, и другое.

— Мне нужно учиться. — понимаю, что грубо обрывать его, когда он такой милый, но это уже слишком. Я потрясена просто тем, что нахожусь здесь, и мне действительно необходимо просмотреть свои записи.

— Оставлю тебя наедине. Позвоню пока по работе. — он встает со стула и идет к двери.

К моему большому удивлению, Дэйкон остается верен своему слову. Он оставляет меня в покое почти на полчаса, а затем возвращается, чтобы снова наполнить мою чашку и приносит булочку с корицей, за которую можно умереть.

— Вот это да-а-а… — я издаю долгий стон, потому что булочка восхитительна.

— Люблю, когда ты так стонешь. — проницательный взгляд Дэйкона согревает меня изнутри. Проведя большим пальцем по моим губам, он смахивает несколько крошек с моего рта, а затем слизывает их.

Боже, это так чертовски сексуально! Я знаю, что Коллинз хочет меня в своей постели, и, если я быстро отсюда не уберусь, он добьется успеха.

Начинаю собирать вещи. Удивительно, но Дэйкон не пытается остановить меня.

— Мне пора. Ты обещал, что будешь вести себя хорошо. Этот тест для меня очень важен, он имеет решающее значение.

— Мм-м, ладно. Я и не знал, что я плохо себя веду. — Дэйкон качает головой, словно пребывая в замешательстве. — Ты в курсе, что фирма предлагает стипендии для такого рода вещей? Я мог бы замолвить за тебя словечко. И мы бы оплатили твою учебу.

Я яростно качаю головой. В моем сознании сразу становится ясно, насколько разным было наше воспитание и как много миль отделяет нас друг от друга. А, может, я просто ищу предлог убраться отсюда, пока его маленький план не сработал на мне.

— Я не беру подачек. И не занимаюсь благотворительностью. Я хочу сделать это сама для себя. Тебе это не ведомо, ведь ты привык получать все на блюдечке! — делаю паузу и глубокий вдох. На самом деле Дэйкон не заслуживает моих обвинений, но они просто как-то сами собой вырвались. — Послушай, Дэйкон. Мы с тобой разные. Там, откуда я родом, чтобы получить что-то, нужно на это заработать.

Он играет желваками и потирает подбородок. Вижу напряженность, горящую в стальном взоре. Не думаю, что Дэйкон когда-либо злился на меня раньше, но прямо сейчас выглядит именно так.

Однако он не взрывается. Сидит весь такой спокойный. И я даже не знаю, на кого сейчас смотрю. Такое ощущение, что передо мной, наконец-то, взрослый мужчина.

— То есть, по-твоему, нормально вот так просто подгонять человека под шаблон?

Я съеживаюсь. Это самое близкое, что у нас когда-либо было к серьезному разговору. Неизведанная территория.

Дэйкон встает. Теперь, чем больше крутятся шестеренки в его голове, тем более расстроенным он выглядит.

— Да, моя жизнь так проста! А ты знаешь, каково быть младшим братом Декера Коллинза? Бейсбольного бога! Я мог бы стать таким же успешным, как он, если не лучше, но тогда бы на меня постоянно давили, чтобы я соответствовал статусу. Я любил бейсбол, но играл в футбол назло Декеру. Просто чтобы доказать, что могу сделать то, чего не мог он. Тебе кажется, что ты знаешь меня, Куинн, но это не так.

Смотрю вниз, не в силах встретиться с ним взглядом.

Дэйкон шагает к двери, но в последнюю секунду оборачивается.

— С тобой я стараюсь быть лучше. Никогда ни для кого этого не делал. Но, кажется, мне не стать для тебя кем-то бо́льшим, чем простым парнем, с которым ты трахаешься в подсобке на работе, да?

Его слова — пощечина. От них больно, очень. Боль почти невыносима, потому что Дэйкон прав. Я никогда по-настоящему не давала ему честного шанса. Я была строга с ним и, возможно, действительно ограничила рамками и не потрудилась заглянуть глубже. Возможно, его юмористическая легкомысленная сторона — защитный механизм, который он использует, чтобы скрыть, каким является на самом деле.

Подхожу и тянусь к его предплечью.

Коллинз не смотрит на меня. Точно могу сказать, что причинила ему боль, и он не хочет, чтобы я это видела. Даже сейчас у меня такое чувство, что он делает это не от стыда, а пытается защитить мои чувства, не показывая, что я ранила его.

— Прости меня. Ты прав.

Наконец Дэйкон поворачивается и смотрит мне в глаза.

— Прав в чем?

— Во всем, что только что сказал…

Он наклоняется, заключает мое лицо в ладони и пристально глядит на меня. Когда он так делает, все мои стены рушатся, и мне хочется впустить его в сердце. Но я боюсь довериться ему. Боюсь упасть. Дэйкон Коллинз приводит меня в восторг и в то же время пугает. У него есть возможность причинить мне боль. Мы оба это знаем. Но сейчас он так чертовски уязвим. Кажется, он никогда никому не позволял видеть себя таким или говорить то, что только что сказал мне.

— Ты мне нравишься, Куинн. Не знаю, что сделать, чтобы ты поняла, что это правда.

Прежде чем я успеваю заговорить, его губы соединяются с моими, и все остальное исчезает.

Мужчина занимается любовью с моим ртом так, словно практиковался на мне всю свою жизнь. Опускаясь на колени, он скользит рукой мне под юбку, дразня пальцами трусики, но при этом прижимается лбом к моему животу.

— Я не хочу ссориться с тобой.

Инстинктивно протягиваю руку и притягиваю его ближе к себе. Наклоняюсь и шепчу:

— Я тоже, — начинаю расстегивать его рубашку.

Он хватает меня за руку.

— Притормози. Мы не на работе. У нас полно времени.

Он сейчас такой милый и близкий. Хочется, чтобы это длилось вечно, и в то же время хочется, чтобы это был просто еще один быстрый секс — тогда не придется иметь дело со всеми новыми эмоциями, переполняющими меня.

Разум лихорадочно работает. Из-за этого мужчины я чувствую головокружение и растерянность.

Когда мы собираемся снова поцеловаться, мой телефон жужжит в сумке, и это разрушает чары. Я вытаскиваю мобильный и вижу на экране имя папы.

— Черт. Мне пора. Прости. — протискиваюсь мимо Дэйкона, чуть не спотыкаясь о него, когда спешу взять свои вещи. Папа ждет меня дома уже час. Он, наверное, волнуется.