Остров страсти (СИ) - Красная Карина - Страница 39

Донской зажмурился, кровь заливала лицо. Силы оставляли соперников, но их ярость никуда не делась. Лев ударился виском о камень и на мгновение потерял концентрацию. Кросс занес над ним острый кусок гранита. Промах! Донской не понял, как уклонился. Выручили рефлексы, голова чуть сместилась в сторону и смерть лишь оцарапала подбородок.

Убийца напирал, он чувствовал, что победа близка. Оскар даже не знал, что умеет так драться. Адреналин бурлил. Несмотря на боль, Кросс получал удовольствие от схватки. Еще немного и больше никто не помешает ему отомстить неверной женушке.

Пока на вершине скалы кипела кровавая драка, у её подножья нерешительно стояла Дана. Придя в себя, она сразу побежала следом за Львом. Леденцова не видела ход битвы, но интуиция кричала, что беда вот-вот случится. Дана упала на колени, взывая к Богине Любви.

— Помоги, молю помоги! — шептали дрожащие губы, а слезы стекали из-под закрытых век.

Локоть Оскара упёрся Льву в кадык. Кросс попытался передавить горло и приём сработал. Донской задыхался, но продолжал бороться. Он не боялся погибнуть, он боялся за Дану. Ни какая богиня не защитит её, если Оскар сейчас победит. Теряя сознание, Льву почудилось, как тень смерти мелькнула за спиной Кросса.

Земля зашаталась. Даже могучие горы дрогнули от этой силы. Чайки с испуганным криком взмыли в воздух. Тут же накатил второй толчок. Камни затрещали, и землетрясение обрушило край скалы. Противники полетели вниз.

Дана видела, как два тела упали в воду, а следом посыпались громадные куски базальта. Морская могила поглотила добычу, прикрыв сверху высокой волной. Все было кончено. Лев и Оскар так и не выявили победителя.

Девушка обреченно стояла не берегу. Ветер подхватил её крик, пронёс над вертушками пальм и разметал в облаках. Чайки жалобно вторили ей с высоты. В последний момент Леденцова поняла, что песок уходит из-под ног и потеряла сознание.

Глава 28. Прощание

Закат окрасил облака багряным. В любой другой день, робинзоны восхитились бы такой красотой, но сегодня это напоминало им о смерти. Будто пролитая кровь не впиталась в землю, а поднялась вверх и растеклась по небу.

Молло волочил по пляжу две длинные сухие палки. Он часто останавливался, ждал, пока голова перестанет шуметь и вновь принимался за дело. После удара на затылке Чинеду вздулась огромная шишка, но в целом ему повезло, череп выдержал. Молло дотащил свою ношу, разломил ветки пополам и уложил на погребальный костер.

— Оля как чувствовала. Помнишь, еще в пещере сказала, чтобы сожгли её, если умрет? — отрешенно пробормотала Солнечная. Глаза Лики распухли от рыданий, но сейчас она не плакала. Слёз просто не осталось.

— Угу, помню. В последние дни я тоже частенько размышлял о смерти. Но думал, меня прикончит голод, а не эта тварь.

— Он нас не убил, потому что вмешалась Дана. Она его на себя отвлекла. А потом уже Оля её спасла. Олька оказалась такая смелая…

— Shit, я сегодня не лягу спать. Боюсь, что эта гнида выберется из моря. Такие ублюдки на редкость живучие. Раз тело не нашли, можно ждать чего угодно.

После удара Молло не видел, что случилось на пляже. Он отключился в одно мгновение, а очнулся, когда Солнечная обмывала его лоб от крови.

— Если он выплывет, то пожалеет об этом. Я его заживо тут сожгу, легкой смерти не дождётся, — блогерша снова и снова прокручивала в голове сцену гибели подруги.

Костер сложили колодцем в полтора метра высотой. Давид и Оля лежали на деревянном настиле, касаясь друг друга пальцами, словно хотели подняться на небеса рука об руку. Голову Давы прикрыли пальмовыми листьями. Кросс успел так обезобразить его лицо, что невозможно было смотреть.

Лика постояла несколько минут в изголовье Оли, попрощалась и поцеловала её лоб в последний раз.

— Позову Дану. Пора…

Молло вздохнул, дотронулся до посиневших пальцев Лариной, а затем вытащил из костра горящую головню.

— Даночка, все готово, пошли.

Леденцова сидела на каменном пирсе, обхватив колени руками. Она открыла глаза, посмотрела на подругу туманным заплаканным взглядом и с трудом поднялась.

Погребальный костер запалили с четырех сторон. Вначале тела окутал едкий дым, а затем жар стал таким сильным, что людям пришлось отступить. Языки пламени лизали трупы, обугливали кожу и вгрызались в плоть огненными клыками. Самый безжалостный в природе хищник приступил к пиршеству.

Потянуло запахом жареного мяса. Лику затошнило, она больше не могла на это смотреть и отбежала в сторону. Дана прикрыла лицо рукой. Молло громко закашлялся, отвернулся от дыма, а затем сказал:

— Этот гад подбивал напасть на вас. Говорил, что вы задумали меня прикончить.

— Да, мне Дава тоже самое говорил. Хотел стравить нас втроём, а когда не получилось, решил вот так, — Лев провел ладонью по слезящимся глазам. Стиснув зубы, он наблюдал как тела, превращаются в пепел.

В ушах у Донского до сих пор стоял чудовищный грохот, когда землетрясение обрушило скалу, и они вместе Кроссом полетели в море. Лев на всю жизнь запомнил сумасшедшие глаза Оскара, даже в двух секундах от смерти, тот продолжал сжимать его горло.

Затем последовал удар. Вода показалась тверже бетонной плиты, Донской решил, что сломал все кости до единой, дикая боль прокатилось по телу, но кричать было нельзя. Закричать — значит выпустить из лёгких драгоценный кислород, последний шанс на спасение. Погружаясь на глубину, Лев видел, как мимо него мелькали камни. Обломки скалы стремительно погружались на дно и чудо, что ни один из них не зацепил беспомощно барахтающегося человечка. Но чудеса на этом не закончились. Когда Донской уже захлебывался, мощная волна подхватила его и выбросила на берег.

— Только сегодня я узнала, каким на самом деле он был чудовищем. Ценой их жизни. Я чувствовала, что смерть где-то рядом. Но не смогла никого спасти, — Дана обреченно опустила голову.

— Знать, не значит предотвратить. Мы вообще не должны здесь стоять. Наше место с теми ребятами из самолета. Просто так случилось…

Но Леденцова возразила:

— Нет, моё место здесь. Теперь я точно знаю.

Давид и Оля искрами взлетали над костром, ветер подхватывал их и развеивал над морем. Вскоре остров надел траурное, окрасившись в черный. Наступила ночь, но никто не спал. Тихие разговоры продолжались почти до рассвета. А утром всех разбудил пронзительный возглас Лики:

— Кооорааабль! Вон там! Смотрите, настоящий корабль!

Небольшая яхта со спущенными парусами дрейфовала перед островом. Через несколько минут от неё отделилась лодка, загудел мотор и вскоре два человека высадились на берегу.

— Hello! My name is Robert! — бодро поприветствовал робинзонов седой загорелый мужчина лет пятидесяти в светлой майке и шортах.

— Hello! — Солнечная с трудом удержала себя в руках. Ей жутко хотелось наброситься на незнакомцев, обнять их, пощупать, убедиться, что они настоящие, а не мираж.

Лика знала английский лучше друзей, и выслушав приветственную речь Роберта, перевела остальным:

— Они путешествуют по Карибам. Но из-за шторма сбились с курса, яхту сильно отнесло в сторону. А вчера заметили костёр на острове и решили подплыть ближе. Ночью боялись высаживаться, ждали утра. Как-то так… еще он спрашивает что-то про пресную воду, им нужно пополнить бак.

— Спроси, он заберет нас сейчас?! — Молло рявкнул таким тоном, что ответь Роберт отказом, то Чинеду перебил бы весь экипаж и захватил корабль.

Вместо Роберта заговорила смуглая брюнетка, которая представилась Мануэлой. Женщина изъяснялась с сильным испанским акцентом, но Солнечная быстро уловила суть вопроса.

— Она спрашивает, откуда мы тут взялись? По картам остров необитаем.

Когда новые знакомые услышали про авиакатастрофу, то в ужасе переглянулись.

— Помнишь, мы читали о той трагедии?!

— Да, Бобби! Но это было несколько месяцев назад!

— В новостях писали, что спасатели нашли лишь обломки и трупы. А выживших не обнаружили…