Сопротивляйся - Летова Мария - Страница 10

В них пусто, я просто хочу веселиться.

Мы вываливаемся из клуба в два ночи, хохоча, и целую вечность пытаемся вызвать такси. По крайней мере, у нас с ней нет разногласий по поводу того, что пора домой.

На парковке перед входом винегрет из машин и людей, сырой уличный воздух пропах сигаретами.

Я уже не сомневаюсь в том, что подобный вояж мне нескоро захочется повторить. Я скучаю по Мише. Представляю недоуменное выражение на его маленьком лице, если бы увидел меня такой, как сейчас. Совершенно пьяной и выжатой, как лимон, после трехчасовых плясок под какое-то техно.

– Подвезти? – слышу вопрос и оборачиваюсь.

Стоящий в паре метров от нас парень гостеприимно указывает рукой на припаркованный у бордюра “лексус”.

Я не в состоянии оценить физические данные этого парня адекватно, но все, что я могу сказать наверняка – он рослый и привлекательный.

– Не нужно, спасибо, – показавшись из-за моего плеча, грубовато отказывает Маша. – Пошли, – тянет меня за руку вверх по улице.

Я не сопротивляюсь.

Даже под литром шампанского и в качестве эксперимента мое «внутреннее я» не позволило бы сесть в его машину.

Я правильная до тошноты, но Маша – другой случай.

– Можешь поехать с ним, – заверяю ее. – Я же не против…

– Ненавижу таких, – отзывается она.

– Каких?

– Наглых. И агрессивных… – подрагивает ее голос. – Меня от таких выворачивает.

Вся глубина ее заявления напрягает мои нервы. Зная ее историю, я не сомневаюсь в том, что агрессию она видит за километр.

Она несется вперед пулей, и мои деревянные от холода пальцы не справляются с пуговицами на шубе, поэтому оставляю ее расстегнутой.

– А каких ты хочешь? – спрашиваю осторожно.

– Не знаю… – бросает отрывисто. – Никаких.

Мне дико ее жаль, но задуматься над ее “проблемой” мешает сумятица в собственной голове.

Это похоже на карабканье в гору, потому что каблуки вязнут в снегу.

Торможу ее, чтобы хоть немного прийти в себя и понять, куда свернуть с этой улицы, и желательно так, чтобы не попасть в завтрашние сводки криминальной хроники.

Я знаю этот район слишком хорошо, чтобы заблудиться.

Справа наш университет, слева больница, в которой пять лет назад я родила Мишу, ну, а по центру – подсвеченная со всех сторон высотка, в которой сейчас мой сын спит.

Резко отвернувшись, смотрю на Машку.

Она нервничает, дуя на свои руки и беззвучно шевеля губами, будто выпала из реальности.

Жутко потерянная и какая-то… поломанная…

Абсолютная противоположность тому, что я увидела сегодня в супермаркете.

– У тебя есть психолог? – спрашиваю, пока она роется в телефоне, пытаясь найти адрес своей квартиры.

– Уже нет… – отвечает тихо.

– Хочешь, поеду с тобой? – вздыхаю я.

– Нет, ты что… – восклицает. – Я же не маленькая.

Именно сейчас она кажется мне очень даже маленькой. И напуганной.

– Прокачусь с тобой до дома. Это маленький крюк… – настаиваю.

Забравшись в такси, она прижимается лбом к стеклу и закрывает глаза, будто уходя в свою раковину.

Пытаясь не уснуть, считаю проносящиеся за окном фонари и упрямо перечисляю в голове список дел на ближайшую неделю. Например, свидание с Камилем, который назвал меня потрясающей, и это греет душу.

С таким человеком потрясающей быть легко, ведь он не даст поводов швырять гребаные тарелки о стену.

На это способен только один человек, и я выдавливаю его лицо из своей головы, зажмурив глаза.

Мешанина коктейлей в моей крови делает его черты опасно живыми. Будто трогаю пальцами колючую линию его подбородка, складку между бровей и теплые полные губы, который захватывают кончики моих пальцев и прикусывают…

Шипучие мурашки бегут по позвоночнику, оседая внизу живота.

– Черт… – дернувшись, открываю глаза, понимая, что почти уснула.

Машина тормозит перед воротами, и Маша выпрямляется.

Ее квартира находится в новеньком таунхаусе. В престижном районе, реклама которого в последний год лезет из каждого утюга. Съем жилья здесь мало кому по карману, но зная, какой ценой достались ей эти деньги, надеюсь, что это место приносит ей удовлетворение.

– Спасибо, – взглянув на меня, она открывает дверь машины. – Увидимся? – спрашивает устало.

– Угу, – киваю.

Я действительно надралась. Настолько, что почти не помню, как добралась до дома.

Голова взрывается адской болью, когда обнаруживаю себя лежащей на диване в платье, которое похоже на жеванную бумагу.

Из окна по глазам бьет тусклый утренний свет, а по голове молотит сигнал моего орущего телефона.

Поднеся его к лицу, вижу входящий от матери и вскакиваю, понимая, что проспала.

Прежде чем ответить, несусь в туалет, понимая, что еще ни разу в жизни не являлась на семейный праздник после ведра коктейлей и ночи, проведенной, черт знает где.

Глава 10

Наши дни

Руслан

Ощущение, что за мной кто-то наблюдает, вытягивает из поверхностного сна, в котором балансирую уже какое-то время. Отодвинув в сторону вертящиеся в уме рабочие моменты, поворачиваю голову на подушке и приоткрываю глаза.

– Снег пошел, – сообщает Мишаня, как только это происходит.

Жалюзи плотно закрыты, я люблю спать в полной темноте, иначе заснуть будет проблематично, поэтому в комнате полумрак, но я предполагаю, что сейчас около семи утра, потому что знаю распорядок сына достаточно хорошо.

Мой пацан щуплый, но выше сверстников, а за лето вытянулся сантиметров на пять. Волосы смешно торчат в разные стороны, глаза с любопытством смотрят на мои трусы.

В соседней комнате звуки работающего телевизора.

– Давно ты проснулся? – спрашиваю хрипло.

– Угу… – отвечает, не моргая.

Ответ малоинформативный. Разбег от пяти минут до часа.

У меня не так много дней в месяце, чтобы выспаться, поэтому спрашиваю:

– Хочешь со мной поваляться?

– Я есть хочу. Тебе надо в туалет? – спрашивает не особо заинтересованно, имея в виду мой каменный стояк, который оттопырил трусы.

Мне не пришлось долго объяснять ему это утреннее явление, но когда сын увидел его в первый раз, был сильно удивлен. Мне хренову тонну моментов в общении с ним пришлось постигать самостоятельно, но в этом вопросе мы разобрались быстро, потому что он мальчик и для него это близко и понятно. Сложнее было съехать с вопроса, откуда берутся дети.

– Ага, точно не хочешь поваляться?

– У-у… – мотает головой и уносится из комнаты, шлепая маленькими босыми ногами по полу.

Напрягаю пресс и встаю с кровати, направляясь в ванную, которая совмещена с “главной спальней”.

Квартира двухуровневая, но на втором этаже я не бываю. Квартире почти два года. В прямом смысле. Дом сдан около двух лет назад, эту жилплощадь я приобрел еще на этапе застройки. На тот момент, как капиталовложение. Жить здесь на постоянке никогда не планировал. У меня был дом в черте города, и я собирался жить в нем, пока не сдохну. Вместе со своей семьей.

Глядя в зеркало, провожу ладонью по щетине на подбородке, решая сегодня не бриться, и открываю кран с горячей водой.

Отделка санузлов, их в квартире три, стандартная для этого жилого комплекса. Сплошной мрамор и сантехника на заказ, все остальное в состоянии перманентного переезда.

Чищу зубы, глядя на то, как вода под наклоном мраморного умывальника стекает в длинный желоб по периметру.

Любимая Мишанина забава – наблюдать за этим стоком.

В стакане его зеленая щетка в форме дракона, рядом с которой ставлю свою.

Жить “на коробках”, в которых куча неразобранного барахла, неудобно, но первая попытка разобрать что-то из этого год назад закончилась тем, что я въебал об стену пару памятных вещей.

С тех пор я к ним не подхожу, не зная, что, блять, с ними делать. Просто оттащил наверх, чтобы не попадались на глаза.

Закрутив кран, пытаюсь отлить, но завязываю, решая вернуться позже.