Коснусь тебя (ЛП) - Джей Белла - Страница 2

— Видишь?

Я схватила пиво, которое только что поставила, и опустошила его одним махом. Затем вытерла рот.

— Да, ну, он не такой.

Я сканировала толпу, пока не заметила Окли, пробиравшегося в нашу сторону. Его черные волосы были уложены в идеальную прическу, а куртка от Гуччи, которую тот носил, демонстрировала его богатство. Я прекрасно понимала, почему сучки так возбудились из-за него. Видит Бог, я была одной из таких сучек когда-то давным-давно, когда желание привлечь внимание Окли было важнее, чем дышать. У парня было все. Полный комплект. Его идеальная улыбка и сексуальные ямочки заставляли женщин падать в обморок, словно он был Адонисом на крэке. Тот факт, что в нем было шесть футов четыре дюйма чистой мускулатуры и сексуальной привлекательности, заставлял каждую девушку в Атертоне думать, что у него хватит выносливости, чтобы трахаться до самой смерти.

Меня до сих пор поражало, как он мог быть одновременно сексуальным качком и умным, правильным, невинно выглядящим парнем, с которым родители хотели, чтобы их дочери встречались. Если бы они только знали, какой член у этого парня, они бы заставили своих отпрысков носить пояса целомудрия двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

Темные омуты соблазна встретились с моим взглядом, и я тут же почувствовала, как нож сердечной боли снова вонзился в мое нутро.

Не показывай ему свою боль.

— Сиенна! — Его голос пронесся по толпе.

— Черт. — Я огляделась слева направо, решив, что протиснуться к входной двери — мой лучший шанс на спасение.

— Сиенна, — позвала меня Клео. — Куда ты…

Ее голос пропал, пока я пробиралась сквозь толпу в противоположном от Окли направлении. Я ни за что на свете не позволила бы ему увидеть, что наше недавнее расставание было похоже на зияющую рану в моем нутре. Ни за что. Моя боль только раздула бы его и без того гигантское эго.

Мы встречались более трех лет, и это было отстойно — быть хрупкой бывшей девушкой для парня, которого я вроде как любила. Парень, который знал, как выжать из себя все возможное, когда дело доходило до романтических отношений с девушкой, но все, же поднял дерьмовость и ревность на совершенно новый гребаный уровень.

Большие двойные двери с львиными головами, вырезанными из цельного дуба, появились в поле зрения, и мое сердце ударилось о ребра, когда я поняла, что почти выбралась, не столкнувшись с Окли. Я просто не могла иметь с ним дело. Не сегодня. Не сейчас, когда я все еще зализывала свои раны, как чертова собака, рискуя показать всем присутствующим, насколько я была уязвима, разрыдавшись. Нет. В этих джунглях выживали только сильнейшие. Покажи этим животным хоть унцию слабости, и тебя разорвут на куски и выбросят, как вчерашний мусор.

Вдохнув, я схватилась за дверную ручку и распахнула дверь, увидев мужчину, стоящего снаружи, который дернулся от неожиданности, с рукой в воздухе, словно он собирался постучать.

На секунду я забыла, как дышать, уставившись на стоящего передо мной незнакомца, глаза которого переливались бесконечными оттенками синего. Никогда не думала, что льдисто-голубые глаза могут гореть жарким огнем. До этого момента.

Время словно остановилось, пока я рассматривала его, оценивая его сильную челюсть, щетину, ухоженную и просто чертовски идеальную. Потом облизала губы, глядя на его нижнюю губу, более полную, чем верхняя, идеальную в своем асимметричном несовершенстве.

Он огляделся вокруг и через мое плечо.

— Это резиденция Уитлоков?

Я взглянула на его застегнутую рубашку и повседневные шорты-карго, прежде чем заметила позади него грузовик, двое парней доставали пивные бочонки из кузова.

— Вы, должно быть, ищете Сайласа. — Я положила руку на бедро и почувствовала, как на моем лице отобразилось легкое разочарование. — Пивные бочонки стоят на заднем дворике.

— О, я не…

— Сиенна! — Голос Окли раздался позади меня, и нервы взорвались в моем мозгу, разбудив глупость, заставляя меня сделать… ну… что-то неразумное. Я схватила голубоглазого незнакомца за рубашку, приблизила его к себе, приподнявшись на носочки, и припала губами к его губам. Я не могла точно сказать, было ли это пиво, которое только что выпила, или адреналин, вызванный побегом от Окли, но ощущение теплых губ этого мужчины на моих не просто вызвало вспышку в моем животе; это зажгло чертов огонь, который пронесся через всю мою систему в течение одного удара сердца.

Увлеченные моментом, наш поцелуй стал еще глубже. Две сильные руки обхватили меня за талию и притянули к себе, когда он погрузил свой язык в мой рот, дразнящий вкус перечной мяты и бурбона дразнил мои вкусовые рецепторы, заставляя меня желать большего. Наши языки танцевали, его язык исследовал каждый уголок моего рта, а мой подчинялся ритму нашего поцелуя. Это было чертовски безумно. Мы целовались так, будто делали это уже тысячу раз. Наш поцелуй горел химией, которая потрескивала вокруг нас, мягкость его губ уносила меня, а его непреклонный поцелуй держал меня в плену.

Боже. Что это было? Что происходило?

Мой позвоночник покалывало, а затылок вспыхнул от ощущения, что кто-то наблюдал за мной. Это был он. Окли. Я чувствовала это.

Сильнее прижимаясь к мужчине, чьи губы в данный момент терзали мои, я согнула ногу, воспроизводя одну из самых клишированных поз для поцелуев, которые можно увидеть почти в каждом дрянном романтическом фильме. Мне следовало отдать должное этому парню, он играл свою роль идеально. Слишком чертовски идеально.

Сзади нас я услышала, как кто-то назвал имя Окли, и мой сексуальный незнакомец подался назад, прижав большой палец к моему подбородку, прежде чем оторвать свои губы от моих.

— Он ушел? — прошептала я, задыхаясь.

Мужчина взглянул через мое плечо.

— Если ты имеешь в виду парня, который только что пытался убить меня взглядом, то да.

Я отступила назад и сделала глубокий вдох, проводя пальцами по своим кудрям, смущение залило мои щеки.

— Если твоей целью было заставить своего парня ревновать, то я бы сказал, что это был огромный успех. — Он ухмыльнулся, его губы блестели от нашего поцелуя. Боже, я была такой идиоткой.

— Он не мой парень. — Я вытерла нижнюю губу, прежде чем выпрямиться, отчаянно пытаясь показать только непоколебимую уверенность. — Послушай, парень с бочонком. Если увидишь меня на улице или пройдешь мимо меня в толпе, сделай вид, что этого никогда не было. Хорошо?

— Конечно.

— Отлично. — Я положила ладонь ему на грудь. — А теперь иди и напейся, как все эти незрелые засранцы. — Потом повернулась к нему спиной и прикоснулась к нижней губе, где все еще чувствовала наш поцелуй, пробуя его на вкус. В своей жизни я наделала много глупостей, но поцелуй с совершенно незнакомым человеком и то, что он мне понравился, был на первом месте в моем списке. Его поцелуй пронзил мой позвоночник иголками, мой живот трепетал от волнения, которого я никогда раньше не испытывала.

Я провела пальцем от одного уголка рта к другому. Аромат красного перца, мускатного ореха и пачули все еще пьянил мои чувства. Bleu de Chanel. Я узнала бы этот аромат где угодно. Он был моим любимым. Однажды я купила его для Окли в качестве рождественского подарка, но он так и не использовал его.

Неблагодарный сукин сын.

Потребовалось несколько секунд, чтобы туман рассеялся в моей голове, и я осознала, что только что сделала. Мне так отчаянно хотелось уйти от Окли и скрыть от него свои раны, что прибегла к поцелую с другим парнем. Блядь. Последнее, что я хотела сделать, это подлить масла в огонь и без того бушующей ревности Окли. Это была его единственная слабость, ревность, над которой он часто терял контроль.

Я вернулась в толпу, больше не чувствуя необходимости выбегать за дверь. Как и многие из наших гостей, которые сейчас глазели на меня, Окли видел, как я целуюсь с другим парнем. Его эго ни за что не позволило бы ему приблизиться ко мне сейчас, рискуя показаться ревнивым бывшим. Мы оба знали, насколько жестокой была светская жизнь, насколько жестокими могли быть эти богатые спортсмены и дебютанты. Достаточно было произвести одно неверное впечатление, и тебя раздерут на части.