Кровь от крови Мантикоры (СИ) - Мартын Светлана - Страница 60

Держа в тонких руках два бокала к ней подошла лисица.

- Эльке! Я знаю о чем Ты думаешь. Ты снова грустишь о потерянном сыне? Уверяю Тебя, Ты поступила правильно. Тебе это каждая мать скажет.

У кицунэ своеобразные традиции. Они всех своих детей оставляют на попечении человеческих супругов. Конечно, Наоми не видит в этом ничего предосудительного. Больше половины ее детей всю земную жизнь прожили без нее и благополучно скончались на руках других родственников. А она живет дальше.

- Да. – ответила Эльке. – Меня угнетает это почти всегда, но сегодня меня волнуют другие мысли. Каким он вырос? Я бы хотела знать, не винит ли он меня за то, что не ведал ни материнской ласки , ни любви.

Наоми положила ей руку на плечо.

- Я думаю Эльке, он знает о том, что Ты решилась на все это ради его же блага и ценит твою жертву.

- Хотелось бы и мне в это поверить. – с сомнением ответила Эльке, принимая из рук Кицунэ бокал с вином. Преследующее веками чувство вины невозможно уничтожить бесследно, но можно хотя бы на время утопить в его в вине.

Помимо того, что умеют все сидхе: открывать и закрывать порталы, а также изменять в них время, представители Дома Арауна управляют самой Смертью. .Хтоническая магия - мощная сила, но весьма опасная для соседства с другими расами. Оттого Араун и выбрал Восьмую часть Резервации, для расположения ситхена.

Кеоллак с самого детства умел наводить гламор ( прим 2) это не тот Дар . которым гордились благородные сидхе Дома, умеющие умертвлять, оживлять и связываться с миром «за завесой». Но именно этот дар выручал Кеоллака сотни раз, скрывая его от врагов и помогая проникать туда, куда другим путь заказан. Он мог принять облик дерева,озера, звезды или вообще другого существа. Это. Кстати не раз спасало ему жизнь. Как здесь в Резервации, так и в Человеческой части Мира, в которой он жил иногда под именем – Андрей.

Кеоллак не знал своей матери. Его воспитывал отец, Придейри, брат близнец Арауна(прим 3). Могущество братьев было безграничным,они вызывали ужас и благоговение, способные открывать врата в мир Мертвых, а потом Арауна не стало. Дом возглавил один из его многочисленных сыновей, а Придейри отошел в сторону. Он не умел открывать « врата», но зато мог пользоваться силой Брата, они же были близнецами. Конечно, после смерти главы дома все о этом узнали, но это мало . что изменило. Придейри по-прежнему пользовался у сидхе величайшим уважением.Никто не мог бы Келлаку в лицо сказать, что он незаконнорожденный. Он вырос и стал верной и преданной правой рукой Придейри.

Собственным личным даром Придейри осталось умение проникать «за завесу», скитаться по миру Мертвый и беспрепятственно возвращаться обратно. Он отлично знал какая мощь и Сила обитает там. Какие волны ужаса и мрака излучают души ушедших "за завесу" Бессмертных, знал, что они не находят покоя и мечтают любой ценой вырваться оттуда. Придейри очень жалел о том, что имея возможность использовать Силу брата открывать « врата», Он этого сделал э

брат Арауна, он был одним из самых первых сидхе, что помогали разделять миры и создавать Резервацию. Он же всегда был одним из немногих, кто всегда считал, что Бессмертные венец Творения богов. А сидхе проводники последних, их жребий и кара, при случае. А вот людей стоило уничтожить еще тогда, когда их способность размножаться выжила Бессмертных в отдельную Часть мира. Они умирали сотнями, гибли от многочисленных болезней и в их излюбленных бессмысленных войнах, но все равно их было слишком много и становилось все больше. А Бессмертных все меньше с каждым годом. Все они вынуждены спариваться между видами, чтобы разбавить кровь генетически. Но это мало помогает. Когда живешь миллионы лет по неволи замечаешь тот факт . что через сто лет в каждой расе население уменьшается в разы.

А там, «за завесой» миллионы ушедших пребывают в вечном анабиозе. Когда миры были едины, « завеса» была очень тонка. Ведь Вселенная существовала гармонично и все три части переплетались друг с другом , а Царство Мертвых не было переполнено заточенными в веках пленниками и люди питали Бессмертных своей энергией как Богов.За тысячи веков оин расплодились до невозможности, придет время и они найдут путь в Резервацию и потеснят самих Бессмертных, поработят Волшебную страну и только по преимуществу численности. Бессмертные не должны этого допустить, пока Сила и Магия еще существует они могут искоренить человечество и вернуть себе былую мощь. Придейри это понимал, а вот другие нет. Много сотен лет он шел к своей цели обходным путем, используя все подвернувшиеся шансы. И. когда Кеоллак подрос он принял идеи отца. Полностью поддержал их и всегда во всем помогал ему.

А потом отец женился и у него родилась дочь, законная наследница его имени, в отличии от Кеоллака, истинная сидхе с редким даром . таким же как у Арауна: - она могла открывать « врата в мир Мертых». Ее назвали Брианой. Жемчужина дома Арауна, его гордость, она бы могла стать преемницей своего отца, но его целей Бриана вовсе не разделяла. Собственный дар ее пугал. Да и выросла Бриана, окруженная восхищением всего Дома, своенравной и принципиальной. Все устремления отца и брата выдывали у нее только негодование.

Тогда Придейри задумал выдать ее замуж за того, кто в полной мере осуществит его чаяния. Такой Бессмертный нашелся, Чародей из клана « Мертвой головы», по прозвищу Чернокнижник. Руками зятя и дочери Придейри мечтал осуществить свой замысел. Кеолллак самолично участвовал в похищении сестры и с большим удовольствием. Но судьба все же распорядилась иначе. Бриану спасли Мантикоры и она, подумать только,высокомерная гордячка, полюбила одного из них. Сын Брианы и Элериса был тогда последней надеждой. Но Рыцари вовремя спрятали его в Человеческой Части мира. Чернокнижник погиб и Кеоллак ушел скитаться в мир людей. Ему там даже нравилось. Прошли годы, много лет и вот невероятная новость . У Келоллака родился сын, несущий в себе гены обоих детей Придейри, самого Кеоллака и Брианы.

Андрей закурил последнюю сигарету и скомкав, выкинул пустую пачку «Мальборо» в кусты. Все. Сигареты закончились. Эта вредная привычка, которую он приобрел в Человеческой Части мира въелась ему в печенку, точнее говоря, в легкие. С алкоголизмом он как-то справился, а с курением не мог. Плохо. В ближайшие дни вернуться к людям не получиться.

Сестру свою Кеоллак не любил вовсе. Не из-за характера и не потому , что она была чистокровной сидхе, а он нет и даже не за способности, обеспечившие ей славу Жемчужины Дома Арауна. Это была ревнивая ненависть одного ребенка к другому. По мнению Кеоллака она была слишком глупа, чтобы понимать великий замысел отца. Потому то он участвовал во всех так или иначе направленных против ее благополучия заговорах: от ее похищения, до попытки помешать ее сыну когда-нибудь попасть в родную Резервацию. Когда план оказался неудачным и Мантикора едва его не покалечил он открыл портал и сбежал. Это ускорило то событие , которого они с отцом пытались избежать. Что ж! Некоторые вещи действительно предопределены. Он даже вздохнул свободней, когда Бриана ушла за Элерисом в страну Мертвых.

Тогда он посвятил себя изучению Человеческой части мира. Она ему полюбилась очень. Здесь . чтобы быть тем кем Ты хочешь не требуется гламор. А главное твое происхождение никакой роли не играет вовсе. Он уходил через порталы в разные времена: побывал на сотни войнах и поучаствовал ни в одном событийном перевороте ; он не раз женился и потом инсценировал свою смерть, но только потомства Боги ему не давали. Да он к этому и не стремился.

Анелита. Бывшая жена. Он сразу почувствовал в ней родственную душу, от нее так и веяло родной Резервацией. Очень скоро он узнал и ее секрет. Правда поначалу он решил, что она - то чем наследил один из она - то чем наследил один из Благородных Рыцарей. Он был уверен, Анелита считает себя оборотнем , мучается этим фактом и все ждал когда же она сама придет к нему и все расскажет. Он приручал ее годами, намереваясь когда-нибудь использовать как козырь против Мантикор. Но за всю их долгую совместную жизнь она так и пожелала ему довериться. Это его оскорбляло. Но тот факт , что и она вовсе не догадывается о том, с кем делит постель каждую ночь его забавлял.