Я - босс (СИ) - Токарева Алена - Страница 21

— Пошли, если хочешь… — сказала я, потупив глазки.

— Очень хочу! — горячо шепнул мне он и снова поцеловал.

Мы стали прощаться с гостями. У мамули слёзы навернулись на глаза. Такая она у меня чувствительная. Но это скорее от радости, потому что Мельников ей тоже очень понравился. Странное дело — когда я одна уезжала в Москву, она не плакала, а тут расчувствовалась…

Потом сели в машину, и уже скоро оказались у него дома. Дверь закрылась, и мы, наконец, остались вдвоём.

Глава 16

— Ну что, дорогая моя жёнушка… — новоиспечённый муж властно притянул меня к себе. — Теперь это и твой дом. Осмотрись, но недолго…

— Почему? — испугалась я.

— У нас ведь есть более приятное занятие, не так ли? — Мельников обеими руками взял мою голову и коснулся губ своими холодными губами.

Я немного удивилась. Вроде бы он всем поведением демонстрировал, что хочет секса, а страсти в нём не почувствовала. Опыта в этом деле у меня, конечно, было, что называется, кот наплакал — и то заметила диссонанс. Строго говоря, я знала только Стаса. Парень-однокурсник, конечно, не в счёт. Но со Стасом у нас вспыхнула такая страсть, какая, думаю, встречается нечасто. Так что это тоже не показатель. А как ведут себя при подобных обстоятельствах среднестатистические пары, понятия не имела. Может, некоторая сдержанность — это нормально?

В общем, под видом осмотра мельниковского дома постаралась быстрее улизнуть. Но и его жильё увидеть тоже не терпелось. Я прошла по комнатам. Что и говорить, впечатление оказалось ошеломляющим. В таких домах мне ещё не доводилось бывать. Особенно если вспомнить нашу с родителями «двушку» в Нижнем Новгороде. А что, нормально мы жили! Очень даже неплохо. И мне представлялось, что так и должно быть. Здесь же я бродила, как по музею. И подсознательно хотелось юркнуть в какой-нибудь уютный уголок. Ну, может, потом привыкну? Человек же ко всему приспосабливается.

Ведь Маринина квартира поначалу меня тоже поразила, но я в ней быстро освоилась и иногда даже злилась, что из-за огромной площади в нужную минуту не могу сразу отыскать хозяйку. А в мельниковском доме, полагаю, мы, вообще, потеряемся. Тут можно целыми днями бродить по этажам и не встретиться. Но, наверное, в этом есть и свой плюс. Не рановато ли я начала думать, как избежать встречи с собственным мужем?

Он-то как раз нашёл меня очень быстро.

— Вот ты где… — Мельников появился неожиданно.

— Слушай, а зачем тебе такой огромный дом? — не удержалась я от вопроса. — Ты же один. Тут и заблудиться недолго…

— А чёрт его знает… — он озадаченно почесал затылок. — Статус обязывает… Иногда бывают грандиозные приёмы — человек по сто-двести приходит. Нельзя ударить в грязь лицом. Но, вообще-то, я пользуюсь только спальней, кабинетом и гостиной. Они все рядом. Это как бы моя территория. В остальные комнаты захожу редко…

— Страшно, наверное, одному в таком огромном доме… — сочувственно проговорила я.

Нашла кому сочувствовать!

— Я не один, — объяснил Мельников. — У меня штат прислуги работает — повар, горничные, садовник… Но, правда, они только днём бывают…

— А ночью как же?

— Я и приезжаю домой к ночи. Так устаю, что мне ни до чего — тут же отрубаюсь…

Так мило, по-человечески прозвучало это «отрубаюсь».

— Но теперь-то нас двое… — со значением проговорил он, привлекая меня к себе.

И снова я почувствовала на своих губах холодные жёсткие губы Мельникова, а его руки сдержанно обнимали меня и гладили по спине. Помниться, мы со Стасом едва успевали добежать до его гостиничного номера, а потом оторваться не могли друг от друга. Сколько раз закрывались в гримёрке, хотя народ ломился постоянно. А однажды не утерпели и набросились друг на друга прямо за декорациями. До сих пор не знаю, видел ли нас тогда кто-нибудь или нет. Наверное, видели. Но Стасику всё сходило с рук, а я была, как в бреду. Сейчас вот собственный муж обнимает, но почему-то нет никакого помутнения рассудка.

— Пойдём? — тихо позвал меня Мельников.

— Куда? — так же тихо спросила я.

— В спальню… — объяснил немного удивлённый босс.

Его, похоже, несколько озадачила моя непонятливость. А разве, чтобы заняться «этим самым», надо обязательно идти в спальню? По-моему, молодожёнам подходит любой укромный уголок. Ну, в спальню, так в спальню. Попробуем выполнить это обязательное упражнение. Так сказать, взять барьер.

Мы пришли в довольно-таки просторную комнату. Я огляделась, но, кроме огромной кровати, прикроватной тумбочки и пары стульев ничего не заметила. Абсолютный минимализм. Впрочем, как и у Марины. Но там всё-таки чувствовалась женская рука, а здесь строгие чёрно-белые тона, а на окнах — жалюзи вместо миленьких штор. Ну, может, Мельникову так нравится. У себя-то всё сделаю по своему вкусу. «У себя» — это я кстати вспомнила. Интересно, а где моя территория? Неужели придётся всю дорогу делить с моим благоверным эту аскетичную спальню, от которой по спине пробегает холодок?

— Я тоже буду жить в этой комнате? — осторожно поинтересовалась я.

— Нет, конечно, — усмехнулся он, снимая пиджак. — У тебя будут свои комнаты. Они рядом, на этом этаже. Насколько мне известно, там всё готово.

— А можно пойти посмотреть? — тут же спросила я.

— Позже… — заявил мой благоверный. — Иди ко мне. А то мне завтра рано вставать…

Я не ослышалась? Это такое приглашение мужа приступить к первой брачной ночи? Ни тебе зажжённых свечей, ни лепестков роз и всего прочего… Я, конечно, не падка на эту ерунду, но всё-таки… А то впечатление, что мы как будто уже лет десять женаты.

— Зачем рано вставать? — обескураженно спросила я. — Тебе же три свободных дня полагается…

— Ну что ты… — устало проговорил он. — Я сейчас не могу себе этого позволить. Может быть, потом…

Ну ладно. Потом, так потом. Тем более не горю желанием колготиться с ним бок о бок три дня. Может, так даже и лучше. Ничего себе новобрачные!

Я молча подошла. Действительно, надо было побыстрее покончить с так называемой первой брачной ночью.

— Может, ты прямо сейчас и ложись спать? — с надеждой спросила я. — Зачем мучиться?

— Платье сними, — лаконично велел он.

Я подчинилась, и мой шикарный прикид, даже не знаю, какой стоимости, послушно лёг к ногам, а на мне остались лишь стринги.

Мельников тем временем деловито снял и аккуратно развесил на стуле галстук, рубашку, а затем и брюки, оставшись в одних плавках. Он проделал это так, будто находился не перед молодой женой, а в раздевалке бассейна. Вот сейчас всё уберёт, закроет шкафчик и отправится на обязательный заплыв. Тем не менее благоверный успел оценить меня без платья, но не знаю, остался ли доволен. По его бесстрастному лицу этого было не понять.

Мы стояли друг напротив друга. Он — в плавках, я — в стрингах. И внимательно разглядывали друг друга, не решаясь сделать первый шаг. Думаю, со стороны смотрелись весьма комично. Ну ладно я, а у него-то что за трудности? Кстати, Мельников был очень даже неплохо сложен. Для своих лет.

— Алина… — наконец, он отважился двинуться ко мне.

Его руки стали медленно скользить по моим плечам, потом плавно перешли на грудь. Вот чем-чем, а этим я никогда не могла похвастаться. И всегда немного завидовала Эльке, у которой был четвёртый размер груди. Но зато талия у меня была осиная, а ноги — длинные и подтянутые. Может, муженёк закроет глаза на маленькую грудь и клюнет на ноги?

Руки Мельникова продолжили исследовать моё тело и закономерно спустились ниже. Дёрнули за стринги — кажется, не сильно, но они вдруг с меня упали. И оказалась я перед благоверным в чём мать родила. «Эх, жалко стринги… — пронеслась мысль у меня в голове. — Ведь комплект был. Может, удастся их зашить?» Господи, о чём я думаю в такую минуту?

То ли мой вид устроил Мельникова, то ли трюк с разрыванием несчастных стрингов на него подействовал, но я заметила, что супруг пришёл в возбуждение и был готов к более активным действиям.