Я - босс (СИ) - Токарева Алена - Страница 31

— Он и так из болячек не вылезает! — сварливо отвечала я. — Тебе мало?

Так мы спорили-спорили, а природа делала своё дело. Вадька понемногу стал выправляться и уже не так часто болел. Мне, конечно, приходилось большую часть дня проводить дома, так что бизнесом своим я руководила, в основном, по телефону и компу. Хорошо, что во время беременности подсуетилась и нашла на место Эльки новую помощницу. С Сонечкой мне крупно повезло. Не иначе как сам Господь её послал. Опытная в делах, сообразительная, хваткая, да ещё и человек приятный. С первого взгляда я поняла, что мы с ней на одной волне. Так что благодаря Сонечке смогла больше заниматься Вадькой. Но, конечно, всё контролировала, иначе нельзя. А после предательства Эльки подсознательно ждала какого-нибудь подвоха и от Сонечки. Но, к счастью, обошлось без неприятных сюрпризов.

Да, вот ещё что. Огромный дом, который мне презентовал Колян после развода, я решила продать. Зачем нам такая махина? Всё равно большая часть помещений нежилая. Сдавать их, что ли? Но это был не мой вариант. Сие занятие очень хлопотное, а мне и бизнеса хватает. Так что я подумала-подумала и отправила Коляну СМС-ку: «Привет. Хочу продать дом. Не возражаешь?»

По идее, это ведь мой дом, и спрашивать его разрешения было необязательно. Но я всё-таки решила посоветоваться с бывшим благоверным — сделка-то предстояла нешуточная, и как бы чего не вышло. Колян через некоторое время мне позвонил.

— Привет, Алина, — как ни в чём не бывало поздоровался он, будто мы только вчера расстались. — Ты что через СМС общаешься? Могла бы и позвонить. Боишься?

— Никто тебя не боится, — высокомерно изрекла я.

Была охота! Хотя, отдать должное, пожелай он — мог бы прихлопнуть меня как муху. Но вроде бы не с чего.

— Так я не понял, ты дом, что ли, задумала продать? — уточнил Колян.

— Да, — подтвердила я. — Для нас он слишком большой. И содержать его накладно, да и помещений нам столько не нужно…

— Кому это «нам»? — не удержался от вопроса Колян.

— Нам с сыном, — с гордостью сообщила я. — У меня ведь сын родился!

— Поздравляю, — тусклым голосом произнёс он.

Видно, подумал, что и сам мог бы стать отцом этого мальчишки, а теперь воспитывает чужих детей. То есть Элькиных. Хотя ведь и Вадька ему неродной. У Коляна без вариантов — не судьба ему воспитывать своих.

— Спасибо, — поблагодарила я. — Вот и думаю, что лучше этот огромный дом продать и купить квартиру, а разницу положить в банк.

— Ну что же, звучит разумно… — согласился Колян. — А какую квартиру ты хочешь?

— Двухуровневую… Как у Марины…

— Никогда не был у Марины, — проговорил мой бывший. — Но идею понял.

— А то ещё с нами периодически проживают мои родители… — поделилась я. — Надо, чтобы у каждого была своя комната.

— Понятно, — подытожил Колян. — Я мог бы без проблем заняться этим делом.

— Правда? — обрадовалась я. — Спасибо.

В делах Коляну всегда доверяла. Никогда не могла бы заподозрить его в нечестности. Это в семейной жизни он оказался «изменщиком коварным», а в бизнесе был безупречен. Сказал — сделал. Во всяком случае, таким я его знала все эти годы.

Через день он опять позвонил.

— Слушай, я тут подумал и решил сам у тебя выкупить этот дом, — вдруг предложил мой бывший. — Он мне дорог как память, да и, вообще, есть кое-какие планы. Ты не возражаешь?

Так было бы даже лучше. Никакой тебе мороки с поиском покупателя, обсуждением цены и прочими формальностями.

— Конечно, не возражаю! — тут же откликнулась я.

— Ну вот и лады, — сказал он и, чуть помедлив, тихо спросил, — ты сама-то как, Алин?

— Твоими молитвами, — буркнула я.

— Обижаешься?

— Нет, радуюсь! — поддала я яду.

Не хочу налаживать с ним отношения и делать вид, что простила! И о его новой жизни с этой предательницей Элькой ничего не желаю знать! Даже интересоваться не буду.

— Ладно, в ближайшие дни оформим сделку, — проговорил Колян, будто почувствовав мой воинственный настрой. — Деньги я тебе переведу. И с квартирой мог бы помочь.

Ну прямо душка! Ни дать ни взять. Как будто пытается искупить свою вину.

— Спасибо, — процедила я.

Пусть не думает, что может опять заслужить моё расположение.

— Знаешь, я ведь благодарен тебе за всё… — тихо сказал он. — И часто вспоминаю, как мы с тобой жили, как познакомились… Помнишь?

— Ладно, мне пора идти, — прервала я его ностальгию. — Пока.

Ещё не хватало удариться в совместные воспоминания! У тебя есть новая жена, вот с ней и ностальгируй.

Колян выполнил свои обещания. Выкупил дом, помог подобрать отличную квартиру в тихом центре, а разницу от купли-продажи положил мне на счёт. Всё-таки от интеллигентного развода тоже есть своя польза. Вот стала бы я тогда устраивать скандалы и портить ему жизнь — ничего бы от этого не выиграла, а наоборот. Теперь же в случае чего всегда могу обратиться за помощью. Может, для меня в этом разводе не было большой трагедии потому, что я, в общем-то, Коляна не любила, а просто уважала? Скорее всего, так. Первое время, конечно, было обидно и больно, но свет не померк, и дышать я не перестала. А, может, у меня натура такая прагматичная. Не знаю. Но своё отрыдала ещё в юности, когда сбежал Стас.

В общем, жизнь моя покатилась дальше. Вадька рос. Мама пожила-пожила с нами, а потом засобиралась в Нижний Новгород.

— Дочка, отец ведь там один… — виновато проговорила она. — Я его совсем забросила.

— Конечно, мамуль, какие проблемы, — бодро отозвалась я.

Но сама в глубине души запаниковала, потому что мамулин отъезд означал, что Вадьке следовало срочно подыскивать няню. Всё-таки на работе мне тоже приходилось периодически появляться. Не тащить же его с собой! И чужого человека пускать в дом — да ещё к ребёнку! — было страшновато. Однако вопрос с няней решился вполне удачно. И тут посодействовала верная помощница Сонечка. Её мама уже давно скучала на пенсии. А у неё, между прочим, имелось педагогическое образование, и, потом, в юности она какое-то время работала медсестрой. Так что и педагог, и медработник в одном флаконе. Для меня это оказалось большой удачей!

Впрочем, был момент, который не давал мне покоя. Вадька подрастал, уже превратился во вполне оформленного человечка, и я стала замечать, что он словно не от мира сего. Нет, с интеллектом, слава богу, всё было нормально. Просто сын казался мне не совсем стандартным ребёнком.

Глава 24

Вадьке было года четыре, когда я заметила, что, случайно услышав классическую музыку, он вдруг замирал, навострял ушки и «не отмирал», пока звучала мелодия. Сначала я не обратила на это особого внимания, но, когда такая ситуация стала повторяться, специально включила музыкальный центр и поставила «Лунную сонату» Бетховена. До этого мой ребёнок бегал по дому, а тут остановился и пошёл на звук. И слушал до конца молча, с широко открытыми глазами, а под конец и вовсе расплакался.

— Ты что, Вадюш? — подскочила к нему я.

— Музыка гру…стная… — всхлипывая, проговорил он. — Там кто-то умер?

— Нет, маленький, — успокоила его я. — Это соната о несчастной любви… Но все остались живы и здоровы.

— А что такое несчастная любовь? — тут же спросил Вадька.

Как это объяснить четырёхлетнему малышу?

— Ну, понимаешь, композитор полюбил одну тётю, а она отказалась выйти за него замуж… — попыталась я подобрать слова. — Вот и остался он несчастным, но написал эту прекрасную сонату…

— А что такое соната? — последовал новый вопрос. — Это музыка, которую, мы слушали? И что такое выйти замуж?

Вопросы следовали один за другим, и пришлось мне изрядно попотеть, чтобы не погрешить против истины, но и ответить на понятном малышу языке. Вообще, Вадька задавал очень много вопросов, причём иногда таких, которые ставили меня в тупик. Например, услышал он однажды фразу «Вселенная бесконечна» — и понеслось. «А Вселенная — это что?», «А как это бесконечна?», и так далее. Мол, давай, мать, покажи на что ты способна! Я, конечно, дама неглупая и довольно подкованная, но всё равно стала часто нырять в интернет за ответами. А вопросов не убавлялось, и сыпались они как из рога изобилия.