Проводник (СИ) - Киселев Борислав - Страница 17

— Дивушка, я так рад тебя видеть.

Говорил сквозь слёзы подтаскиваемый за ногу ко всем остальным Перун.

— Вижу, что рад. Через забор, видимо, за цветами бежать собирался?

Сказала двухметровая девица с греческим профилем.

— Вот видишь, я же всегда говорил, что ты у меня такая разумница, всё поняла сразу, даже объяснять не пришлось.

Промямлил старик, с каждым словом ещё больше седея на глазах.

— Вот они, мои храбрые, гордые и независимые братья.

С издёвкой сказал Чернобог, заливаясь от хохота.

— Мастер Проводник, меня зовут Дива, а это Купальница.

Сказала та, что тащила за ногу Перуна.

— Сёстры Моры?

— Сёстры не родные, а по рождению.

Ответила Купальница.

— Как это?

Недоумевал я.

— Ну, мы все тут дети старших «божеств», по-вашему, у нас братьями и сёстрами являются целые поколения. (Купальница)

— Теперь понял.

Кивнул я, но на самом деле я был очень далеко от понимания всего, что происходит, но плыть по течению для меня сейчас было лучшим из решений.

— Итак, вся команда в сборе, теперь нужно шума наделать, чтоб «барин» пришёл, а дальше, Крис, дело за тобой, сам сказал же, что понял, как надрать его метафорическую задницу.

— И я не отказываюсь от своих слов.

Гордо заявил я.

— Вот только, как вы его выманивать собираетесь? В прошлый раз пришлось целую планету в эту реальность вдавить.

— А это ты уж нам оставь. Мы сейчас сделаем кое-что, чего не делали уже пару тысяч лет, такое трудно не заметить. Твоё тело, хоть и ослабевшее, несло в себе заряд силы огромной мощности. (Мора)

Меня замутило от воспоминаний того зрелища, но я сдержался, хоть и чувствовал, что побледнел.

— Ну что, костра не хватает.

Весело крикнула Купальница.

— Сейчас устроим.

Ответил, улыбаясь и начиная смеяться как ребёнок, обретая черты молодого парня, Семаргл. Я так понял, что их внешний вид зависит от их настроения напрямую, потому что они молодели на глазах, как только начинали улыбаться.

Дальше начало происходить нечто просто невообразимое. Семаргл, чуть присев, подпрыгнул так, что оказался на крыше здания бывшего завода эмальпосуды и начал крутиться в танце на месте, расставив руки. С каждым оборотом он увеличивался в размере, а его тело разгоралось более свирепым и ярким пламенем без дыма. Девушки богини завели песню, я даже не успел заметить, как они стали метров десять в высоту, и держась за руки со своими мужьями, стали водить хоровод вокруг здания, уже полностью охваченного пламенем Семаргла. Через несколько минут он и сам выпрыгнул из этого пламени и присоединился к хороводу и песнопениям. Их было шестеро, но «Гори гори ясно, чтобы не погасло» слышалось так, как будто поёт целый хор человек из пятидесяти. С каждым мгновением пламя становилось выше и выше, а вместе с ним росли и аспекты, они были уже исполинских метров 30 в высоту, и хоровод сопровождался громогласным топаньем их гигантских ног. Это зрелище не осталось без внимания простых людей, которые останавливались на улице, вперив взгляды в небо там, где на высоте десятиэтажных зданий виднелся огонь и гигантские фигуры, поющие и кружащиеся в хороводе.

— Теперь точно заметит.

Подумал я, и услышал уже знакомый «взрыв глубинной бомбы» и голос за спиной.

— Я смотрю, вы решили себе устроить пышные проводы, господа отставники.

Глава № 14

— Вам действительно нужно было устраивать этот спектакль?

Спросил с сарказмом «Некто» в белом. На его лице всё так же сложно было сконцентрироваться, всё равно, что пытаться ухватить в зрительные рамки квант, ускользающий из наблюдаемой области. В этот миг место, где появился «Некто», превратилось в огромный столб пыли, и Крис немного пошатнулся от того, что землю сотряс огромной мощности удар. Не взрыв, а именно удар, в облаке пыли вырисовывались очертания громадной ступни. Кто-то из «семейного трио» решил раздавить узурпатора без лишних слов и объяснений. И если бы это было так просто, то я думаю, что до этого момента бы вообще не дошло.

— Серьёзно, старички, ну это же не первый раз, когда вы мне устраиваете засады, я же даже сам на них прихожу. Даже немного жалко, что вы не в состоянии запомнить ни одного события с моим участием.

Фигура в белом продолжала стоять на том же месте, только подняв руку над головой, с лёгкостью удерживая исполинскую ногу. Еле уловимым движением он отталкивает ногу, принадлежащую Перуну и тот, теряя равновесие, начинает заваливаться на спину. Со звуком падающего самолёта огненный меч Семаргла летит из костра, которым был завод эмальпосуды, и разбивается на осколки от одного небрежного удара обратной стороны ладони «Незнакомца», не долетев до него самого буквально пару сантиметров. За спиной «Незнакомца» так же спокойно, как и в прошлый раз, стоят человекоподобные фигуры, одетые в белые, просторные одежды.

— Я даю вам шанс избежать строгого наказания, если вы добровольно пойдёте со мной. Это моё единственное и последнее предложение.

Без доли напряжения сказал тот, кто вселял уже невероятный ужас своей неуязвимостью.

— Мы никогда не подчинимся! Кем бы ты ни был.

Громко крикнула Дива, и со всего размаха бросила в него кусок горящего здания, отломанный до этого за мгновенье. Тот просто расставил руки в разные стороны, улыбнулся и принял удар бетонных плит в огне, не защищаясь. С шумом крушащихся скал обломки разлетелись в разные стороны, не нанеся ему хоть какого-либо видимого урона.

— Чёртова тварь!

Взревела Морена, и схлопнула ладони в направлении «Незнакомца». Сказав какие-то слова на незнакомом мне языке, она резко раскрыла руки, и из них вырвался «Белый ветер». Сразу стало ясно, что это тот же ветер из снега, который заморозил всё в больнице, потому что на его пути всё покрывалось льдом, пламя гасло, а песок, пыль и камни, висящие в воздухе, так и замерли, давая понять, что она заморозила всё, вплоть до воздуха. Две секунды промедления, и оглушающий треск льдов Антарктиды, отламывающихся от айсберга, сопровождают движение «Незнакомца», как ледокол проламывающего само пространство.

Ещё шаг, и коснувшись Морены, он делает её одного с собой размера, хватает за запястье, заламывает руку и с силой отправляет головой в бетонные обломки стен. Она пролетает сквозь них, разнося их на мелкие куски, но тот ловит её за ногу в полёте и, как метательный молот, бросает в сторону белых фигур, которые уже стоят полукругом, а над их руками, сложенными лодочкой, горят огненные символы. Как только Морена пересекла линию первых белых фигур, они развели в стороны руки, и огненные знаки окружили богиню зимы. Раздался дикий вопль, больше напоминающий вой вьюги, и Морена рассыпалась на осколки льда и снег, заключённый в шарообразный барьер. «Незнакомец» схватил его одной рукой, как только тот уменьшился, потряс, посмотрел вовнутрь шара и сказал.

— Эй, Чёрный, подарок тебе на рождество.

И бросил под ноги гиганту в Чёрном.

На его лице читалась немая ярость.

— Ты никогда не будешь править над всеми.

Чернобог поднял руку ладонью вверх и сомкнул её так, что что-то хрустнуло внутри ладони. И воздух вокруг «Незнакомца» задрожал и потемнел, частицы мусора из-под его ног стали подниматься вверх и истлевать, рассыпаясь прахом.

— Ух ты, сама смерть научила тебя этому фокусу, не правда ли? Только вот, видишь это?

И «Незнакомец» достал из воздуха обвитую цепями косу.

— Это та самая коса Мортум. А внутри неё сидит Фати.

Он резко взмахнул косой, и «область тлена» переместилась под ноги Чернобога. Тот немедленно зашатался, стал уменьшаться и рухнул на одно колено, опираясь на посох. Его лицо стало покрываться морщинами, а волосы выпадать клочьями, одежды рассыпались пылью. Через несколько секунд на месте гиганта лежала ссохшаяся мумия и вращала по-прежнему живыми глазами.

— Сейчас!

Внезапный, словно гром среди ясного неба, прогремел крик, и в «Незнакомца» ударила молния. Из облака дыма, которым теперь был завод, вылетела плеть и обмотала «Незнакомца» с ног до головы. Из-под земли ударил гейзер, в нём выросла женская фигура, сотканная из воды, она схватила со спины сплетённого, и стала стремительно поднимать его вверх, туда, где со стороны солнца спускался на крыльях огромный огненный не то лев, не то волк. Перед самым столкновением крылатый принял человеческий облик, объятый пламенем, и обнял женскую фигуру, сотканную из воды таким образом, что связанный оказался между ними.