Коша. История одной дороги (СИ) - Клин Катриша - Страница 37

— Прости меня, Ксю. — Выпалила, сжимая ладонями табуретку под собой. — Я не хотела, чтобы так получилось. Просто ты свалила на меня этот груз. И я растерялась… Я просила его не идти сюда, просила не закатывать истерик, но ты же знаешь его, он упрямый.

— Хорошо. Только давай без соплей. — Девушка поставила передо мной кружку и уселась напротив. — Я не хотела всего этого. И, надеюсь, что смогла донести до него все, что хотела. Ребенку нет места в моей жизни. И это не изменится в ближайшее время, пока я не встану на ноги. Мне просто не потянуть…

Она выглядела уставшей. Потерянная девушка, что попала в сложнейшую ситуацию. Да, она говорила разумные вещи. Но мое сердце не находило покоя. Я не могла принять столь суровую правду. Но и спорить не спешила. Это ее жизнь и ее выбор.

— В любом случае, Ксю, мы рядом. Я, конечно, понимаю, что это не то, что бы ты хотела услышать. Я так вообще, не подхожу на роль подружки. Но зато мы готовы выслушать и помочь, чем сможем.

Девушка подняла на меня глаза и тепло улыбнулась потрескавшимися губами.

— Спасибо. Спасибо тебе.

Мы брели по заснеженному двору, скрепя трущимися друг о друга пуховиками. Соприкасаясь плечами, локтями, мы пробирались сквозь сугробы нечищеной дороги и думали каждый о своем.

— Как думаешь, она образумится? — вдруг спросил Вадя. Я подняла на него сонные глаза и пожала плечами.

— Смотря что ты подразумеваешь под «образумиться». По ее мнению, это мы должны прийти в себя и не лезть в ее жизнь.

Вадя пнул мертвую воду и зло выругался. Я никогда раньше не видела друга таким сосредоточенным и хмурым. Создавалось ощущение, что кто-то перевел часы на десяток лет вперед.

— Меня это так бесит. Так бесит ее поведение. Ты просто не представляешь.

— Почему ты злишься? Что между вами происходит вообще?

Друг тяжело вздохнул, выпуская наружу облачко пара.

— После расставания мы были еще пару раз вместе. — Вдруг выдал он.

— Разве расставание и другая ориентация не предусматривают окончание сексуальных отношений? — высказала вслух свои мысли я. Парень хмыкнул.

— Ты иногда кажешься таким ребенком, синичка! Со сменой ориентации, знаешь ли, физические потребности не испаряются.

— Но как же…? — не смогла закончить я. Но и друг и без слов все понял.

— Я еще пока не готов… подставлять тылы. — Попытался выкрутиться он. И я засмеялась.

Вадя проводил до дома и отправился к себе. В квартире вкусно пахло запеченным мясом, от чего в желудке заворочался голодный кит.

— Всем привет. — Я вплыла на кухню, сжимая дрожащими пальцами холодный покрасневший нос.

— Привет, дорогая. Мой руки и садись за стол. Мы как раз собираемся ужинать. — Мама выставила миску с салатом и пересчитала выложенные приборы.

— У нас будут гости? — удивилась я.

Мама засмущалась и отвернулась.

— Хотела познакомить вас с моим знакомым.

Я усмехнулась подтексту, что был завуалирован в обычном слове, но промолчала, делая вид, что ничего не поняла.

Гость явился через десять минут после меня. Высокий представительный мужчина ловко снял с себя пальто и осторожно стряхнул с головы налетевшие на волосы снежинки.

— Добрый вечер, дамы, — проговорил престарелый ловелас и протянул каждой по маленькому букетику в зеленом обрамлении упаковочной бумаги. Я скрыла улыбку за букетом. Сашка, стоящая рядом, также отреагировала на подобное поведение как на фарс. Однако говорить ничего не стала, ответственно исполняя роль добродушной хозяйки. Мама же цвела и пахла.

Мы расселись в кухне и принялись за горячий ужин. Мамин знакомый оказался очень общительным мужчиной. Он успевал не только хвалить кулинарные таланты нашей родительницы, но и узнавал о наших успехах в учебных заведениях, о планах на жизнь и мечтах. Ему были интересны и наши увлечения, и интересы, и даже любимые цвета в одежде. Алексей Леонидович рассказывал также и забавные случаи из своей жизни, которых выпало на его долю очень много. Сегодня мы много смеялись, и даже суровая погода за окном не могла разбить этой уютной обстановки, которая сложилась из нашей компании.

Когда гость ушел, мы снова собрались на кухне и устроили семейный совет.

— Ну, как он вам? — нетерпеливо спрашивала мама, стараясь не выглядеть очень смущенной. Я на это лишь рассмеялась. Ведет себя как ребенок. А ведь ей уже почти сорок!

— Хороший такой мужик, во многом разбирается, много умного за один вечер сказать смог. Наверное, готовился. Он случайно не преподаватель? — я кинула на Сашку недовольный взгляд. Бесцеремонность — это определенно синоним моей сетренки.

— Алексей хороший и добрый человек. И он умный всегда, а не только, когда пытается впечатлить моих юных дочурок. И нет, он не преподаватель. — Мама нервно убрала упавшую на лоб прядь и нахмурилась.

Я, не стерпев, потянулась к ней и обняла тонкие плечи, наслаждаясь теплом и даря ей свою поддержку.

— Он клевый, мам. — Поцеловала светлую макушку и уложила подбородок маме на плечо.

— Спасибо, дорогая. — Мама похлопала меня по рукам и улыбнулась.

— Да, мам, мы одобряем. — И Сашка тоже присоединилась к нашим объятиям. В конце концов, мы рассмеялись и принялись за уборку посуды. Близилась ночь.

Перед сном я проверила телефон, чтобы поставить будильник на утро. На дисплее высветился пропущенный звонок. Костя. Посомневавшись, набрала его номер.

— Слушаю.

— Привет. Я не слышала твоего звонка, там… — но не успела я договорить, как Шарапов перебил.

— Где ты?

— Дома.

— Я сейчас подъеду. Сможешь выйти?

Щеки тут же опалил жар. Пальцы на руках задрожали, горя желанием прикоснуться к мужчине, ощутить его тепло и просто обнять, наслаждаясь минутой спокойствия.

— Да, могу. — Наконец, выдавила из себя. — Что-то случилось? — но он уже не слышал. В трубке остались лишь гудки.

Пригладив волосы, я облачилась в джинсы и теплую толстовку, которую выиграла на каком-то розыгрыше от университета. Натянув пониже рукава, нацепила кроссовки и выскользнула из квартиры.

На улице было сказочно красиво. Город одевался в украшения, наряжаясь в гирлянды и мишуру. Во дворе выросла высокая елка, которую кто украсил старыми стеклянными игрушками. Рядом с ней примостилось три снеговика, что съехали на одну сторону и подмигивали прохожим черными глазами-семечками. Я улыбнулась. До праздников оставалась пара дней. А значит, скоро и мой день рождения. Идея празднования не казалась такой уж и удачной. Хотелось простого тепла и спокойствия. А больше всего, теплого вечера в компании двух мужчин (мужчины мечты и кота, конечно же).

Я и не заметила, как начался снег. Снежинки летели одна за другой, танцуя в невообразимом танце, растворяясь в горе других таких же оптимистов, что уже расположились по краю дороги. Я подняла голову к небу и прикрыла глаза, наслаждаясь спокойствием улиц и мокрыми прикосновениям к щекам.

— Вот ты где! — послышалось возле уха, а затем на плечи опустились широкие ладони, притягивая к широкой мужской груди. Его подбородок потерся о волосы, а затем теплый нос уткнулся в шею. — Замерзла?

От его сексуального шепота возле уха все тепло прошибло искрами, кажется, даже волосы приподнялись от того заряда, что прилетел точно в меня. Руки сами собой поднялись и опустились на его кисти, что обернулись вокруг талии.

— Привет. — Выдавила из себя.

— Привет, — проговорил он, лаская чуткий слух своим голосом. — Я соскучился.

Сердце радостно подпрыгнуло и забилось как сумасшедшее, а губы-предательницы растянулись в счастливой улыбке. Соскучился… В горле пересохло, все мысли-распутницы разбежались, оставляя хозяйку без щитов.

— Ты поэтому сбежал из больницы?

— Я не сбегал, ласточка. Милый доктор сам подписал бумажки на выписку.

Я хмыкнула.

— А как же «Ему необходимо полежать недельку-другую»? — передразнила сурового доктора.

— Ну, он пересмотрел свои взгляды на мою ситуацию, и не счел ее такой уж серьезной. — Я слышала смешинки в его голосе. А в голове крутилась мысль: «Остановись, мгновение, ты прекрасно». — Ты совершенно продрогла, пойдем в машину.