Коша. История одной дороги (СИ) - Клин Катриша - Страница 7

— О, наконец-то. — Увидев друга, Саня направился ему навстречу, крепко пожал ладонь и похлопал по плечу. Другие так же протянули руки подоспевшему Коше или поздоровались вслух.

— Итак, мы обзвонили больницы, тюрьмы, Танька связалась с отцом. Ждем его звонка. — Коротко отрапортовал Санек.

— А что, если он его и прикопал? Думаете, он сознается? Укажет его могилку? Надо ехать! — видимо уже не в первый раз призвал всех к действию Талый.

Коша присел на высокий стул и положил локти на столешницу.

— И что? Предлагаешь вломиться в его хату и попросить этого придурка обратно? Думаешь, этот старый хрен не припас пушку под подушкой? Да нас там разнесут всех, потом собирать по частям придется. Не-е-ет, я на такое не подписывался. — Выкрикнул кто-то из-за стола. Коша не видел, кто это был. Однако страх парня он понять мог и даже был солидарен в этом. Кому захочется лезть в пекло, когда даже не известно для чего.

— Надо выяснить, причастен ее отец или нет. Без доказательств переть на танк не стоит. Мы так только еще одного врага наживем. А у нас их итак достаточно. Вчера мою закусочную обкидали яйцами. И знаете, кто это был? — Гриб, наконец, оставил в покое очки и заказал себе пива.

— Кто?

— Этот сука Сомов. Его ребята. Я узнал мелкого пацаненка из его банды. Помните того, с мелкими косичками по всей голове?

Ребята закивали головами, подтверждая.

— Так эта мелкая глиста первый подбежал и кинул. Вы прикиньте! Сомова надо прижать…

— Прижмем…

— Зададим ему трепку…

— Поехали…

Напряжение волнами расходилось по клубу. Казалось, его хватит для того, чтобы неоновые огни на входе вдруг засветились, заиграли красками, освещая всю улицу. Байкеры вскакивали со своих мест, бросая на пол стулья, скрипя столами и затягивая банданы потуже. Сидеть сложа руки — не было любимым делом волков. Именно поэтому они сейчас загружались во внедорожники и направлялись к гаражам Сомова. Всем было известно, где этот самопровозглашенный король проводит большую часть времени.

В гаражах хозяина северной части города стояли автомобили. И не простые, а спорткары, субару, порш и еще много-много других, целая коллекция игрушек. Автопарк. Люди Сомова занимались тем, что из всех этих машин собирали новые, увеличивали мощность движка или сцепление с дорогой. Порой работали над формами. За это они получали довольно хорошие деньги,

Когда напротив одного из гаражей остановилось три знакомых машины, Сомов находился внутри. Он раздавал команды, сидя за столиком у стены и изредка посматривая вниз на работающих мастеров. Между его бровями уже обозначилась складка, а волосы начали белеть. Однако руки все также оставались сильными, а ум — острым. Ведь только такой человек мог держать этот бизнес наплаву.

Гибкий парень в комбинезоне наклонился к плечу работодателя и тихо шепнул тому что-то. Опешивший от новостей Сомов, быстро поднялся, и, поправляя на ходу задравшийся пиджак, направился к выходу.

Первым его желанием было — вмазать по этому широко улыбающемуся лицу. Однако Коша сдержался. Он вышел вперед, чтобы начать переговоры. На фоне других в своем рабочем костюме и белой рубашке парень смотрелся, как сутенер на фоне стоящих на дороге девочек. Особенно его выделяли черные лакированные туфли, которые Коша никогда бы не надел, собираясь "на стрелку". Но это был не тот случай.

— Константин Алексеевич, сколько лет, сколько зим! — Сомов выглядел абсолютно спокойным, легко пожал руку незваному гостю и даже поприветствовал остальных легким кивком. — Что привело Вас на мою территорию? Неужели решили приобрести, наконец, достойный автомобиль?

Коша видел искорки интереса в глазах стоящего напротив мужчины. Но дело было в том, что сейчас ему хотелось только одного — крови. Он слишком долго чувствовал себя не в своей тарелке, не находил места, старался вернуться в привычную колею. Как-то много обязанностей свалилось на плечи, как-то много вопросов приходилось решать день за днем. А главный-то вопрос все так и оставался висящим над головой: Что делать? Что делать с гребаной жизнью, когда руки опускаются? Когда перед глазами то и дело проносится авария, где погибает единственный родной человек? Что делать, когда смотришь в пустые лица и не находишь там ответов на свои вопросы?

Внезапно Коша улыбнулся. И от этой улыбки хозяину северного района города вдруг стало жарко. Он потянул душивший шею галстук вниз, глотая открытым ртом сворачивающийся внутри ледяной воздух.

— Мой психолог сказал, что со злостью нельзя бороться, ее надо выпускать. — Медленно проговорил Коша и ударил Сомова в челюсть. Говорят, инициатива наказуема. Забудьте об этом в драке. Если не ударишь ты, ударят тебя. А ведь порой даже самые сильные падали после первого удара.

Крики раздавались где-то над его головой. Кто-то бежал вперед, перехватывая пытающуюся скрыться охрану. Кто-то атаковал верных дружков Сомова. Тут и там вершилось правосудие. Тут и там матерились прижатые к земле лица. Тут и там кровились носы и руки. Тут и там. Все закрутилось, завертелось, весь мир вдруг перевернулся и встал набок, чтобы наблюдать за развернувшейся перед гаражами дракой. А волки развлекались, улюлюкали, догоняя трусов, громко плевались, сморкались на пыльный асфальт и матерились, если их доставали чужие кулаки. Этим ребятам все было ни по чем. Их сердца с ужасающей скоростью гоняли горячую кровь, адреналин просто хлестал по венам, будоража, заставляя крошить челюсти и ломать носы.

Они отъезжали удовлетворенные. Улыбающиеся лица, сбитые костяшки пальцев. И лежащие на асфальте постанывающие тела. Отлично прокатились. Плодотворно поработали. Коша смог осмотреть себя только в клубе, куда их затащил неугомонный Талый. Обещая веселье и желая немного развлечься, он все твердил и твердил о том, как молодежь любит это заведение. Однако Саня отказался, ссылаясь на срочную встречу. И укатил в неизвестном направлении. От Тапка вестей не было. Но все волки в тайне думали, что тот просто загулял, устав от своей подружки. Некоторые его даже жалели, но вслух не говорили на эту тему ни слова.

— Я пойду умоюсь, приведу себя в порядок. — Коша предупредил уже рассевшихся за столом ребят и устремился в сторону общественного туалета. Зайдя внутрь, он тут же налетел на кого-то сгорбившегося в центре и без того малоприятно пахнущего помещения и блюющего на кафельный пол. Сморщившись от досады и утерев дорогой ботинок о лежащую на полу тканевую сумку, он вышел и направился к женским кабинкам. Все же естественные желания докучали больше, а стыда в нем отродясь не водилось.

Здесь было довольно тихо и даже как-то пустынно. Заперевшись, Коша занял одну из кабинок. Закончив со своими делами, он вышел и тут же наткнулся взглядом на рассматривающую себя в зеркале девушку. Будь Шарапов способен смущаться, он наверное воспользовался бы такой способностью. Но увы и ах. Именно поэтому, подойдя к раковине, парень спокойно вымыл руки и вытер их бумажным полотенцем. Краем глаза байкер видел, каким ошарашенным взглядом его провожает девчонка. Но ему было все равно. Подняв глаза и заметив на воротнике рубашки несколько капель крови, он поморщился. Все-таки он любил эту вещь больше, чем рожу того парня. А потому быстро избавившись от пиджака, принялся снимать и рубашку.

— Вы что, стриптизер? — от вопроса Коша опешил. Но и промолчать не мог.

— А что, вы заказывали? — Девушка смутилась, опустила голову и принялась наматывать волосы в гульку. Избавившись от верхней одежды, Коша снова включил воду и попытался отстирать въевшуюся жидкость имеющимся тут куском мыла.

— Вы же понимаете, что помаду просто так не отмоешь? — девушка поставила на ободок раковины маленькую сумочку и достала оттуда продолговатый тюбик. Быстро смазав губы блеском, она причмокнула и улыбнулась.

— И что вы предлагаете?

— Смените вещь. Разве у вас нет запасной рубашки на такой случай? — Сжав руками сумочку, она повернулась в сторону выхода и, громко стуча каблуками, покинула комнату.